Ирек Гильмутдинов – Лабиринт (страница 3)

Я прищурился:

— И что же так взволновало светлейшую и прекрасную целительницу?

— Дело в том, что, попробовав твоё… угощение, она загорелась идеей. — Он сделал паузу, подбирая слова. — Лечить ими тех, кто понёс душевные раны. Понимаешь, о чём я?

— Приблизительно.

— Тех, кто потерял близких. Кто больше не видит смысла в жизни, кто подвергся заклинанию некромантов и магов тьмы, теней. Всех тех чья стихия влияет на разум, — Огнебровый наклонился вперёд, и в его глазах вспыхнул необычный для него огонь. — Понимаешь, магия не лечит такое. А вот твои горошины… Клариса была настолько впечатлена, что хочет встретиться с тобой в их лечебнице.

Я хмыкнул:

— И зачем мне это?

— Разве ты не хочешь помочь людям? — Ридикус развёл руками. — Я не предлагаю раздавать твои горошины даром. Просто там ты сможешь договориться с ней лично. Пойми, одно дело — назначать цену, а другое — знать, что твой продукт действительно исцеляет, и тогда цена будет совсем другой.

Я задумался, постукивая пальцами по столу.

— Она в курсе, что я ученик Торгуса? А то мало ли.

— Разумеется, — Архимаг огня усмехнулся. — И, хотя она моя давняя подруга, обезопасить тебя от нападок столь влиятельного рода я всё же считаю необходимым. Даже мой род не в силах посоперничать с ними. Если только объединиться с Ворхельмами, и то шанс на победу крайне мал. Благо мы не враги, да и взгляды на то, как жить нашей империи, у нас одинаковы.

В воздухе повисло молчание. За окном щебетали птицы, а я размышлял над его словами. Возможно, это и вправду был шанс — не только для заработка, но и для чего-то большего.

— Ладно, — наконец сказал я. — Договорись о встрече. Но если хоть одна лишняя душа прознает — вся сделка в печь.

Он кивнул, и в его глазах мелькнуло удовлетворение.

— Договорились. Кстати, — начал Ридикус, с грустью посматривая на пустой стол, — не думал обзавестись собственным магическим родом? Ты ведь теперь подтверждённый маг, пусть и с «необычной» специализацией.

— Как раз сегодня собирался заняться этим вопросом, — ответил я, вспоминая сколько часов провёл за тем, чтобы придумать себе фамилию. — Кайлос Версноксиум. Как тебе?

Огнебровый задумчиво потёр подбородок:

— Звучит... весомо. Тебе подходит. Вообще, правильно, что решил оформить документы до первого дня в академии. Особенно учитывая твою... э-э-э... двойку.

— Если вы не забыли, у меня девятка, — парировал я, намеренно поднимая эту тему. Мне было интересно, почему он так странно реагируют на мой результат. Будто цифра девять обычная, и чуть ли не каждый второй щеголяет с ней на мантии.

— Даже не начинай, — Ридикус отмахнулся, словно отгоняя назойливую муху. — Для себя я решил: артефакт был неисправен. Потому что если он работал правильно... — он сделал паузу, — то выходит, ты будущий бог этого мира. А к такому повороту, прости, мой разум пока не готов.

Я задумался. В этом был свой резон — зачем каждый день ломать голову, кем я стану? Будто других забот не хватает. То ли дело подумать, что Кайлос приготовил на завтрак. Да только тут такой облом.

— А почему Эльрикас... — начал я, но Огнебровый резко перебил:

— Когда ты его в последний раз видел?

— На приёмной комиссии...

— Так и знал! — Ридикус хлопнул себя по колену. — Это был не Шаркус! Вот почему он так странно себя вёл. Да ещё и нас попросил никому не рассказывать. А ведь знаешь, он раньше был отшельником, а сейчас уж слишком часто всплывает в твоих историях. Похоже, что-то в мире назревает, раз он вернулся.

— Получается, ректор не знает, кто я?

— Нет. Причём мы с Мариной дали клятву молчания. Вопрос в другом... — он вдруг осёкся. — Хотя нет, лучше нам в это не вникать. Это игры архимагистров, а нам туда лучше не соваться. Ну так как, я могу передать Кларисе что ты готов хоть сегодня? — сменил он опасную тему.

— Сегодня нет, а вот завтра пожалуйста.

— Отлично! — лицо огневика озарилось редкой для него улыбкой. — Честно, Кай, ты меня выручаешь. Если всё сложится, ты приобретёшь в союзники второй по влиятельности род Империи Рассвета. Да и многие семьи, чьи близкие страдают от душевных ран, будут тебе благодарны. — Он сделал паузу, затем добавил тише: — И вообще... это доброе дело. Твоей душе не помешают хорошие дела.

— Согласен. Теперь о вас — возьмёте партию? — спросил я, а сам внутренне сжался. Если он откажется это будет фиаско.

Огнебровый прищурился:

— А тебе действительно нужно столько много золота?

— Очень, да хорошо бы побольше и желательнее вчера.

— Учитывая твои амбиции, ты явно не шутишь.

— Ни капли. Но поверь, это окупится... Думаю год или три, и я стану очень обеспеченным человеком. Но для этого надо вложиться, хорошенько вложиться.

— Ладно, — вздохнул Ридикус. — Я поговорил с отцом. Он согласен взять ещё десяток, но пока больше не сможем. Дело не в деньгах. А в том, что после того, как они с матерью их попробовали, то решили, что засиделись в столице и желают покататься по миру.

Мы род, который принимает самое активное участие в развитии империи, и отлучиться на столь долгий срок просто так не можем. Он боится, что тогда вообще никто из рода не захочет в ближайшее время работать. Надеюсь на твоё понимание.

— Тогда и ты прими мою благодарность, — я искренне улыбнулся. — Эти средства для меня сейчас как глоток воздуха. Цены в столице бьют по карману начинающего предпринимателя покруче Тайсона.

— Кого?

— Не обращай внимания. Маг такой жил давным-давно. Физик. Любил кулаками махать, да уши людям кусать.

— Никогда о таком не слышал.

— Кстати... — сменил я тему, — как поживают мои родители?

Ридикус смягчил выражение лица:

— Теперь, когда ты окреп, могу и рассказать. Поселил твоих предков на наших родовых землях. У нас, как и у Ворхельмов, есть несколько деревень под покровительством. Так вот, в самой уютной из них теперь живёт твоя семья. К слову... — он хитро улыбнулся, — у тебя появились сестрёнки-близняшки.

— Неужели? Когда? — мои руки сами собой продолжили замешивать тесто для сырников, добавляя особые травы. Нельзя после столь удачных переговоров оставлять гостя голодным. Да и сам я что-то проголодался. Яичницы мне оказалось маловато. Что поделать, растущий организм.

Аромат быстро разнёсся по дому, приманивая любопытных — вот уже в дверях показалась Вейла, а за ней осторожно выглядывал Большой Пуф. Пришлось переходить на «официальный» манер общения.

— Четыре года назад. Не смотри так удивлённо — я и сам недавно узнал. Витерия и Алестия. Первая старше второй на четыре минуты. Что часто является поводом для ссор.

— Магия…

— Есть, однако какой силы — не скажу. Я в тех краях давно не был.

— Стихия тоже не известна?

— Нет.

— Надо бы навестить... — пробормотал я, переворачивая первый сырник на сковороде.

— Обязательно. Но позже, — Ридикус встал рядом и положил руку мне на плечо. — Когда закончишь хотя бы первый курс и всё немного устаканится. Хорошо? Не переживай — я регулярно пишу им, чтобы они знали, как у тебя дела.

— Спасибо, — я поставил перед ним тарелку с золотистыми сырниками, от которых поднимался аппетитный пар.

— Вот это я понимаю! Вот это гостеприимство! — Огнебровый потёр руки с видом истинного гурмана садясь обратно на стул.

— Мы купили здание на улице Гарцующий Пони, — продолжил я, садясь напротив. — Через пару недель, когда наберём персонал и закупим оборудование, запустим кухню. Но для полноценной работы мне нужны особенные артефакты связи.

Я изложил свою идею, не опасаясь, что он её украдёт. Хотя его род и был одним из самых богатых в Империи, я уже понял — для Ридикуса важнее дружба, чем лишняя монета в сокровищнице. И в этот момент я особенно остро ощутил, что, между нами, действительно есть нечто большее, чем просто деловые отношения.

Приготовив сметану с сахаром и сварив ароматный отвар, мы с Огнебровым оставили разговоры о делах. Да и кухня постепенно наполнялась обитателями дома, привлечёнными аппетитными запахами.

Когда Ридикус удалился, ко мне робко подкрался Большой Пуф. Его обычно бойкий голос звучал неуверенно:

— Кай... можно поговорить?

— Конечно, дружище. В чём дело?

Гоблин заёрзал на месте, переминаясь с ноги на ногу:

— А мне... за работу положены какие-нибудь деньги?

Я улыбнулся:

— Разумеется.