Ирина Агапеева – Мечта (СИ) (страница 5)

Выпив коньяку, Фэй немного повеселела и расслабилась. На щеках заиграл румянец, и в глазах появился блеск. Атмосфера становилась более непринужденной, и Пит решил разведать обстановку:

— Так скажи, дорогая, как же вы познакомились с Сетом?

— Эту часть истории мы оставим для него. А, Сет? Расскажи?

Сет, по всей видимости, давно готовился к этому вопросу, поэтому он вполне спокойно ответил:

— Да ты ж сама свалилась вчера мне прямо в руки, и, почувствовав себя там, видимо, очень комфортно, тут же уснула. Скажи, ты всегда засыпаешь на руках у незнакомцев?

Фэй покраснела:

— Нет.

Пит заметил, что девушка практически не пьет, что сводило весь их план к нулю, и тут он почувствовал, что сам незаметно перебрал. Этот коньяк был двадцатилетней выдержки. Он не подумал об этом. Да еще и вчерашние две бутылки вина…

5. Сет

«Господи, как я умудрился попасть в такую передрягу?», — подумал Сет. Он заметил, что его другу уже достаточно пить, слишком поздно. Тот умиротворённо захрапел на диване, положив голову на руки, а он остался наедине с ней. И что теперь делать? Он не сможет развлекать ее весёлыми беседами, как это умеет Пит. А девица вроде и не ждала этого. Равнодушно посмотрев на спящего Пита, спросила:

— А где можно покурить?

— Пойдем, покурим, — обрадовался Сет.

Он повел ее в помещение, которое теперь использовал исключительно как курильню. Это была полностью застекленная терраса на втором этаже. Когда родители были живы, он любил сидеть здесь с матерью и разговаривать обо всем, любуясь закатом. На балконе, примыкающем к террасе, стояло множество растений — мать их обожала. Можно было открыть окна и ты, сидя на диване, словно оказывался в саду. Вечером здесь всегда было очень тепло из-за солнца, и в детстве он приходил сюда подремать после обеда или почитать книжку. Все дети в это время носились по улицам на велосипедах или играли в войну, но маленький Сет предпочитал полежать здесь и почитать. Возможно, причиной тому было и то, что соседние мальчишки относились к нему настороженно и не спешили делиться с новичком своими тайнами, ведь его отец судья… Его настоящим другом на всю жизнь был только Пит, который сейчас сладко спал внизу.

Девушка прикурила и, подняв одну ногу на диван, положила на нее руку сигаретой. Сет почувствовал запах дешевых сигарет.

— Может, покуришь мои? — предложил он, пододвигая пачку.

Фэй, хмыкнув, глянула на него исподлобья, затушила свою сигарету и подкурила его.

— Значит, богатенький маменькин сыночек?

Она сказала это тихо, но с таким нажимом в голосе, что Сет вздрогнул. А потом повернулась и посмотрела ему в глаза. Прямо, уверенно. Сет просто опешил. Это было так нагло. Он не ожидал такого поворота. Он вообще не думал, что можно вот так задать подобный вопрос. Не вопрос даже, а утверждение. С таким презрением к нему, словно весь этот дом его не красил, а уродовал. Как такое может быть? Он чувствовал, что должен что-то ответить и не мог заставить себя произнести ни слова. Да и что он мог сказать? Его не учили отвечать на такое.

Нахалка продолжала смотреть на него с вызовом. Словно решилась на что-то и бросилась в омут с головой. Во всяком случае, вид у нее был именно такой. Шальной какой-то. И его на какой-то миг это испугало. Он тут же разозлился на себя. Как он может ее бояться? Это смешно, в ней весу сорок пять килограмм, а веса в обществе, наверняка, вообще никакого. Тогда как за ним, за Сетом Морганом, вся мощь его семьи, его клана. Да даже если она пойдет и все растрезвонит о нем, ну и что? Кто ей поверит? Теперь его опасения казались ему смешными и какими-то надуманными, глупыми. Чего они не отправили ее восвояси сразу, как только она проснулась?

Сет смотрел на девушку, в эти ее злые глаза, обычно карие, но здесь, в солнечном свете, отливающие янтарем, на белую прозрачную кожу, и ему хотелось ее. Хотелось подавить, чуть ли не придушить от того, что она заставила его испытать страх, а еще, впервые в жизни, стыд. Стыд за то, что он богат. Как будто бы он кичился этим или пускал пыль в глаза. Он жил как привык, как жил много лет до нее, он и не знал другой жизни и не видал ее. Нет, конечно, он смотрел телевизор и читал книги, но тот мир выглядел каким-то ненастоящим книжно-киношным. Да и был ему всего двадцать один год, в таком возрасте еще не пришло время задумываться над подобными вещами.

Она опять равнодушно отвернулась, словно и не произносила тех слов, которые перевернули все у него в душе. Внешне это было незаметно, но у Сета внутри все кипело. Он наблюдал, как она курит: спокойно, не обращая на хозяина дома никакого внимания, как будто его здесь и нет. Она была такая бледная, какая-то призрачная, и он почувствовал эрекцию. Это просто невероятно, подумал он, но желание подавить ее вылилось именно таким образом.

— Раздевайся, — хрипло сказал он.

Девчонка спокойно посмотрела на него, видимо грубые слова совсем ее не удивили.

— Нет.

— Лучше сделай это сама, — в голосе зазвучала угроза, и она не могла не услышать ее. Но гостья просто продолжала сидеть и смотреть на него.

Тогда Сет подошел и стал расстёгивать пуговицы на ее платье. Девушка не сопротивлялась, в ее глазах читалось, что она понимает, что это бесполезно. Ее сорок пять килограммов против его восьмидесяти. Он был большим и крепким, и всю жизнь занимался спортом, это сразу бросалось в глаза. Сета бесило, что вышло так, что она предугадала его действия, ее это ничуть не удивило, а он опять остался в проигрыше, потому что оказался таким предсказуемым. Под конец Сет просто сорвал ее платье и сказал:

— Какая красота, вы только посмотрите на это.

Для такой худышки у нее была очень красивая грудь. Небольшая, но великолепной формы, круглая и белоснежная.

— Думаешь, я не видела? — Сет слышал злость в ее голосе. Но теперь уже дороги назад не было, после того, как он увидел ее обнаженную грудь. Гормоны и коньяк сыграли свое дело. Она и не сопротивлялась, опасаясь, что это может привести только к побоям, а он свое все равно получит. Он сорвал с нее трусики и быстро разделся сам. Потом сел и облокотился на спинку дивана, приподнял девушку и резко посадил на себя. В глубине души он понимал, что совершает нечто совсем нехорошее, но уже не мог остановиться, поэтому-то и усадил ее сверху, чтобы хоть как-то успокоить свой внутренний голос. Его сильные руки приподнимали ее и опускали, а его член входил и выходил все быстрей и быстрей. А она просто закрыла глаза и, казалось, что ее здесь и нет. Есть просто потрясающие ощущения. Ощущение власти и силы, какое-то разрушительное животное начало взяло вверх над всем его воспитанием и хорошими манерами. Было чувство, что он обладал чем-то, чем не мог обладать больше никто в мире. Его пальцы впились ей в спину, а лицом он уткнулся ей в грудь и, откинув все мысли, просто наслаждался. Он кончил слишком быстро, ему бы хотелось продлить это удовольствие, но тело и тут не послушалось его.

Фэй тут же открыла глаза, слезла с него и с издевкой в голосе произнесла:

— Ну, вот и все, теперь ты отпустишь меня домой, Сет Морган?

Сет опешил, он еще не восстановил дыхание, и сердце выстукивало чечетку. Она удачно выбрала момент, понимая, что именно сейчас мужчина наиболее уязвим.

— Очень сложно было понять, кто ты такой. Я поняла это сразу, как только услышала твое имя.

Девушка повернулась, чтобы взять свое платье, которое к счастью не пострадало, и Сет увидел у нее на спине страшные кровоподтеки.

— Стой, что это у тебя? — сердце пропустило удар, — я… прости…

— Не переживай, это не ты, — со злостью сказала Фэй и натянула на себя платье.

Сейчас весь хмель из головы Сета улетучился, и он был готов провалиться сквозь землю.

— Так что могу я уйти? Или еще и твоего друга обслужить? — потом она смягчила голос, — послушай, я не собираюсь никому ничего говорить. Да и кто мне поверит? Кто я, а кто ты? — она озвучила то, что он думал совсем недавно. Потом тихо добавила:

— Я просто хочу домой.

— Да-да, пойдем, я провожу тебя.

Странная парочка спустилась вниз. Сет принес ее пальто и туфли, и молодые люди вышли во двор. Бакс равнодушно взглянул на них из своего домика. Раз хозяин рядом — значит все в порядке.

При других обстоятельствах Сет устроил бы ей экскурсию по саду. Он был очень красив. Садом занималась его мать, когда была жива, а после ее смерти он посчитал, что обязан поддерживать все в таком же состоянии, что было и при ней. Сет Морган гордился этим садом и всегда с удовольствием показывал все растения. Но теперь он видел, что его гостья спешит убраться отсюда, как можно скорей. Фэй шла и смотрела исключительно себе под ноги и явно не была настроена любоваться парком.

Они дошли до калитки и, когда он открыл ее, девушка бросила на него прощальный злой взгляд. Сет все еще не мог заставить себя раскрыть калитку шире и выпустить ее. Это значило расстаться на такой грустной ноте, и что-то внутри Сета противилось этому. Весь его здравый смысл говорил, что он должен сказать что-то, загладить как-то свою вину… Но Фэй протиснулась в узкую щель и, больше ни разу не взглянув на хозяина особняка, заспешила прочь от него и его дома, как от огня.

Удрученный Сет вернулся в гостиную, где спал Пит. Он налил себе еще коньяка и осушил полбокала одним махом, а потом сидел и просто смотрел на Пита, пока тот наконец не открыл глаза.