Ирина Андреева – Договор с ведьмой (часть 1) (страница 24)

Ушёл. Я тут же закрыла за ним дверь и легко вздохнула, вытерев пот со лба. Ведь не на шутку испугалась. Похоже и правда в покое не оставит. Может сделать вид, что Лена, то есть я, уехала? Далеко и навсегда! А как же работа? Не хочу её менять и становиться снова дурнушкой из-за него — тоже не хочу. Подумав, решила — пора прибегать к радикальным мерам. Зайдя на кухню, уселась за книгу, нашла рецепт приготовления отворотного зелья и принялась внимательно читать.

Глава 10

Сколько же здесь всего нужно! Сушёная летучая мышь, хвост ящерицы, глаз жабы… — где я всё это найду? В нижней части страницы мелким шрифтом написано: “Нужные ингредиенты можно найти в ведьминской лавке.” Адрес тоже указан. Что ж, обязательно загляну, но сначала в больницу, всё-таки не на месте у меня душа, да и тёти до сих пор нет. Сделала ещё несколько попыток дозвониться до неё — опять безрезультатно.

Со скоростью ветра долетела до больницы, заглянула в палату и обнаружила пустую кровать. Не может быть! Сердце сжалось от плохого предчувствия. Первым порывом было лететь к старушке и вытрясти из неё душу, но голос разума твердил: “Надо проверить”.

Через открытое окно на лестничной площадке, я вошла в больницу, оставив метлу висеть в воздухе. Сохраняя невидимость, осталась сидеть на подоконнике, ждать кого-то из персонала. Дождалась. Увидев одну из медсестёр, поднимающуюся по лестнице, взглядом скопировала её одежду, обратив особое внимание на металлический бейджик поблёскивающий на груди. На нём сразу после названия больницы написано: “Первое терапевтическое отделение, Иванова Татьяна Сергеевна — медицинская сестра”. Это хорошо, что из другого отделения, меньше вызову подозрений, не думаю, что в такой большой больнице все медсёстры друг друга знают.

Наколдовала на себе одежду этой медсестры, отдельно постаралась над бейджиком, только имя изменила на Матвееву Людмилу Ивановну. Сняла невидимость, вошла в холл и посмотрелась в зеркало. Сменила внешность на старую, набралась смелости и прямиком направилась в реанимацию.

В отделении медсестра сидела на посту и смотрела фильм на планшете. Увидев меня, она с интересом взглянула на бейджик и спросила:

— А Татьяна где? Я думала она сегодня на смене.

О-о! Просчёт. Оказываются всё-таки друг друга знают или я на подруг нарвалась.

— Подменилась, — не моргнув глазом соврала, но на самом деле, мне с трудом удалось скрыть волнение. — Семейные обстоятельства.

— А-а-а, — поверила девушка. — Кого-то ищете?

— Да, молодой человек совсем недавно лежал в этой палате, — показала рукой направление, — в аварию попал, Александром зовут. Что с ним?

Моё сердце тревожно билось, в ожидании самого худшего ответа.

— Так перевели его, — ответила медсестра. — Сегодня вечером. Пришёл в сознание, выдернул все трубки и даже порывался встать с кровати. И это, после таких травм и операций! Просто чудо какое-то! Врачи консилиум собрали, решали, оставить его здесь или перевести в обычную палату. Теперь он во второй хирургии.

От радости я чуть не взвизгнула и не запрыгала, хлопая в ладоши подобно Юле.

— Где вторая хирургия? — спросила я и осеклась. — Недавно здесь работаю.

— На втором этаже, — ответила медсестра.

— Спасибо, — пошла к выходу, сдерживаясь, чтобы не побежать.

Легко нашла нужное мне отделение, вошла, спросила у медсестры номер палаты, куда привезли новенького из реанимации и осторожно туда заглянула. Не смотря на позднее время, никто не спал. В комнате стояло четыре койки, две из них свободные, которые ближе к двери, а те, что по обе стороны от окна — заняты. На одной из них и находился Саша, в полусидячем положении. У кровати на стуле сидела его мать, держа в руках тарелку с ложкой, уговаривала сына поесть. Другой пациент, на соседней койке, отвернувшись к стене спал.

Взгляд Александра от матери перешёл на меня, тогда Анна Ивановна повернув голову, тоже меня заметила.

— Леночка! — воскликнула женщина, но вспомнив про спящего соседа, тут же перешла на шёпот. — Леночка, входите.

Неудобно было сейчас уйти, поэтому подчинилась. Мать Александра поднялась со стула и приобняв меня за плечи, подвела ближе к кровати сына.

— Вот, Саша, познакомься. Это Леночка, очень хорошая девушка, она так поддерживала меня эти дни.

Мне стало неловко, чувствовала, как к лицу понемногу начала приливать краска.

— Александр, — ответил мужчина.

Я впервые увидела его глаза вблизи, отметив про себя: "Красивые, серые, только грустные."

— Кажется вы бейджик чужой надели, — произнёс мужчина, приглядываясь к моей груди.

— Да, такое бывает, когда торопишься, — посмотрев на Анну Александровну, — ну я пойду, работы много, до свидания.

— Я провожу, — ответила она и отправилась следом за мной из палаты.

Вместе мы вышли в холл. Женщина вдруг резко остановилась, встала передо мной и взяла за руки.

— Леночка, я так счастлива! Вы себе не представляете. Это просто чудо! Врачи сами руками разводят, не могут объяснить его быстрого исцеления. На нём даже рубцы после операций, практически полностью затянулись. Только вот есть отказывается, говорит, что внутри всё болит, но ничего, с этим мы справимся. Главное, он жив!

Глядя в счастливое лицо Анны Ивановны, я искренне улыбнулась:

— Я очень рада.

— Вы, такая хорошая! Добрая, понимающая, редко такую встретишь, — проговорила она улыбаясь и сменив мимику на более серьёзную, спросила: — Леночка, вы замужем?

— Нет.

— Может молодой человек есть?

— Нет, а к чему вы спрашиваете?

Женщина просияла, как будто выиграла в лотерею.

— Нравитесь вы мне. Всегда хотела такую невестку.

Вздохнув, я ответила:

— Во-первых, вы меня плохо знаете, я вовсе не такая хорошая. Во-вторых, то, что я нравлюсь вам, ещё не означает, что нравлюсь вашему сыну. В-третьих, я недавно рассталась с гражданским мужем и не собираюсь в ближайшее время заводить какие-либо отношения.

Лёгкая тень грусти пробежала по лицу Анны Ивановны, но она тут же взяла себя в руки.

— Вы ещё придёте? — спросила она и не дожидаясь ответа, произнесла: — Приходите, мы будем рады.

Под словом “мы” она конечно подразумевала себя. Вообще-то, я не собиралась больше появляться здесь, всё, что хотела выяснить — выяснила. Но, глядя в её просящие глаза, не смогла отказать.

— Хорошо. Ещё зайду.

Лицо женщины озарила радостная улыбка и она меня обняла. Почему я ей так нравлюсь? Вроде ничего особенного не сделала, просто подбодрила пару раз, а она уже чуть ли не в ангелы меня записала.

На улице сгустились тучи, начал капать мелкий дождь, но это не остановит от ночной прогулки на метле, к тому же у меня сейчас отличное настроение.

— Йу-ху-у-у-у! — крикнула я, взвиваясь высоко в небо.

Капли дождя били в лицо и стекая задерживались в волосах. Когда поднялась выше туч, то уже была достаточно мокрой, но я не ощущала дискомфорта, наоборот, было ощущение, что я только что из душа. На душе пели ангелы.

— Я исправила свою ошибку! Я смогла!

И в то же время, глядя на подросшую луну, я ощущала тоску по потерянной энергии. Точнее это не я ощущала, а моя ведьминская сущность. Эх, похоже не избежать раздвоения личности. Вдали виднеются тучи по-серьёзней и похоже плывут к нашему городу. Надо успеть до ливня посетить лавку.

Снова проникнув сквозь тучи, спустилась к городу. Зажужжал мобильный, всё это время я держала его в руке, на случай, если тётя позвонит. К счастью, это она.

Приземлившись на крышу девятиэтажного дома, я создала над собой магический купол вроде зонта и ответила на звонок:

— Тома, ты где? Почему на звонки не отвечала? Я беспокоилась, — быстро выговорила ей я.

В ответ услышала плач. Сердце тревожно заныло.

— Что случилось?

— Игорь… в аварию… попал, — захлёбываясь в слезах, ответила Тамара.

На секунду я потеряла дар речи.

— Когда?

— Вечером.

— Как он?

— Плохо… — больше она ничего не смогла сказать, так как разразилась рыданиями.

А у меня подкосились ноги. В бессилии я упала на колени, прижимая к груди телефон. Игорь — мой двоюродный брат и единственный сын тёти Томы, младше меня на семь лет. Когда-то в детстве мы жили в деревне, в одном доме.

Я играла с ним как с живой куклой: пеленала, меняла подгузники, ползунки, кормила из ложечки, садила на горшок, читала сказки… Мама с тётей удивлялись — как из маленькой девочки получилась такая хорошая нянька? Им было невдомёк, что я, всего-лишь играла в дочки-матери, точнее к брату будет больше применим термин — сыночки-матери. Так продолжалось до тех пор, пока мы с мамой не переехали в районный центр и теперь могли видеться с братом только на каникулах. Естественно очень скучали. Едва он только научился читать, писать и пользоваться компьютером — общались в сетях, почти каждый день. Игорь делился со мной проблемами, принимал мои советы… — как и должно быть между старшей сестрой и младшим братом. И вот теперь — такой шок!

Подняв телефон к уху, я спросила: