Ирек Гильмутдинов – Опять 25. Финал (страница 55)

Затем он передал мне свою новую разработку, после того как я ему объяснил, чему меня научил архимагистр Вайткроу. И сейчас я с удовлетворением отмечал — защита против их осколков работает. Великий Санчес Забегайлов был бы доволен.

Поблагодарив Барита, я направился к самому старшему из встречавших нас мужчин.

— Где мне найти Валтара? — спросил я, делая вид что у меня что-то срочное.

Мужчина удивлённо поднял бровь, но я поспешил добавить:

— У меня есть срочные сведения о «Мерцающем во Тьме». Скоро представится шанс покончить с ним, но нужно действовать быстро.

Все мои надежды на спокойное проникновение, рухнули в одно мгновение, когда один из стражей, вышедших из донжона на площадь, изменился в лице и прокричал:

— Как ты посмел... — Его рука метнула кинжал с отточенным движением.

Я уклонился от лезвия, чувствуя, как воздух рассекается у моего виска, и ответил усиленным разрядом. Молния прожгла пространство, превратив голову, нападавшего в обугленный факел. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая одним руганью фанатиков, разгружавших телегу. Воспользовавшись замешательством, я схватил за руку ближайшего ко мне человека и пропустил через его тело облегчённый разряд. Оглушённое тело рухнуло на камни, а я уже мчался к массивным дверям донжона.

За спиной послышались крики и топот — ошеломлённая толпа опомнилась и бросилась в погоню.

Захлопнув входную дверь и задвинув тяжёлый засов, я мгновенно возвёл за ней метровую стену из спрессованной земли. Только теперь позволил себе осмотреться. Интерьеры замка соответствовали ожиданиям — голые каменные стены, грубый пол, никаких намёков на уют. Ни картин, ни гобеленов, ни даже простых светильников. Хотя... магические светильники здесь всё же были. Лицемеры.

Проклинают магов, но их творениями пользуются. «Вот попадись вы мне...» — мысленно повторил я за своим недавним новым знакомым.

В замке кипела жизнь. Навстречу то и дело попадались люди с теми самыми медальонами на груди. Одни бросали на меня настороженные взгляды, другие проходили мимо, погружённые в свои мысли. Петляя по бесконечным коридорам, я вскоре полностью потерял ориентацию. Отчаявшись, я распахнул первую попавшуюся дверь.

— Здравствуйте! Не подскажете, где найти Валтара?

Передо мной стоял мужчина лет пятидесяти, застигнутый за странным занятием — он наносил кистью знакомые круги на плащи. Те самые, что были униформой Братства.

— В тренировочном зале, — пробурчал он, не отрываясь от работы.

— А как туда пройти? У меня для него срочная посылка.

— По коридору налево, потом правые двери, коричневые. Там он.

— Благодарю, да хранит вас магия, — автоматически бросил я, выскакивая обратно.

За моей спиной повисло ошарашенное молчание. Я уже собирался бежать дальше, когда по замку прокатился набат. Кто-то поднял тревогу. Время истекало, и я принял единственно верное решение.

Распахнув дверь, я ворвался в обширное помещение, оказавшись в громадном тренировочном зале.

— Да вы издеваетесь! — вырвалось у меня, когда я увидел не менее пятидесяти человек, отрабатывающих уклонения от магических атак перед рядами манекенов. Воздух здесь был густым и тяжёлым — пахло кровью, сажей факелов, едким потом, солью и подспудным ароматом смерти.

«Зачем устраивать это в помещении, когда на улице есть специальная площадка?» — мелькнула у меня мысль.

Среди тренирующихся выделялся мужчина крепкого телосложения с угрюмым лицом, часть которого была обезображена старыми ожогами. Именно он двинулся ко мне, и за ним тут же потянулись все остальные. Незнакомец сложил пальцы особым жестом, и стоявший рядом воин тут же перевёл:

— Верховный мастер спрашивает, кто ты и зачем пришёл.

— Я Кайлос... — едва я произнёс своё имя, как по залу прокатилась волна, и все разом отшатнулись. — И пришёл я за вашим осколком. Как вы его там называете... Проклятое Молчание? Да, именно за ним. Вы преступили черту, когда стали помогать некромантам, и тем самым подписали себе смертный приговор. Но вас я убивать не буду, только уничтожу то, что даёт вам силы, и всё. Я сегодня добрый.

Последующее произошло стремительно и неожиданно. Едва я вызвал на ладони сферу сжатой земли, как в меня полетел град метательных ножей. А сам мужчина резко развернулся и бросился прочь, вглубь зала. Такого развития событий я никак не ожидал. Думал сейчас мы с ним столкнёмся и решим в бою у кого самые большие кахонас[18].

Применять магию против столь многочисленной и подготовленной группы оказалось чрезвычайно сложно. Это были не новички, а опытные бойцы, заслужившие своё место, и у каждого на груди висел осколок — у кого больше, у кого меньше. Их совокупное влияние создавало ощутимое давление. К тому же я быстро понял, что мощные заклинания мне недоступны — пришлось перейти к точечным, точным ударам. Хотя против обычных людей и этого должно было хватить с лихвой.

Затем началась настоящая бойня. В меня полетело всё, что только можно было метнуть: копья, кинжалы, ножи, и даже тяжёлую деревянную лавку кто-то швырнул. Я носился между ними, касаясь плеча каждого и накладывая обездвиживающее заклятье. Это были обычные люди, и, лишив их вместе с касанием осколков, я лишал их и подпитки. Именно поэтому я не стал убивать их сходу. Кажется, они это поняли — и тогда бросились на меня всей толпой не пытаясь защищаться.

Но я не давал никакого обета милосердия. Моё решение пощадить их было минутной прихотью, внутренним импульсом, подсказывавшим, что так нужно поступить. Однако умирать здесь и сейчас я не планировал.

— Nox Aeternae! — мысленно произнёс я, и зал поглотила непроглядная тьма. К счастью, осколки не смогли наделить их способностью видеть в магическом мраке. Они начали сталкиваться друг с другом, послышались крики боли — один из них в панике вонзил нож в товарища. Когда они замерли на месте, пытаясь уловить звук моих шагов, я воспользовался моментом. Сконцентрировавшись, я всё же смог сплести сложнейшее заклинание — Pavor Intimus. Волна чистого, неразбавленного страха покатилась от меня, погружая зал в хаос. Воины побросали оружие, кричали, молили о пощаде. Это заклинание уровня архимага, и я учился ему долгие годы. Всё, что связано с душами и памятью, — самое сложное в магии. Это я уже понял.

Развернувшись, я бросился к другому выходу. Им теперь было точно не до меня. За дверьми оказалась лестница, уходящая вниз. «Ага, вот и вход, куда надо, — с облегчением подумал я. — Теперь понятно, почему я не мог найти его раньше. Похоже, он здесь всего один. Или нет? Посмотрим, куда это выведет».

Я обратил внимание, что здесь тоже горели магические светильники. «Что за странный у них дизайн? — мелькнула у меня мысль. — Там факелы, здесь светильники. Зачем добровольно создавать себе такие неудобства? Зачем наполнять тренировочный зал этой удушающей атмосферой? Или они так воспитывают в себе ненависть к магам?» Я покачал головой. «М-да, настоящие психи».

Пробежав вниз по крутой каменной лестнице, я оказался в небольшом помещении, заставленном массивными сундуками. Любопытство взяло верх — приподняв крышку ближайшего, я увидел аккуратно сложенную одежду. «И вот на хрена тут комплекты одежды, обуви?» — мелькнула странная мысль.

Я рванул дальше, петляя по бесконечным коридорам, которые неумолимо уводили вглубь подземелья, пока не оказался перед распахнутыми массивными вратами. За ними открывалось грандиозное зрелище: огромная сырая пещера, уходящая в непроглядную тьму. Вглубь вела едва заметная тропа, и я уже было собрался ступить на неё, как услышал впереди отзвуки быстрых шагов. Вскоре я различил в полумраке спину убегающего мужчины.

Не раздумывая, я бросился в погоню. Через несколько минут бега по извилистым тоннелям я оказался в обширном гроте. Его озарял багровый свет, исходящий от гигантского кристалла в форме львиного октаэдра. Когда Валтар — а я уже не сомневался, что это был он, — приблизился к реликвии, та начала пульсировать, её свечение участилось, становясь почти неистовым. Но с моим появлением пульсация замерла, свет стабилизировался.

Я тут же прислушался к себе, к внутреннему источнику силы, ожидая привычного подавления. И о чудо — магия отозвалась, живая и послушная. Что это значило? Чёрт его знает.

Рядом с кристаллом возвышался странный постамент, напоминавший то ли пьедестал, то ли жертвенный алтарь, хотя следов крови или привычного смрада смерти я не ощущал.

В этот момент мужчина вышел мне навстречу, встав между мной и кристаллом с перекрещёнными клинками в руках.

— Слушай, я понимаю, — начал я, стараясь говорить спокойно. — Ты пережил ужасную потерю. Но разве в этом выход — лишать жизни магов, которые не имеют ни малейшего отношения к твоей трагедии? Это же бессмысленно.

Валтар хранил молчание, его лицо оставалось каменной маской.

— А ты кто такой? — обратился я уже к кристаллу. — Очередной безумный Искусственный Интеллект, возомнивший, что вправе вершить судьбы целого мира? Решивший, что тебе одному известно, что для него лучше? Из какого обелиска тебя вышвырнуло? Какой мир оказался столь несчастным, что породил тебя?

В ответ повисло молчание. Может, поэтому его так прозвали «Проклятое молчание», потому что он не отвечает. Но затем реликвия, которой, без сомнения, поклонялись фанатики, завибрировала, породив странные звуки, похожие на шипение стравливаемого пара и скрежет древних модемов. Эти звуки медленно складывались в членораздельную, пугающую своей неестественностью речь.