Ирек Гильмутдинов – Привет Магия! Опять 25! Книга восьмая (страница 9)

– Даю клятву мага: я ненавижу Кайлоса Версноксиума всеми фибрами своей души.

– Она не лжёт, – констатировала Моргана. – В таком случае, ты отправишься вместе с Нихилусом. А ты, – её незримый взгляд обратился к лорду, – возьми дополнительных слуг. Этот Кайлос может оказаться куда опаснее, чем мы предполагаем. Если доставишь его живым, я одарю тебя тремя тысячами живых душ. А когда этот мир падёт к нашим ногам, ты займёшь место среди равных нам. Ты это заслужил. Осталось сделать один последний шаг.

– Ваша воля – закон, госпожа, – почтительно склонился Нихилус, в глазах которого вспыхнула алчная искра.

Моргана щёлкнула пальцами, и тело Морвенс начало преображаться: раны затянулись, кожа вновь обрела гладкость, а силы вернулись к ней.

– Не думай, однако, что обойдёшься без ошейника, – ехидно прошипел лорд, когда образ его повелительницы начал растворяться в воздухе.

***

– Мог'тар, что это за божественный аромат? – проворчал орк, спрыгивая с лошади и без церемоний заглядывая в наш котёл.

– Пахнет настоящим пиром, Ур'гоз, – отозвался другой, здоровенный воин с парой топоров за спиной. Скалясь в ухмылке, он последовал примеру товарища.

Я в это время дремал у входа в палатку, и, открыв один глаз, испытал лёгкий шок от такой наглости. Пятеро орков окружили наш лагерь, их взоры жадно скользили по накрытому столу. На шум появились Грохотун и Бренор. Первый только что проснулся, второй – прервал омовение, выйдя с полотенцем на бёдрах и в кожаных красных тапочках. Зрелище он представлял комичное: приземистый, квадратный, с рельефными мышцами и, по странной прихоти природы, с идеально гладкой грудью. Зато борода – загляденье, густая и ухоженная.

– Во-первых, борщ ещё не готов, – проговорил я, открывая второй глаз. – Во-вторых, вас не приглашали. В-третьих, невежливо совать свои зелёные носы в чужой котёл. В-четвёртых…

– В-четвёртых, я сейчас переломаю тебе кости! – проревел Мог'тар.

– Не ори, а то твои брызги слюны испортят наш борщец, – парировал я. – И, кстати, вы зря сюда пришли. Могли бы продолжать свои подвиги, а теперь всем придётся узнать, как вас отдубасил гоблин.

Не успел я закончить, как Грохотун ринулся в бой. Первой жертвой стал Мог'тар. Железный кулак врезался ему в колено, заставив согнуться, а следом – в челюсть. Первый наглец был повержен. Следующей целью стал Ур'гоз. Тот взмахнул топорами, но попасть по юркому гоблину, который был даже ниже гнома, оказалось непросто. Только вот Большой Пуф не стал уворачиваться – он принял удар топора на железное предплечье, а затем нанёс ответный удар в пах. Когда орк скорчился от боли, последовал точный хук в челюсть, отправивший его в объятия Морфея вслед за любопытным товарищем. Подняв выпавший топор, гоблин метнул его в следующего противника, целясь не убить, а оглушить.

В это время Бренор неспешной походкой, словно ничего не происходило, прошёл к своему складному креслу и устроился поудобнее. Принявшись наслаждаться зрелищем.

Топор угодил орку прямо в грудную пластину, сбив его с лошади. Двое оставшихся спешились и бросились на Грохотуна. Оказалось, они были магами – слабоватыми, но всё же. Глупцы. Они метнули водяные клинки, которые гоблин принял на то же зачарованное предплечье, защищавшее его от заклинаний вплоть до ранга мастера. Дальше всё повторилось. Теперь у нашего лагеря лежало пять бессознательных тел.

– Красава, – выдал Бренор, и они с Грохотуном стукнулись кулачками. Затем я с помощью бытовой магии связал их и откинул подальше. У нас, понимаете ли, обед, а тут всякие ходят и мешают.

Мы ранее заночевали возле реки, где решили, что по утру будет здорово немного искупаться, а потом уже в путь отправляться. А тут такое дело. Ходят всякие и носы суют.

Ладно, они сами себе злобные Буратино.

Мы вкусно поели, покупались, а после собрались, и уже когда отъезжали, я развязал орков. За нами вслед они не бросились, а ускакали в другом направлении.

Честно, я и думать к вечеру о них забыл, но вот когда мы подъехали к городу Ревущих Ветров, то обнаружили, что к нам приближается целая ватага орков. Их было сотни полторы. Как молодые орки, так и старые воины. На хрена столько на троих-то нас? Хотя приятно. Значит испугались. Хе-хе.

Неужели такие обидчивые попались. Ох, ничему они не научились.

Я уже поднял руку, дабы наслать массовую диарею, когда услышал знакомый голос вождя Крушака Костолома, отца Вул’дана.

– Мерцающий, остановись, прошу тебя, – прокричал Крушак, останавливая лошадь рядом с нами. С ним был шаман Улгурис и с десяток воинов. Что касается того, как он меня назвал то полностью это «Мерцающий во тьме», так меня прозвал Вул’дан а после это распространилось среди орков. Так как я постоянно во время боя с ним исчезал с помощью «шага во тьму». Когда бился с ним. Так же его впечатлил мой доспех тьмы, что в купе с молниями мерцал. Который он пытался пробить, но у него так и не получилось.

– Добрый вечер, вождь, – я слегка склонил голову. Всё-таки я аристократ, и мы с ним ныне равны. А потому этого вполне достаточно чтоб проявить уважение.

– Шаман Улгурис, – тут я склонился чуть ниже. Духи и всё такое надо уважить. Я протянул ему свою руку.

– Мерцающий, – шаман крепко её пожал.

В этот момент подскакали незваные гости. Это всё были воины, и среди них мы заметили тех, кого наш гоблин помял.

– Это ваши родственники? – обратился я к вождю.

– Нет.

– Друзья близкие?

– Снова нет.

– Тогда почему вы меня остановили?

– Не хочу войны, Кайлос. Орки и так рождаются медленнее всех, если ты сейчас их всех убьёшь…

– Я не собирался никого убивать, а только наслать диарею. Чтоб неповадно было к добрым путникам в котёл нос совать да угрожать кости переломать.

– Чего? – проревел Костолом.

– Повторюсь. Они первые пристали к нам. Мы вообще сидели никого не трогали. Эти, – указал я нагло пальцем на пятёрку «помятых», – сунули нос в наш котёл. Без спросу. Потом, когда я их предупредил, что так делать не надо, стали угрожать. Тогда Большой Пуф их всех побил, причём он был один и без магии, а они в него водяные ножи бросили, – продолжал я ябедничать.

Всё это я говорил нарочито громко, чтоб могучий орк, шаман (это было видно по бусам) и Мог'тар услышали это. Эта троица стремительно шла к нам, а после моих слов резко затормозила.

Если они сейчас развернутся, то буду выглядеть глупо, а если подойдут и начнут угрожать, то станут посмешищем. Если уже не стали не разобравшись в ситуации. Потому как на лицах орков, что стояли за спиной, я отчётливо видел недоумение и презрение. Они похоже не в курсе произошедшего. Орки и так недолюбливают гоблинов, а теперь, когда этот малыш побил пятерых орков, это прям позор на их зелёные головы. Как такое смыть? Честно, у меня даже идей нет, только кровью, наверное. С другой стороны, мне сейчас не нужно, чтобы народ Громового Пика ссорился между собой. Потому как я уверен начнись буча и Крушак встанет на мою сторону. Но этого нам не надо. Все должны быть дружны и действовать в случае войны как единый кулак.

В итоге они всё же подошли.

– Приветствуем тебя, Грах'тул Пожиратель Надежд, и тебя, шаман Зугур Зловещий Глаз, – сделал шаг вперёд Крушак Костолом. При этом он специально не поздоровался с молодым орком. Похоже, он сразу поверил в то, что я сказал. А орк, обесчестивший себя таким позором, не достоин приветствия. Пока не смоет свой позор. Тут у них вообще всё строго. Кодекс почитают все. Ослушаться смерти подобно.

– И тебе добрых дней, великий вождь Крушак.

– С чем пожаловали? – скрестил он могучие руки.

– В гости мы приехали. Битв нынче мало, молодняку надо выпускать пар. Как смотришь на то, чтоб устроить состязания? Со мной, – он кивнул на молодых воинов позади себя, – три десятка горячих голов. Найдётся ли и у тебя кто готов ступить на песок?

Костолом был очень умным орком и потому, улыбнувшись, сразу согласился. Так он не поругается с соседом, не станет его унижать и поможет выйти из ситуации.

– Позволь тебе представить моих дорогих и высокоуважаемых гостей. Это Бренор сын Рунара, бессмертный воин. Это, – указал он на подошедшего гоблина, – Грохотун «Большой Пуф» Хрястобряцкий. Исключение из рода гоблинов. Отважный воин, не раз бившийся с моим сыном плечом к плечу. Непобедимый ни одним орком.

Вот тут брови вождя взлетели вверх. А вот шаман стоял спокойно. Сто пудово накурился или грибов каких для транса поел, и ему сейчас всё хорошо. А то он уж больно расслабленный.

– А этот крепкий юноша, Кайлос «Мерцающий во тьме» Версноксиум, близкий друг моего сына и нашего племени, да к тому же он весьма дружен с Дар'гхун Чёрное Проклятье, – при упоминании имени великого шамана все резко посерьёзнели.

– Духи много говорят мне о тебе и твоих деяниях «Мерцающий во тьме». «Духи уважают тебя и говорят ты достойный человек», —медленно произнёс шаман.

– Благодарю, шаман Зугур «Зловещий Глаз», – я кивнул.

Грах'тул Пожиратель Надежд же смотрел на меня с интересом. А потом не с того не с сего спросил:

– Это про твой ресторан говорят по всему Керону, что каждый, кто туда зайдёт, тот без штанов останется?

– Нет. Штаны мы посетителям оставляем, своих хватает, а вот монеты, увы, нам нужнее.

От хохота, который издали топлы орков, даже земля под ногами завибрировала.