Ирек Гильмутдинов – Лабиринт (страница 27)
Уже завтра толпы гурманов начнут искать это место, а спрос, как известно, рождает предложение. И уж тогда-то мы точно не останемся в накладе.
Перспективы весьма радужны.
Я откинулся на спинку стула, наблюдая, как последние лучи заходящего солнца играют на пустых теперь уже бокалах.
«Завтра будет новый день», — произнёс я задумчиво. — «И новая возможность покорить столицу».
Майя лукаво улыбнулась:
— Значит, это только начало?
— Только начало, — подтвердил я. — Самое интересное ещё впереди. Сеть ресторанов, доставок и прочего. И во всём этом Вы встанете у руля. Именно Вы и никто другой. Если, конечно, не будете лениться, — обвёл я бокалом всех собравшихся. Нам пришлось соединить столы, чтобы Уместились все. Включая тех девочек, что наняли. Им там всё понравилось, что они попросились на постоянную работу. Ещё бы. Они чаевыми сегодня получили больше, чем я им заплатил.
Рома поднял бокал:
— Тогда за новые горизонты! За Кайлоса.
Мы чокнулись, и хрустальный звон будто подвёл черту под этим необыкновенным днём. Но в то же время стал предвестником чего-то большего. Гораздо большего.
Сегодняшний успех дал мне нечто большее, чем просто прибыль — я увидел, каким может стать моё заведение. Стало ясно, что одного Мирко недостаточно, несмотря на весь его талант. Я решил поставить его шеф-поваром, доверив ему святая святых — использование усилителей вкуса. Конечно, не без условий: дополнительная магическая клятва и специальный сейф-артефакт, доступный только ему. В этом мире доверие должно подкрепляться гарантиями.
Но главное событие дня ждало меня впереди.Когда Император Каэл Восходящий появился на балконе дворца «Трона Пламени», вся площадь замерла. Его речь лилась плавно и величественно, но моё внимание внезапно переключилось на другое. Лучи солнца, отразившись от его короны, сверкнули ослепительным зайчиком — и тот, словно живой, метнулся к центральному шпилю площади.
Я прикрыл глаза ладонью, пытаясь разглядеть монарха, но вдруг взгляд зацепился за обелиск. Под этим неожиданным углом его очертания сложились в знакомый символ, и у меня едва не подкосились ноги. В голове вспыхнули строки, будто выжженные огнём:
Детская загадка. Та самая, из дневника Бильбо, который я прочитал не один десяток раз и забросил. И тут же всплыло пояснение, будто кто-то шепнул его на ухо: «Артефакт лежит в центре каменного круга, но виден только тогда, когда солнце стоит прямо над головой».
Сердце заколотилось чаще. Это не могло быть совпадением. Солнечный луч, шпиль, загадка — всё складывалось в единую картину.
Тайна, ждущая раскрытия, и она этого дождалась.
Я медленно перевёл взгляд на обелиск, теперь видя его в новом свете. Казалось, сам воздух вокруг него вибрировал от скрытой силы. Если загадка говорила правду, то прямо здесь, на площади, в самом сердце столицы, под землёй лежит один из обелисков. В такое я никак не мог поверить. Чтобы вот так и у всех на виду. Невероятно. Ведь этот шпиль мог быть запросто продолжением самого обелиска.
Но пока праздник ещё не закончился, а люди вокруг продолжали веселиться, я сделал глубокий вдох и улыбнулся.
Завтра. Именно завтра я начну поиски.
Последняя мысль, прежде чем сомкнуть глаза, была одновременно дерзкой и тревожной: а как отреагирует Император, если шпиль вдруг исчезнет? Ведь если моя догадка верна, то этот древний обелиск — не просто украшение площади, а ключ к чему-то гораздо более важному, как и тот, что у гномов.
Вряд ли Его Величество воспримет это с пониманием.
Я перевернулся на другой бок, но тревожные вопросы не отпускали. Как спуститься в подвалы под шпилем? Кого взять с собой? Вейлу? Пуфа? Или лучше отправиться в одиночку, чтобы не подвергать их риску? Эх, жаль тут нет Бренора, вот кто бы мне пригодился.
Но главное — с чего я решил, что завтра у меня вообще найдётся на это время? Учёба в Академии, работа над дизайном ресторана, создание новых артефактов, тонны бумаг по захвату рынка… Каждая из этих задач требовала полной отдачи. Да к тому же договорился встретиться с Кларисой.
Нет, с этим надо что-то решать.
Но чем больше я пытался отогнать мысли об обелиске, тем настойчивее они возвращались. Будто сама судьба шептала: «Ты близок. Очень близок».
В конце концов, я сдался.
Домар Уоллор проснулся с первыми лучами солнца, как это было его неизменной привычкой. Ранний подъём, зарядка, освежающая ванна с ароматными травами — всё как обычно. Затем он должен был спуститься к завтраку, который его супруга Пилиния готовила с особой любовью. Сколько бы он ни ел, её стряпня всегда была безупречна — достаточно было одного аромата, плывущего с кухни, чтобы во рту обильно заструилась слюна.
Но сегодня что-то пошло не так.
Спустившись в столовую, он обнял жену, нежно поцеловал в макушку и уселся за стол, вооружившись столовыми приборами. Перед ним красовалась привычная яичница с золотистой корочкой, щедро посыпанная тёртым сыром, с поджаристыми ломтиками колбаски и румяными оладьями из кабачков. Всё выглядело идеально — ровно до того момента, как первый кусочек коснулся его языка.
Мир перед глазами померк.
С гримасой брезгливости он Выплюнул еду в салфетку.
— Дорогой? — встревожилась Пилиния, заметив его реакцию. — Что-то не так?
— Да, — прочистил он горло, стараясь подобрать подходящие слова. — Такое ощущение, будто я… кусок свежего дерьма в рот засунул.
— Домар! — она всплеснула руками, глаза округлились от шока.
Он покраснел, осознав, как это прозвучало, но стоял на своём.
— Прости за грубость, но… попробуй сама.
Пилиния скептически подняла бровь, но отломила кусочек оладья. Едва он коснулся её языка, как её лицо исказилось той же гримасой отвращения.
— Я… не понимаю… — прошептала она, растерянно глядя на блюдо. — Всё сделала, как всегда. Почему получилось такое… убожество?
— Может, специи перепутала?
— Нет, — ответила она неуверенно. — Всё точно так же…
Домар вздохнул и отодвинул тарелку.
— Ладно, у меня ещё есть время. Давай прогуляемся до «Золотого поросёнка» — позавтракаем там.
Час спустя.
Чета Уоллоров сидела в уютной таверне, их желудки предательски урчали, требуя пищи. Когда перед ними поставили тарелки с яичницей, свежим хлебом и жареной картошкой, они с надеждой переглянулись и тут же принялись за еду.
И снова — та же реакция.
— Пфф-брр! — Домар Выплюнул кусок, словно его обманули с самым базовым человеческим правом — правом на нормальную еду.
Пилиния скривилась, едва сдерживая рвотный позыв.
— Что-то не так. Но что…
Они переглянулись, но ответа не было.
— Дорогой, мы с тобой уже седьмую таверну обходим. Может, сходим в «Не лопни маг»? Еда там была самой вкусной, которую пробовала в жизни. Хоть вроде и ничего такого они не готовили.
— Да, конечно, — загорелся Домар. — Вот только где её найти.
Никто из них ещё не знал, что сегодня утром все, кто посетил «Не лопни маг», потеряли вкус к обычной еде, и так же, как они, пришли к выводу, что стоит найти вчерашнее заведение.
Лечебница «Древо жизни» оказалась совсем не тем, что я себе представлял.
Но обо всём по порядку.
Мы встретились с Кларис сразу после моих занятий. Она заехала за мной на карете рода. По внешнему виду и по внутренней отделке она куда шикарнее той, на которой разъезжает Ридикус, но вот в удобстве абсолютно аналогична. Каждый камешек или ямку я чувствовал пятой точкой.
Когда подъехали к зданию и я вышел наружу, то от увиденного немного остолбенел.
Внешний вид и атмосфера вогнали в меня в шок. Причём не в хорошем смысле.
Здание больницы представляло собой один огромный прямоугольник… Нет, не так. Будто некий великан взял тесак и выстругал из камня брусок, а после воткнул его в землю. Необычная архитектура для мира, где всё старались сделать с изяществом.
Само строение построено из бледно-зелёного мрамора с прожилками дерева, что пророс сквозь стены и выглядел как вены на теле человека. Его крышу венчает ровная площадка, как на магических башнях. К слову, нигде более я плоских крыш не видал.
На входе установлены огромные колонны, обвитые всё теми же деревьями, а высокие витражные окна изображают сцены исцеления древними святыми давно скрыты за листвой и ветками, что выглядят словно решётки. Глядя на него у меня, возникает только одна ассоциация — клиника для душевнобольных «Аркхам» из фильма про человека-летучую мышь.