Ирек Гильмутдинов – Опять 25. Финал (страница 65)

— Любая развитая цивилизация неизбежно приходит к созданию искусственного разума, — прозвучал холодный, лишённый эмоций ответ.

— И ваша пошла тем же путём?

— Нет. Нам удалось вовремя изменить собственную природу и осознать угрозу, что несёт ИИ для нашей расы.

Едва последнее слово слетело с его уст, пространство исказилось, и он материализовался у меня за спиной. Его клинок, окутанный фосфоресцирующим сиянием, пронзил мою спину насквозь, выходя из груди. Лезвие, точное как скальпель, прошло сквозь лёгкие, и я рухнул на землю, захлёбываясь кровавым хрипом. Магия, обычно послушная моей воле, теперь ускользала из пальцев, словно вода сквозь решето.

— Вот видишь, Ксил'раак, не такой уж он и сильный. Это обычный человек, хоть и был с большим потенциалом. Почему ты улыбаешься? — недоумевал архитектор, глядя на Судью Проклятых. Следом стали улыбаться и другие. — Вы находите убийство разумного смешным?

— Нет. Просто ты попался на ту же уловку, что и мы.

Архитектор резко развернулся в ту сторону, куда смотрели все. И увидел меня, сидящим на кортах.

— А ты смотри-ка ещё быстрее, чем твои девочки. Я прям поражён до глубины души. Давай я покажу тебе, что такое — скорость.

Облачившись в доспех из молний, я ускорился и врезал ему апперкот, от удара он отлетел, но я не собирался на этом останавливаться. С каждым разом я набирал всё больше ускорения, напитав каждую клетку энергией молний. Мои кулаки стали оружием магии смерти. Каждый мой удар наносил гниение, разложение, разного рода болезни. Постоянно бьющее молнией перегружали барьер и не давали ему сконцентрироваться. Он упал на землю, более напоминая кусок прогноившего мяса, чем живое существо. А затем я применил магию тьмы, когда он был не в силах подняться. Только вот душу я не забрал, будто передо мной робот, а не разумное существо. Чуйка говорила: не мог я так легко справиться. Что-то тут нечисто. И тогда…

Цикл…

Я прекратил заклинание лишь тогда, когда из портала наконец вышел он — сам Архитектор, чья внешность разительно отличалась от облика его сородичей. Он был смесью живого существа и кибернетики.

— Здрасте, Мы вас не ждали, а Вы припёрлись. Наконец-то Вы вышли, дорогой мой архитектор, — я улыбнулся во все тридцать два зуба. — Вот скажи мне, в чём заключается истинная сила? Ради чего ты принёс в жертву столько своих творений? — Я развёл руками, указывая на дымящиеся обломки. — Я ведь предложил пообщаться. Где твой разумный подход?

— Нам не о чем с тобой разговаривать.

— Да ладно? — Я притворно вздохнул. — Только не отвечай прохладно, а то я и впрямь решу, что тебе знакомо чувство юмора. Выслушай, неуважаемый. Твой замысел с вмешательством в ход времени вызывает у меня определённые возражения. Предлагаю отказаться от этой затеи. Есть другое предложение. Мы могли бы обсудить всё за неторопливой беседой. Полянку накрою, рюмочку беленькой налью. Поделишься своими тревогами, а я поведаю о своих. Согласен?

— Тул'зар, ты обладаешь ясным видением. Нам не одолеть его. Не обрекай наш народ на гибель. Ты ещё нужен нам, — в голосе Ксил'раака Тор'векса звучала отчаянная убеждённость.

— Ты мне противен, Ксил'раак. Такие, как ты, не должны давать потомство, — пучок плазмы вылетел в Судью Проклятых, но я прикрыл его щитом из молний, и в тот момент под ним взорвалась граната, разорвавшая Ксил'раака Тор'векса. Такое ощущение, будто он знал, что я так сделаю.

— Занятный ты собеседник. Я предчувствовал, что конструктивный диалог с тобой невозможен. Но, как говорится, надежда умирает последней. Прежде чем наши пути окончательно разойдутся, ответь: откуда ты черпаешь энергию для завершения своего проекта? — Вместо ответа в меня полетели пучки плазмы, выпущенные из пистолетов.

Бой был скоротечен, но я смог его победить. Честно, думал, будет тяжелее…

Цикл…

Я прекратил заклинание лишь тогда, когда из портала наконец вышел он — сам Архитектор, чья внешность разительно отличалась от облика его сородичей. Он был смесью живого существа и кибернетики.

— Здрасте, мы вас не ждали, а вы припёр…

Он, проходя мимо Ксил'раака Тор'векса, снёс ему голову мечом. Затем убил всех, кого я спас. Я просто не успел их защитить. У меня даже в мыслях не было, что он так поступит.

— Вот ты, конечно, урод. Я предчувствовал, что конструктивный диалог с тобой невозможен. Но, как говорится, надежда умирает последней. Прежде чем наши пути окончательно разойдутся, ответь: откуда ты черпаешь энергию для завершения своего проекта? — Вместо ответа он бросился на меня с копьём, что при ударе об барьер поглощала мою энергию.

Так как я не был скован ксиллор'аанцами, которых боялся задеть, то применил магию, что бьёт по площадям. Массовое разложение, кислотный дождь. Земля разверзалась под ногами Тул'зара, а каменные шипы силились пронзить его тело. В итоге мои вороны заклевали его, а я отрубил ему голову.

Цикл…

Я прекратил заклинание лишь тогда, когда из портала наконец вышел он — сам Архитектор, чья внешность разительно отличалась от облика его сородичей. Он был смесью живого существа и кибернетики.

— Здрасте, мы вас не ждали, а вы припёрлись. Наконец-то вы вышли, неуважае...

Проходя мимо Ксил'раака Тор'векса, он снёс ему голову мечом. Затем расстрелял всех, кого я снял с крестов. Я так охренел от случившегося, что не успел их защитить.

— Вот ты, конечно, урод…

Наша схватка превратилась в смертельный танец, где каждый шаг мог стать последним. И именно тогда я с ужасом осознал — мой внутренний источник магии истощился наполовину. Куда подевалась энергия? Я ведь прибыл сюда, переполненный силой до самых краёв. Что за чертовщина здесь происходит?

Прозрение настигло меня подобно удару молнии. Это существо манипулирует временем, снова и снова возвращая нас к началу поединка.

Выходит, если ему удалось создать хронометрическое устройство, то это его естественная способность. Значит, я сражаюсь с одной и той же сущностью, которая сохраняет память о каждом цикле. Это объясняет, почему мне приходится постоянно импровизировать, находя новые тактики.

Хотя в моём арсенале тысячи заклинаний, и все они отточены до совершенства, против него я вынужден использовать только те, в которых абсолютно уверен. Но даже так он постоянно ухитряется защититься и уклониться, будто знает, что я применю в данную секунду. Вот же он…

Это понимание пришло ко мне чуть позже — в тот миг, когда я решился воплотить свою безумную идею.

В момент, когда тело Архитектора рухнуло на землю, я активировал Хроно-акселератор. В тот миг, когда я ускорил время, а он принялся его отматывать, наши потоки столкнулись. Я увидел, как мир вокруг меняется с невероятной скоростью — словно вселенная промотала плёнку назад при включённом присмотрите.

Едва он материализовался из портала, я, не говоря ни слова под удивлённые взгляды ксиллор'аанцев, помчался к нему. Хореография боя слегка изменилась, но противник оставался прежним. На этот раз он избегал близкого контакта, разрывая дистанцию и атакуя издалека. Когда я одолел его, то активировал артефакт времени, и он появился вновь. Но теперь и я помнил наш предыдущий поединок.

— Снова, снова и снова? — воскликнул я. — Ты вообще собираешься умирать? Надолго ли хватит твоей энергии на эти временные петли?

Моя фраза заставила его замереть на мгновение.

— Признаю, я поражён, — прозвучал его голос, в котором впервые проскользнули эмоции. — Не понимаю, как твой скудный разум обрёл это знание и как сопротивляешься течению времени. Но ты не сможешь продержаться долго.

— Посмотрим, кто сломается первым, — Gladius Nox — в моих руках появились клинки тьмы, и я ускорился, бросаясь на врага.

Так продолжалось неизвестно сколько. Он появлялся снова и снова, а я атаковал, не позволяя ему приблизиться к тем, кого стремился защитить. Постепенно мной начало овладевать тревожное чувство — что в самом деле могу не выдержать. Хотя на каждое «убийство» я тратил не так много сил, но при таком темпе моя мана неизбежно иссякнет. Эти бесконечные возвращения начали всерьёз меня беспокоить. Сколько энергии требуют темпоральные перемещения? Неужели так мало, что он может продолжать это вечно? Ведь скоро мне придётся использовать резервные мана-кристаллы. Ну сколько я ещё смогу продержаться? От силы пятьдесят, может, сотню таких вот повторов.

Думай, Евгений, думай.

Единственное решение, которое пришло мне в голову, заключалось в том, чтобы перенаправить обелиск прямиком в сердце ближайшей звезды.

«Дайте мне знание координат», — обратился я к миру Знания. Я уже знал, что именно он рулит этим театром. То ли они ждали этого запроса, то ли я был в своём праве. Но осознание, как отправить обелиск к солнцу, я получил.

Когда Архитектор в очередной раз материализовался, я обрушил на него сокрушительный удар, выбивший сознание, но оставивший в живых. Земля разверзлась под его бесчувственным телом, поглощая Тул'зара в каменные недра. Я погрузил его на такую глубину, на какую хватило моих сил.

Затем я обратился к Ксил'рааку Тор'вексу, подробно описав происходящее. К счастью, он поверил мне и быстро понял суть моей просьбы. Мне требовалось выяснить местоположение криокапсул с погружёнными в анабиоз ксиллор'аанцами. На раскрытие этой информации ушло шесть повторов смерти Архитектора. Ещё двенадцать потребовалось для реализации задуманного. Каждый раз я повторял одни и те же действия, варьируя заклинания: обездвиживал его, но не допускал смерти. Так как нужно было время, чтоб убедить их, а после запомнить, куда бежать и что брать.