Ирена Мадир – Маскарад (страница 12)
Бред! В детстве и юности мне нравилось писать стихи и иногда четверостишья возникают в моей голове сами собой, но это всё глупость. Увлечение, не ведущее никуда… Даже мама всегда говорила, что нужно найти что-то более стоящее, чем сочинять дурацкие стишки. Вот только даже получив образование, я не чувствую особой тяги работать по специальности. Долгое время я была кем-то вроде помощницы Тины, а теперь… Кем я стану теперь, когда у не появилась Грета?
Кем-то ненужным, очевидно…
Меня подташнивает от этой мысли, хочется ускорить шаг, чтобы сбежать от потаённых страхов, рождающихся внутри. Но от них не спрячешься. Они всегда тут. Со мной. Как и Призрак…
Невольно я оглядываюсь, словно ожидая увидеть его странные глаза, но вижу лишь прохожих. Всё верно, привидение следует за Тиной, а не за мной. Но она в компании подруг, в безопасности. Я подавляю желание узнать точно, где она, связавшись по нусфону и захожу в магазин.
С продуктами я наконец возвращаюсь домой, в старенькую квартиру, расстаться с которой всё никак не могу. Она кажется мне убежищем от любых невзгод. Здание здесь старое, пятиэтажное, лифта нети приходится каждый раз взбираться по лестнице. Магический замок тут только на подъездной двери, а охранного артефакта нет. В Западном кантоне их устанавливают гораздо реже, чем в других местах Конфедерации. Мы дальше всего от Леса, так что они не являются обязательным атрибутом, как в восточной части.
Я лениво распахиваю дверь, немного запыхавшись. Поставив всё на тумбу у входа, сразу закрываю все замки на двери: верхний и нижний на два оборота. После чего хлопаю в ладоши трижды, бормоча:
– Дверь закрыта. Дверь закрыта. Дверь закрыта.
Это мой маленький ритуал, появившийся после того, как однажды в детстве я забыла закрыть дверь в свою комнату, и туда ворвался пьяный отец в поисках бутылки алкоголя, которую, как он думал, спрятала мама. Моя комната была перевёрнута, рисунки разорваны, игрушки сломаны… В общем, с тех пор я всегда закрываю дверь и на всякий случай проделываю то, что проделываю. Психотерапевт, кажется, назвал это компульсией… Ну, чем бы оно ни было, оно помогает мне успокоиться.
Дома я занимаюсь своими обычными делами, принимаю душ, переодеваюсь и нарезаю салат, а после жарю стейк, задумчиво изучая изображения, переданные мне Волбертом. Часть из них сделаны идеально, одно даже использовалось на постерах, но есть и ещё некоторые неудачные, где, например, в кадре мелькаю я.
– Предки, ну и кошмар! Выгляжу как уставшая мать шестерых детей…
Это правда. Там я стою сбоку, обняв ежедневник и печально гляжу в сторону. В тот день макияж был забыт, потому что мы опаздывали, так что видны синяки под глазами. А из-за них лицо моё приобретает болезненный и измождённый вид. Ну и жуть! Я собираю все изображения обратно в конверт, чтобы отдать потом Тине, кроме «компромата» на себя, который кидаю в мусорку.
После ужина, проверяю нусфон. Ни сообщений, ни вызовов. Можно ведь и самой выбрать идентификатор сестры и связаться с ней… Нет, это уже маниакальный контроль!
Чтобы отвлечься, я ложусь в кровать с книгой и читаю её, пока не начинаю зевать. После выключаю свет и плюхаюсь обратно. Однако вместо привычного расслабления, снова накатывает тревога… Совершенно необоснованная! Во тьме мне видятся тени, которых нет.
– Спокойнее, Юна, надо поспать, – шепчу я самой себе. – Ты здесь одна, из шкафа никто не вылезет, а подкроватных монстров не существует…
«Как и Призраков» – мысленно добавляет моя саркастичная часть. Поворочавшись с четверть часа, я всё же засыпаю, ведь никакого привидения в моей квартире быть не может…
6. Ночь
Не могу стереть глупую усмешку, когда слышу восторги Музы из-за букета камелий. Ей понравилось, и это тешит моё самолюбие. Хотя Дикарка не может обойтись без замечаний… Но терпеть долго не приходится, она покидает гримёрку.
– Всё в порядке? – слышится писклявый голосок ассистентки Музы. Кажется, её зовут Грета… – Я про вас сестрой, вы последние дни натянуто общаетесь…
– Да, – вздыхает Муза, – она обижается на меня за то, что я выстраиваю границы, а я обижаюсь на неё за то, что она не способна этого принять. Но Юна не может вечно контролировать меня! Она перешла черту, и ей нужно понять, что нельзя так нагло вторгаться в мою жизнь!
Вот именно! И влезание её дикой сестры постоянно мешает моим планам… Она больше не нужна Музе, ей нужен я! А Дикарку пора устранить.
– Но всё же, – Муза снова вздыхает. – Юна моя сестра, я люблю её и переживаю. Надеюсь, мы помиримся…
Я закатываю глаза. Если бы Муза возненавидела Дикарку, убить ту без раздумий было бы проще. А теперь… Теперь надо попытаться подстроить всё не просто как несчастный случай, а как исчезновение, бегство… Придумать целую пьесу и поставить её так, чтобы все поверили, что Дикарка могла уехать в долгое путешествие, откуда бы она, например, присылала открытки, чтобы унять беспокойство Музы… Я ведь забочусь о ней, потому буду беречь её от травмирующих знаний о смерти сестры…
Голоса ассистентки нет, как и её сердцебиения. Тишину нарушает звук расстёгивающейся молнии и шуршание одежды. Вероятно, в гримёрке сейчас только Муза, которая переодевается перед началом репетиции.
Тянет заговорить, чтобы она хотя бы услышала мой голос, но момент неподходящий, да и я не готов. Нет, предстану перед ней позже в более опрятном виде и не собираюсь заставать её врасплох. Сейчас я молчаливый страж, верный поклонник её чудесных арий, а потому терпеливо жду.
Желания заглянуть в гримёрку не возникает, я ведь не извращенец! Любопытнее сейчас совсем другое: Муза обрадовалась моему дару, а что же Дикарка? Губы растягиваются в ухмылке, когда в голове возникает образ перекошенного ужасом лица этой сучки. Она заслуживает куда большего наказания, чем такая мелочь, как букет роз в крови. Ведь Дикарка посмела занять
Ярость вновь закипает внутри, но затихает, когда слух улавливает звуки запирающейся двери. Гримёрка опустела. Самое время пробраться внутрь!
Там, как и ожидалось никого. Я не удерживаюсь и от искушения дотронуться до ещё тёплой блузки, переброшенной через спинку стула. Легко представить, что мои пальцы касаются Музы… Хотя это лишь вещь, которая была на ней… И всё же, ткань впитала её запах, похожий на экзотические растения и фрукты. Сейчас хватит и этого, но однажды Муза станет моей…
Я неспешно бреду по комнате, ощупывая карманы оставленной одежды. Ничего. Тогда мои пальцы подтягивают поближе сумочку Музы. Внутри безделушки, вроде жвачки или расчёски, но они не пригодятся, а вот нусфон…
Прямоугольный полупрозрачный артефакт для связи, загорается, реагируя на касание. Он заблокирован, но взломать человеческое устройство несложно. Пока с нусфона Музы копируются идентификаторы на мой, я откапываю в сумке связку ключей. Их четыре: один из них реечный, массивнее и грубее (подозреваю, он отпирает калитку к дому Музы), а остальные луночные. Какой-то наверняка отпирает сам дом, а другие два… Предполагаю, что от квартиры женишка и от жилища Дикарки. Но это ещё предстоит проверить.
Я нащупываю в своём кармане плоскую коробочку и вытаскиваю её, сдвигая крышку. Внутри лежит брусок тёмного воска. Пальцы разминают его, пока он не становится податливым от тепла рук, и отщипывают кусок. Я отделяю первый ключ и вдавливаю его в размягчённую массу до упора, крепко прижав на несколько секунд с одной и с другой стороны. Этого достаточно. То же самое проделываю с остальными, а затем прячу слепки и возвращаю и связку, и нусфон туда, где они и были. Моя задача здесь выполнена. Пора двигаться дальше и выбрать цель, которую я устраню первой на пути к своей Музе…
***
Первая цель, естественно, Дикарка. Она слишком липнет к Музе, так что нужно что-то придумать, а для начала изучить жертву…
Из раздобытых документов я выяснил, что Юна Клейн проживает по адресу, который находится не так уж далеко от театра. Не лучший район, но довольно приличный. Кое-где там уже торчат современные здания и возводятся очередные жилые комплексы, а ветхие дома постепенно сносят. Я ожидал, что придётся потрудиться, чтобы пробраться хотя бы в подъезд новостройки с магическими кодовыми замками или специальными оттисками, но оказалось, Дикарка живёт в старенькой пятиэтажке.
Никаких защитных артефактов в доме нет, а магический замок только на подъезде, в который я без труда проскальзываю, когда какая-то пожилая женщина выходит наружу.
По пути на последний этаж, пальцы неосознанно поглаживают ноющие шрамы на лице, но не находят их. Кожа гладкая, и это ещё мучительнее. Ужасно хочется потрогать нос, но я не делаю этого. Мне не впервой носить маски хоть маскарадные, хоть кожаные, и пора бы привыкнуть, но это всё также тяжело…
Остановившись на лестничной клетке, я натягиваю чёрные перчатки и достаю ключи, отлитые из слепков совсем недавно в логове. Приходится наклониться, чтобы осмотреть замки: у верхнего сувальдный механизм, и подходящих ключей нет, а вот к нижнему может подойти один из трёх луночных ключей… Я угадываю нужный со второго раза. Дверь поддаётся. Видимо, её запирают обычно только на нижний замок.
Меня не покидает ощущение, что всё слишком просто. Вероятно, дело в суеверности, но каждый раз, когда что-то получается чересчур легко, под конец всё обязательно портится… Предчувствие того, что план может сорваться, заставляет ускориться, и я спешу скрыться в квартире, закрыв замок изнутри.