Ирена Сытник – Интернет-издание авторов рунета «Портал» (страница 29)

Когда большая часть земли была отброшена, взору троицы открылась плачевная картина. Плоть мертвеца уже полностью истлела. От темно-зеленой рубахи остались жалкие клочья. Кольчуга и доспехи отсутствовали. Грудная клетка стала вместилищем для гигантской кровохлебки. Ее листья торчали из щелей между ребрами, словно павлиньи перья, а большой изогнутый корень (на этот раз точно корень) напоминал затаившуюся змею. Кстати о змеях. Безобидный серый полоз вылез через раздвинутые челюсти потревоженного черепа и с невиданной прытью устремился в заросли папоротника. Следом за ним из пустых глазниц вывалилось несколько крохотных яиц — видимо, змея облюбовала себе черепную коробку в качестве гнезда.

— Вот тебе раз! — присвистнул Лютто, глядя, как заколыхалось на длинном цветоносе красное соцветие кровохлебки, словно покрытая пурпурным платком голова безутешной вдовы.

— Смотрите, господин! — Ватто указал на нижнюю часть скелета, которая успела глубоко погрузиться в землю. Южанин опустился на колени и принялся очищать находку от грязи. Кейлот проследил в указанном направлении. Сначала ему показалось, что ниже пояса у мертвеца вообще ничего нет, но потом пригляделся и едва не вскрикнул от изумления. Нет, ноги у покойника все-таки имелись, но были они не костяными, а стеклянными. Выглядело это довольно гротескно. Стекло отлично сохранило форму нижних конечностей. При желании можно было провести по ним рукой и нащупать выпуклую пряжку ремня или складку, там, где материя неплотно облегала колено. Только Кейлот остерегался дотрагиваться до тех поверхностей, которых коснулось смертоносное дыхание Алмазного Дракона. В Королевстве Низовья бытовало мнение, что такого рода останки обладали еще достаточно сильным последействием, чтобы убить не в меру любопытного человека или животное. Кейлот не знал, насколько правдивы подобные слухи, только проверять ему это совсем не хотелось.

— Хватит, Ватто, — Кейлот остановил раскопки южанина. — Встань и отойди в сторонку.

— Но я бы мог…, — попытался возразить Ватто.

— Достаточно.

Южанин подчинился. Он отошел и встал у Кейлота за спиной. Разошедшиеся челюсти мертвеца производили впечатление злорадной насмешки мертвого над живыми, вроде:

«Свое я уже отстрадал, а у вас, ребята, все еще впереди».

— Что вы об этом скажете, господин? — спросил Лютто.

— Разве тут стоит что-то говорить? По-моему, все вполне очевидно — очередная бестолковая смерть, явившаяся результатом бестолкового командования.

— В чем, как вы думаете, была их ошибка? — полюбопытствовал Лютто.

— К счастью, я не был свидетелем разыгравшегося сражения… Сомневаюсь, что поединок вообще имел место быть. Алмазный Дракон просто атаковал войско с воздуха и через несколько минут уничтожил всех до единого. А те, кто бросился врассыпную и успел спрятаться… Пожалуй, вы и сами сейчас видите, что с ними случилось… И еще я не думаю, что войско добралось до Хрустальной Горы. Несчастье настигло его где-то неподалеку, — Кейлот огляделся по сторонам. Если он хотел отыскать взглядом остекленевшие деревья и прозрачные статуи, в которые превратились солдаты, попытавшиеся оказать Дракону сопротивление, то искал напрасно. Троицу путешественников окружал вполне заурядный лес с обыкновенными деревьями и бесформенными кустарниками. Однако здесь не пели птицы… Может, это что-то означало… а может, и нет.

Внезапно Кейлот увидел нечто занимательное. Он снова опустился на корточки — его колени негромким хрустом выразили протест таковому решению, однако подчинились, заставив Кейлота слегка поморщиться от боли, — и протянул руку к обнаженным суставам плеч мертвеца. Подцепил большим и указательным пальцами плоскую щепку, завалившуюся в щель между правой ключицей и самым верхним правым ребром. Без труда извлек находку и уложил ее на ладонь, чтобы получше рассмотреть.

— Что это? — Лютто и Ватто подступили слева и справа. По очертаниям пластины было сложно утверждать что-то конкретное — она вся взбугрилась и почернела. Человек с богатым воображением мог увидеть в ней, что угодно.

Но Кейлот знал, что искать:

— Это еще один знак отличия, который пришивался к воротнику и указывал на принадлежность солдата к одной из восьми префектур Королевства Низовья. Этот изображает бобра. А бобер был эмблемой Байнфорда — восточной префектуры.

— По-моему, на бобра она как раз совсем не похожа, — заметил Лютто, щурясь и склоняя голову то влево, то вправо, чтобы отыскать наиболее подходящий ракурс.

— Конечно, не похожа, потому что серебро потемнело, — возразил Ватто, и обратился уже к Кейлоту: — Что это может означать?

— Байнфорд отправил свою дивизию три года назад, сразу после того, как стало очевидным, что военную делегацию Стэджфорда постигла неудача — ее останки мы нашли в одном из котлованов на плато Тур-Тур. Стало быть, мертвец «почивает» здесь уже без малого три года.

— А сколько всего было таких походов?

— Пять. В общей сложности, десять тысяч солдат и около пятисот единиц боевых орудий — пушек, катапульт и …

— И прочего хлама, — заключил Лютто. — О, боги! Угробить столько народу и не пойми зачем!

— В истории всегда так было и всегда так будет. Помнишь, я рассказывал тебе о наших сражениях с горцами из высокогорных бастионов Шуми-Вега на северо-востоке? Тогда мы потеряли полторы тысячи солдат, но не отвоевали ни пяди земли.

— Но если пять армий потерпели поражение, зачем же посылать троих на верную погибель и продолжать на что-то надеяться?

Кейлот взглянул на Лютто крайне разочарованно.

— Все это очень просто. И, честно говоря, я не думал, Лютто, что ты этого не поймешь.

Смуглые щеки южанина если и порозовели, то совсем незаметно. Видимо, Лютто не стыдился своего незнания.

— Почему-то все думают, — начал Кейлот, — что Алмазный Дракон… да, в целом, и все драконы — это исполинские твари с куриными мозгами. Я так не считаю. Если и попадаются драконы глуповатые или бессловесные, то это скорее исключение, нежели правило. Кто-то говорит, что драконы коварны и алчны. Пусть так, но ведь и это тоже проявление разума, не так ли? А от кого-то я слышал, что жители Атлантиса заключили мирное соглашение с Водяным Драконом, и оно оставалось в силе многие и многие годы.

— Атлантис затонул тысячу лет назад, вы знаете об этом? — несколько грубовато поинтересовался Лютто.

— Да, знаю. Но не думаю, будто в том, что огромный материк ушел под воду, была какая-то часть вины Водяного Дракона. В любом случае, речь сейчас не о нем. Я просто хочу сказать, что если у Алмазного Дракона имеются весомые причины атаковать Королевство Низовья, то я с удовольствием их выслушаю, прежде чем отсеку ему голову.

— Довольно самонадеянное замечание, господин, — заметил Лютто.

— Так почему же у нас троих больше шансов выжить, чем у целой армии? — напомнил Ватто. Скорее для того, чтобы вопросом своим заглушить непочтительный комментарий брата.

В ответ Кейлот указал на череп распростертого у его ног скелета.

— Вы видели опаловидного полоза, который вылез отсюда?

Лютто и Ватто кивнули. Синхронность некоторых их движений поражала.

— А вы заметили, как закачались листья папоротников, когда змей уполз в заросли?

Лютто и Ватто задумчиво переглянулись.

— Вы не проследили за этим, верно? — разгадал их растерянность Кейлот.

— Нет, господин, — в один голос сказали они.

— А если бы сотня ужей устремилась к этим зарослям, тогда бы вы заметили?

— Еще бы, — отозвался Ватто. — Сотню ужей и саму по себе заметить не сложно…

— Вот. А представьте себе, что сотня ужей — это многотысячная армия, а один полоз — это наш маленький отряд. Как вы думаете, кого Алмазный Дракон в первую очередь заметит со своей верхотуры и обдаст холодным душем?

— Конечно, армию, — просиял Ватто. — А маленький отряд, да еще и с умелым воином во главе, просто обречен на успех.

— Ты прав, Ватто, — сказал его брат. — Только последние два слова были излишни. Наш отряд просто — обречен.

— Лютто, ты стал чересчур пессимистичен, — заметил Кейлот.

— Вы очень мудры, господин, но одною лишь мудростью зло не победить. Сказание говорит, что король Генрих проиграл Смерти в шахматы.

— Что…

— А теперь идемте, — Лютто развернулся и быстро зашагал дальше. — Мы опаздываем на тот свет, — бросил он напоследок.

Кейлот уставился на Ватто.

— Что это с ним?

— Не обращайте внимания, господин. Большую часть жизни мы с Лютто были одиноки. И все это время ему приходилось довольствоваться одним лишь моим обществом. Не самая лучшая кандидатура, скажу я вам. Но сейчас у него появился отличный друг, которого он не хочет потерять. От себя добавлю, что мне этого не хочется так же сильно, как и ему.

— Благодарю тебя, Ватто. И благодарю твоего брата. Но нам и вправду пора идти, а то еще потеряем Лютто из виду.

— Не волнуйтесь, господин, далеко он не уйдет. Спесь немного выветрится, и он остановится. А как насчет мертвеца? Стоит ли нам предать его земле, как того требуют традиции вашего народа?

— Не имеет смысла, Ватто. Думаю, он не единственный такой. Вскоре мы встретим и множество других. Не хоронить же нам их всех?

Глава 6

Самум

Кейлот оказался прав — через некоторое время они действительно повстречали на пути печальные останки того, что некогда называлось вооруженными силами Королевства Низовья. Но случилось это не раньше, чем пресловутый Мрачный Лес уступил место Лесу Плача. Уже к вечеру третьего дня единственная тропинка, по которой шли путники, размокла и превратилась в месиво. Кейлоту едва удалось найти подходящее место для ночлега, а задача со сбором хвороста для костра оказалась практически неосуществимой. Лютто вернулся из своей короткой вылазки с охапкой влажных сучьев, весь грязный и всклокоченный. И такой уставший, что у Кейлота язык не повернулся упрекнуть его в недоброкачественной работе. Лютто молча вывалил свою добычу в специально выложенный из камней круг и обессиленный свалился на землю. Грязь облепила его сапоги по самые лодыжки. Кейлот указал южанину на эту деталь.