Ирек Гильмутдинов – Переворот с начинкой (страница 32)

— Это необычно слышать. А как часто из того мира являются сюда такие как мы?

— Редко. Нынче всего один корабль. Прежде являлись многие существа, подобные рыбам, но едва в нашем мире объявился демон — визиты их прекратились.

— Понял. Отложим этот вопрос. Так, где мне отыскать тот корабль?

Пираты за столом мрачно переглянулись.

— Это тебе прямиком к демону. Ходят слухи, будто то его судно и что он заключил сделку с нашими богами.

— Принято к сведению. Ещё раз благодарю за вести. Не стану сулить, но с вашим демоном мы разберёмся. Чую мои друзья точно у него.

Пираты разразились громогласным хохотом.

— Ты и победишь демона? ХА-ха-ха.

В груди моей заныла обида. Я ведь маг, и ещё какой! Хотя недавно архимаги преподали мне урок... Нет, что это я? Я сам удалился, так как не пожелал их убивать. Именно так — значит, я могуществен. Всё, я крут и точка.

Этот внутренний диалог пронёсся в сознании помогая успокоиться.

В ту же секунду помимо пиратов, что продолжали смеяться точнее насмехаться, в моей голове, ещё и Аэридан захохотал, вспоминая как я летал через стены дома. Окончательно меня этим добив. Обидно, однако.

Я встал и окутался аурой тьмы, дабы затем сменить её сиянием молний и дыханием смерти.

— Вы просто не представляете, кто перед вами. Демонов я уже низвергал, и кровь их струится так же, как наша с вами. Если я сказал, что разберусь то так и есть. А если он убил моих друзей я уничтожу его мир.

На палубе воцарилась гробовая тишина.

— Но будем надеяться, он не такой дурак, и обо мне ему рассказали сородичи, — улыбнулся я, гася ауры.

— Ты страшен, другой, — пробасил Вул’дан и откусил смачный кусок от рульки. — Аф мурафки пофефали, — показал он руку, где, конечно же, никаких мурашек и в помине не было.

— Ты всё испортил, — сказал я. — Всё, не играю с вами, улечу и вкусняшки заберу, — скрестил я руки на груди и отвернулся.

— Не-не. Ты самый сильный, самый могучий и самый-самый страшный.

— Да вот так-то лучше. Стоп. С чего это я страшный? Нормальный я.

Народ понял, что я ничуть не обиделся и это всё лишь шутки.

А ещё из любопытного я узнал про местных магов. Да-да они здесь тоже имеются.

Магия здесь — не дар, а сделка с самой Акваторией. Чтобы колдовать, нужно чем-то пожертвовать: например, хочешь уметь дольше других находиться под водой — без проблем, но теряешь обоняние или часть жизненной силы. Все видят эту цену, а потому относятся к магам без благоговения, скорее с практичным пониманием: «Хочешь силу — плати». Сильный маг — не полубог, а «должник», расплачивающийся за свою мощь. Потому-то их и не так много. Один пожелал стать бессмертным, да не проблема, вот только на него валятся все болезни мира. Если болезнь есть — он ею болеет. При этом умереть не может. Его, говорят, даже кракен выплюнул. Ну так мне рассказал Вульф.

Они ещё много чего рассказывали, но это уже было не так интересно.

Когда мы спустились на причал острова, всё оказалось именно таким, как описывал капитан. Я уже собрался было предложить золото в уплату нашего спасения, но Сайлас остановил меня жестом.

— Кайлос, понимаю, что прозвучит нагло, но не мог бы ты поделиться припасами? Золото — дело хорошее, но такая пища выпадает нам редко, а с Оплотом торговать получается не всегда.

— Без проблем, — ответил я, не видя в этой просьбе ничего зазорного.

Сгрузив часть запасов — отборного мяса, зерна и ароматных специй, — мы обменялись прощаниями, и я в сопровождении орка направился к таверне. По пути нас то и дело атаковали навязчивыми предложениями что-либо купить или продать. Женщины самого разного вида зазывали нас, суля ласки, но мы, не поддаваясь на уговоры, упрямо двигались к цели — знаменитой таверне «Последний Глоток» если верить Сайласу. Нам нужно было выяснить, не появлялся ли здесь кто-либо из наших.

Едва я переступил порог заведения, как замер на месте. За стойкой стоял высокий эльф, а женщины, убирающая со столов, и та, что разносила заказы, оказались гномками.

— Добрый день, — обратился я, подсаживаясь к стойке. — Не могли бы вы ответить на пару вопросов?

Мой спутник попытался последовать примеру, но едва опустился на стул, как тот под ним с громким хрустом сложился. Орк поднялся, смущённо отряхивая мантию.

— Добрый день, — откликнулся эльф, и мне показалось, что при виде нас он изрядно напрягся. Мы были в дорожных мантиях, а мой товарищ, хоть и орк, но определённо из Керона как и эльф — наш вид не должен был вызывать такого ужаса. Однако собеседник побледнел так, что стал белее горных вершин, покрытых вечными снегами.

— Скажите, вы не видели здесь компанию людей? С ними должны были быть трое гномов, гоблин и один очень крупный мужчина. Возможно, ещё несколько человек.

— Видели, — не спеша ответил он.

— Где? Когда? — я невольно подался вперёд.

— Дней двадцать назад, а может, и больше. Уже не припомню.

— Куда они направились?

— Не знаю. Они провели здесь день-другой, потом наняли корабль и отплыли.

— Что за корабль?

— «Морская Ведьма». Капитана зовут Мэдди, по прозвищу «Рыжая Бестия».

— А вы не слышали, кого они искали? Или куда направлялись?

— Говорю же нет и вам лучше покинуть остров.

— С чего бы это? — удивился я такой прямолинейности.

Ответа я не дождался. Вместо него до нас донёсся зловещий звук — сзади заскрипели ножны, и щёлкнули курки. Оглянувшись, я увидел, что почти все посетители таверны направили на нас мушкеты и клинки.

Хм-м... Любопытно. Значит, порох здесь известен. И секрет его изготовления не утрачен. Но остаётся загадкой, как этот мир стал осколком — никто не помнит истинной причины, лишь легенды о некоем «Исходе», не более того.

— Эм-м, а в чём, собственно, заключается проблема? — осведомился я у собравшихся.

Вул’дан извлёк свою грозную секиру, а Перчик обнажил когти, сверкавшие, как отполированная сталь.

То, что произошло далее, не иначе как безумием назвать было невозможно. Глаза всех присутствующих внезапно вспыхнули зловещим багровым свечением.

— Уважаемые, у вас с глазами всё в порядке? — участливо поинтересовался я. — Как самочувствие? Может, лекаря позвать? Говорят, помогает ватка, смоченная в чае...

Ответом нам стала немая, остервенелая атака. Они ринулись вперёд с единственной целью — уничтожить нас, а их лица оставались абсолютно бесстрастными, будто маски. Единственными, кто сохранил рассудок, оказались эльф за стойкой и две гномихи.

— Слушай, хозяин, что здесь, чёрт возьми, творится? — крикнул я, тем временем сплетая заклинание ударной волны, рассчитанное не на убийство, а только на отбрасывание нападающих и нейтрализацию их оружия. Воспоминание о Санчесе, истекающем кровью, было ещё слишком свежо. Благо они не успели зарядить мушкеты.

— Без понятия, — прозвучал испуганный ответ.

Эльф, казалось, побелел ещё сильнее. Гномихи метнулись за стойку, укрывшись за его спиной. И тут я уловил их поразительное сходство с эльфом. «Неужели?.. Ладно, эту историю я обязательно выслушаю. Но позже».

Перчик, следуя своей излюбленной тактике, ринулся вперёд, нанёс несколько точных ударов и вернулся на стойку. Но даже те трое, кому он повредил сухожилия, несмотря на боль, продолжали пытаться добраться до нас, ползя по деревянному полу и впиваясь в доски ногтями.

— Так, мне это решительно не нравится, — холодно констатировал я, когда даже оглушающая молния не возымела эффекта. — Что ж, вы сами сделали свой выбор. Эти души я преподношу тебе, Морана.

Едва слетели с моих губ эти слова, как их глаза вспыхнули ещё ярче, налились кровью, а вены на висках и шеях вздулись, словно верёвки.

Семь ударов цепной молнии, девять ледяных копий, метко пущенных орком, и пять бездыханных тел, оставленных Перчиком, — таков был итог этой схватки.

После, дабы не оставаться среди скопища трупов, я растворил все тела во тьме, не оставив и следа. Хорошая и полезная магия. Нет тела нет дела, работает во всех мирах.

— Вул’дан, удостоверься, что за дверью всё спокойно, — распорядился я, всё ещё находясь под впечатлением от недавней стычки.

Орк бесшумно приоткрыл тяжёлую дубовую дверь, бросил внимательный взгляд на улицу и кивнул.

— Всё в порядке. Все бегают, жизнь течёт своим чередом, безумцев не наблюдается.

Он повернул табличку на «Закрыто» и надёжно задвинул массивный засов.

— Что ж, начнём с главного, — я вновь занял место на стуле, чувствуя, как напряжение постепенно покидает плечи. — Представьтесь и расскажите, как вы трое оказались в этом месте, и, если можно, проясни, что только что произошло. Уж больно любопытно мне.

— Меня зовут Ванииль из рода Полуночных Цветов, — откликнулся эльф.

— Ванилька, — фыркнул бельчонок. Я не удержался от улыбки — сходство и впрямь было поразительным.

— Ванииль, а не Ванилька, — поправил он, бросив на Перчика неодобрительный взгляд. — А это Дарвина, моя супруга, — он указал на женщину с волосами цвета воронова крыла и лицом, лишённым и намёка на бороду, как ныне в моде среди гномов Железных Гор.