Ирен Адлен – Нежные чувства (страница 4)

И Кристина, мучимая догадками, дала себе обещание обязательно узнать, почему мама так послушно отступила в тень. Ответ, возможно, таился где-то между ароматом чая и этим её легким, тихим согласием.

В машине Рудольф рассеянно включил радио, музыка в модном лаунж стиле заполнила пространство. Кристина привычным движением немного приспустила стекло и вдохнула свежий воздух.Принято ругать городской воздух, но для нее это была прохлада и возможность сделать вдох.

В голубом свете приемника она машинально стала рассматривать свою руку — длинную, холеную кисть. Она водила пальцем по едва заметным жилкам, которые под кожей сплетались в узор, напоминающий — как ей подумалось в мимолетном приступе сплина — ее собственную жизнь. Но нет, это было слишком драматично. У нее было прошлое, о котором она не жалела, были дети, которых она любила, был этот новый проект. Чувство выполненного долга успокаивало. Но где-то между удовлетворением и равнодушием таился вопрос, на который не было ответа: было ли это счастьем? И имело ли это вообще значение в десять часов вечера.

Они ехали быстро. Яна дремала на заднем сиденье, погрузившись в музыку из наушников. Притихший после дождя город скользил мимо размытыми огнями.

— Вот я думаю, — небрежно бросил Рудольф, — почему я езжу так быстро? Наверное, просто разыгрываю из себя молодого и рискового.

Кристина промолчала. Он и былмолодым человеком — легким, беззаботным, даже несмотря на эти два года разницы в паспорте. В их странном альянсе она всегда ощущала себя старшей, той, кто подбирает алгоритмы для жизни, кто несет неделимый груз неизбежных ошибок. Он не мешал ей решать, но и не участвовал. Все это казалось ему пустяками, делами на пять минут, не стоящими ни усилий, ни, тем более, поддержки.

Так и возник этот идеальный дисбаланс, эта тихая гармония отсутствия взаимной заботы. Каждый сам за себя, но в одной машине, рвущейся вперед, в которой подчас нужно было приоткрыть окно, чтобы не задохнуться.

Кристина мельком взглянула на мужа, на его беззаботный вид. Она почувствовала знакомое, мимолетное раздражение, которое тут же уступило место усталой меланхолии. Как было бы удобноплыть по течению, как он, не просчитывать каждый чертов шаг. Позволить кому-то другому взять на себя этот вечный, такой старомодный груз ответственности.

Но, конечно, этим кем-то другим могла быть только она сама. Неидеальная дочь. Возможно, идеальная жена. Которая делает все как нужно.

Иронично.

Глава третья. Эскапада

Кристина проснулась позднее обычного, вся разбитая, и поспешно вышла из дома. Ей нужно было попасть к Норе Нейфельд — той самой Хозяйке здания.

Само здание не претендовало на звание исторического особняка, но обладало той вневременной классической осанкой, которая в центре города заменяет родословную. Четыре звезды, формат апартаментов — всё это позволяло Норе месяцами вести здесь свою неспешную, скрытую от посторонних глаз жизнь.

Для Кристины Нора оставалась фигурой из туманных рассказов — не столько подругой семьи, сколько женщиной закрытой и состоятельной. После ее громкого развода в прессе появилось много слухов и домыслов, львиная часть которых не имела отношения к реальности. Нора ничего не опровергала и не уточняла, Она носила эти слухи как дорогую шелковую шаль — согреваясь и закрываясь одновременно. Казалось, ей нравилось, что о ней говорят больше, чем знают на самом деле.

К десяти утра Кристина вошла в полупустую гостиную на третьей линии, но Нора еще не встала. Справа, сразу от входа начиналась территория кафе Dez Elise. Оно уже просыпалось в светлом зале. В панорамные окна светило солнце. С другой стороны, за нарядной ширмой, скрывалась каменная лестница, ведущая на второй этаж к территории личного покоя.

Решив припудрить нос, Кристина окинула взглядом бежево-белые стены. Зеркала поблизости не было. Она задержала взгляд на стеклянных створках ширмы — и в отражении увидела не только себя. Молодой мужчина стоял в дверях. Его яркая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, светлые льняные брюки вкупе с небрежно-модно уложенными волосами и тонкие черты лица выдавали в нем свободного и привлекательного человека. Он сразу захватил внимание Кристины.

«Принц не моего романа» - подумала она не оборачиваясь и улыбнулась своему отражению. Он был слишком высокий, слишком темноволосый, с яркими карими глазами и слишком элегантными движениями.

Казалось, в нем “слишком» все.

Мужчина не заметил ее и направился к столику у окна. Кристина кашлянула, и он обернулся с виноватым видом.

— Простите, пожалуйста, — заговорил он, — я вас не заметил. Доброе утро!

Кристина развернулась к нему и слегка улыбнулась.

— Добрый день. Нора просила меня зайти сегодня утром, обсудить детали обновления кафе. Боюсь, я пришла слишком рано.

— Все случается как-то рано — грустно отозвался он, садясь за столик и рукой предлагая присесть рядом. — Присаживайтесь, я Серж Нейфельд, сын Норы.

Кристина устало подумала, что перед ней — один из тех модных молодых пессимистов, вечно ищущих правду и так же вечно теряющих ключи. Они следили за здоровьем, говорили правильные вещи, а в минуты слабости легко забывали все принципы. Вроде бы взрослые — и всё ещё какие-то выросшие дети. Это почему-то раздражало и одновременно казалось трогательным.

— Ну что же вы стоите, не стесняйтесь, — Серж поднялся, но Кристина слегка покачала рукой, отказываясь.

Вид у него был спокойный, но в тоже время сконфуженный, и Кристина вдруг ощутила к нему некую симпатию. Ей стало понятно — он не кичится своей красотой и деньгами, что уже неплохо.

— Хотите кофе?

— Спасибо, не надо.

— А я, пожалуй, выпью.

Он был из того мира, где все еще можно начинать сначала. Просто варил кофе, просто жил новый день и не взвешивал его. Не искал смысл или его отсутствие. Это была пленительная беззаботность и разделительная между ними черта.

Целый час она провела с Норой Нейфельд в ее роскошных апартаментах. Та явно была не в духе и держалась сурово. Тем не менее, проект перепланировки кафе в бистро постепенно обретал форму. Они обсудили поставщиков, и Кристина почувствовала легкое удовлетворение, когда Нора, впервые за утро, позволила себе слабую улыбку. «Возможно, теперь в меню будет что-то и мне по вкусу", — сказала она, и это прозвучало как одобрение. Дело было начато.

Спускаясь по лестнице Кристина чувствовала себя удивительно легко. Ее мысли перескакивали от деталей будущего стиля, финальных аккордов перед открытием, фотографий приглашенных журналистов и блогеров до пересчитывания ожидаемой прибыли. Она, с радостью рисовала в воображении не только красивые картинки, но и финансовые планы. И только на секунду, уже открывая дверь на улицу, Кристина скользнула взглядом по полупустому залу и столику, где утром познакомилась с Сержем. Она поймала себя на мысли, что за разговором с Норой совершенно забыла о существовании ее сына. Это осознание, похожее на тень, появилось и тут же исчезло.

На улице лил дождь, внезапный и сильный. Кристина остановилась под козырьком на входе, собираясь вызвать такси. Капли дождя залетали на крыльцо со всех сторон. В этот момент к тротуару, расположенному поодаль от здания, бесшумно подкатил черный блестящий автомобиль и моргнул фарами. Дверца открылась, Серж наклонился через переднее сиденье и прокричал:

— Позвольте, я вас подвезу?

Кристина сразу поняла, что он ждал ее, возможно, больше двух часов. Эта ненужная преданность немного растрогала ее. Она села в машину, подарив ему легкуюулыбку.

— Мне нужно на Загородный проспект.

— Я как раз собирался в центр. Садитесь. Как прошел разговор?

— Вполне хорошо. Скоро здесь будет милое бистро, — Кристина посмотрела в окно, представляя как изменятся витрины и вывеска. — Мягкие кушетки, вкусными блюда. Шампанское на завтрак, если хотите.

— Французские корни? — Серж улыбнулся и поднял брови.

— Бабушка.

— Случайно не Маркиза де Помпадур? — автомобиль плавно выехал с дороги на набережную

— Я не настолько старая! — усмехнулась Кристина.

— А на сколько?

— Мне сорок, — без толики смущения сказала Кристина и даже слегка вздернула нос.

Серж присвистнул. Звук был настолько мальчишеским и непочтительным, что секундное раздражение сменилось смехом Кристины.

— Почему вы смеетесь? — Серж обескураженно крутил головой, то на дорогу, то к попутчице.

— Ваш свист был... — Кристина покрутила в воздухе тонким запястьем, подбирая слова — …очарователен. Кстати, а вам сколько лет?

— Двадцать пять. И я куда более очарован, чем вы думаете, — он взглянул на нее так пристально и нежно, что ей стало не по себе.

Кристина поспешно спросила:

— Вы не опоздаете?

— Нисколько. Мое время принадлежит только мне.

Только сейчас Кристина почувствовала, что промокла, пока бежала до машины. Легкий озноб прошел по коже. То ли от свежести воздуха, то ли от дождя, то ли от пристального взгляда Сержа, она вдруг почувствовала себя свободно и даже весело. Кристина откинулась на сиденье и прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Новый проект, собственно заработанные деньги, пара выходных впереди. Что еще нужно для счастья!?

— Вы будете не против, если как-нибудь приглашу позавтракать со мной?

Кристина на мгновенье замерла. Внутри проснулось почти болезненное сопротивление. Ей не хотелось так быстро терять это хрупкое наслаждение неопределенностью, легкостью флирта, необязательностью диалога. Приглашение означало необходимость поддерживать разговор, расспрашивать, стараться войти в чью-то незнакомую жизнь, отвечать на вопросы.