Ирен Софи – Пустышка для драконов (страница 4)

— А тебе доверять можно?

— Мне тем более. — Он сказал это так легко, так просто, будто речь шла о погоде за окном. — Я убил прежнюю Катрину. Я убивал и других. Я дракон, и моя природа — это огонь и смерть. Но я, по крайней мере, не притворяюсь кем-то другим.

Я посмотрела на его руку — она лежала поверх моей, большая, сильная, с длинными пальцами и короткими, аккуратно подстриженными ногтями. На безымянном пальце блестело золотое кольцо с печаткой — символ власти, знак наследника.

— Почему ты держишь мою руку, — спросила я.

— Я жду, когда ты отодвинешься.

— А если я не отодвинусь?

Он посмотрел мне в глаза, и в его золотых зрачках заплясали огоньки.

— Тогда я решу, что ты хочешь того же, чего хотят все женщины, которые ко мне приходят.

— И чего же они хотят?

— Власти. — Он наклонился ещё ближе, и его дыхание коснулось моей щеки. — Того, что может дать наследник императора.

— Я не хочу власти.

Антар отстранился. Совсем чуть-чуть.

— Тогда ты первая такая, — сказал он.

И поцеловал меня. Его губы были обжигающими, как кипяток. Его язык требовал ответа, и я отвечала, сама не понимая, что делаю. Мои руки вцепились в его рубашку, пальцы скрутили тонкую ткань, и я чувствовала, как под ней перекатываются мышцы.

Он прижал меня к спинке кровати — резко, почти грубо, и я ударилась затылком о нее, но не почувствовала боли. Только его руки на моей талии, только его бёдра, прижимающие меня к кровати, только его дыхание, смешанное с моим.

— Катрина, — прошептал он, отрываясь от моих губ, и его голос сел. — Черт возьми... ты пахнешь так, как не должна пахнуть Пустышка.

— Чем? — спросила я, сама не узнавая свой голос.

— Желанием.

Он поцеловал меня снова — в шею, туда, где рубашка сползла с плеча, обнажая бледную кожу. Клеймо на пояснице пульсировало быстрее, ещё быстрее.

— Остановись, — прошептала я, но мои руки тянули его ближе.

— Ты не хочешь, чтобы я останавливался, — ответил он, проводя языком по моей ключице. — Твоё тело говорит иначе.

— Моё тело — не я.

— А кто — ты?

— Та, кого назвали ненормальной, — выдохнула я. — Та, кто больше никогда не будет чьей-то игрушкой.

Антар замер.

Он поднял голову и посмотрел на меня сверху вниз — золотые глаза блестели в полумраке, как у дикого зверя. Его губы были припухшими от поцелуев, рубашка расстегнулась до пояса, открывая кубики пресса.

— Ты не игрушка, Катрина, — сказал он тихо. — Ты — ошибка природы. Та, кого не должно было существовать. И именно поэтому ты интереснее.

— Спасибо за комплимент, — ответила я с горечью. — Очень лестно.

Он усмехнулся и отстранился — убрал руки с моей талии, отодвинулся на край кровати.

— Ты умеешь остужать пыл, Пустышка. Это редкий дар.

— Дар? — я поправила рубашку, натянула её на плечо. — У меня нет дара.

Антар посмотрел на меня изучающим взглядом.

— Ректор говорит, что у тебя есть магия. Просто не такая, как у всех.

— Ректор ошибся, — покачала я головой.

— Ректор не может ошибаться. Он знает. — Антар встал, поправил воротник рубашки. — Берегись его, Катрина. Он опаснее, чем я.

— Уходи, — сказала я.

Антар кивнул, сделал шаг к двери — и замер.

Потому что в дверях стоял Зававр.

Я не знала, когда он подошёл. Просто в какой-то момент он оказался на пороге, и его фигура заслонила свет.

— Ты в моём крыле, Антар, — сказал Зававр низким, ровным голосом. — В моей части Академии. В комнате моей Пустышки. Объяснись.

Антар не отступил. Он скрестил руки на груди и посмотрел на ректора с вызовом.

— Проведывал имущество. Ты же не против, дядя?

— Я против того, чтобы ты трогал моё имущество.

— А я не трогал. — Антар усмехнулся. — Я только разговаривал. Она отличается от местных дур.

Зававр перевёл взгляд на меня. Я сидела на кровати, прижимая колени к груди, и чувствовала, как клеймо на пояснице горит всё сильнее.

— Ты в порядке? – спросил он.

— В полном, — ответила я.

— Уходи, Антар, — обратился ректор к наследнику. — Мы поговорим завтра.

— Не о чем нам разговаривать, дядя. Я ничего не нарушил. — Антар сделал шаг в сторону, обходя Зававра, но тот схватил его за локоть.

— Ты вошёл без спроса в комнату, которая принадлежит мне по праву ректора. Ты прикасался к моей подопечной. — Голос Зававра стал тише — и от этого страшнее. — Если ты думаешь, что титул наследника защищает тебя от наказания, ты ошибаешься.

— Наказывай, — Антар выдернул локоть. — Мне не привыкать.

Он вышел в коридор и исчез в темноте, не оглядываясь.

Зававр закрыл дверь. Я осталась с ним наедине — в крошечной каморке, где негде было спрятаться. Ректор повернулся ко мне.

— Что он тебе говорил? — спросил он.

— Спрашивал, как я себя чувствую. — Я решила не врать. — Предупреждал, что вы опасны.

— Я опасен, — согласился Зававр. — Но не для тебя.

— А для кого?

— Для тех, кто посмеет тебя тронуть. — Он подошёл ближе — Я не позволю никому превращать тебя в куклу. Даже моему племяннику.

— А вы сами? — спросила я.

Зававр молчал несколько долгих секунд.

— Я не умею играть, — сказал он наконец. — Я умею только защищать и разрушать.

Он развернулся и направился к выходу, но у дверей остановился.

— Запри дверь, Катрина. — Он кивнул на засов, которого раньше не было — Я создал его. Снаружи никто не откроет, кроме тебя.

— А вы?

— Это моя магия. Если захочу, то да.