Ирада Берг – Петрикор (страница 41)

Тангеро подносит Изольде бокал вина. Садится у ее ног. Изольда треплет его волосы.

Изольда. Быть женщиной – участь, которую я не выбирала. И что же теперь остается? Смириться или… что? Выпить очередной бокал бордо, заглушить грусть, создавая небольшую иллюзию счастья? И уже все – не так грустно! А после еще одного бокала станет очень весело – и плевать на всех и на все…

Музыка. Изольда танцует с юным тангеро. На этот раз более активно.

Изольда. Интересно, что думает по этому поводу мой муж? Мы как-то совсем перестали разговаривать с ним. А я и так знаю. Он боится и поэтому уже не смотрит мне в глаза. Трус…

Недавно одна женщина смотрела на мои руки и так бестактно восхищалась их красотой, словно ничем другим – уже невозможно: остались только руки, тонкие пальцы в кольцах. Наверное, после подобного искреннего восхищения стоило достать пистолет и… Да не думайте – нет, не застрелиться, а… Ну, заложить его в ломбард, что ли! Шучу… Не воспринимайте все слишком серьезно. И мою болтовню – тем более! Все слова – лишь естественное высвобождение: сказал, проронил, озвучил, выбросил из себя прочь… И на какое-то время снова забыл!

Изольда делает знак тангеро удалиться.

Магда. Я вас понимаю. Кто не боится старости? Да нет таких! Все одинаково беспомощны перед ней. И Тристан тоже. Однажды я наблюдала (он не видел меня, я тихонько стояла за дверью), с каким нескрываемым ужасом он рассматривал свои резко редеющие волосы. Что же, выглядело довольно забавно.

Изольда. Тристан? Вы сказали Тристан?

Звук из хоррора!

Картина меняется на филармонию. Крис и Изольда снова садятся на стулья в зале.

Крис. У вас красивые руки. Я обратила внимание, когда вы брали программку.

Изольда. Красивые руки? Что вы о себе возомнили? Думаете, что имеете на это право? (В сторону.) Неужели это теперь все время будет повторяться?!.

Крис. А вы? Вы думаете, что имеете право на него?

В этот момент оркестр начинает громко играть музыку – звучит «Ода к радости», и диалог вынужденно прерывается. Музыка заканчивается, и начинается диалог Крис и Магды.

Теперь Крис отходит в сторону и садится на стул. Снова аскетичная комната психотерапевта.

Крис. Я всегда хотела летать. С самого детства! Ну, вот хотела. Даже сны видела, как парю над городом, яркими рыжими крышами, фонтанами, цветущими садами. Какой-то вымышленный город, и я лечу над ним. Из-за этих самых фантазий я и стала стюардессой. Кристина – стюардесса с длинными ногами… Говорят, что редко кто знает в юности, кем он хочет быть. А я вот точно знала. Прямо представляла себя в строгой форме стюардессы и обязательно с красивым шелковым платком. Я видела таких в разных иностранных фильмах. А где еще я могла видеть…

Магда. Расскажите про своих родителей.

Крис. Они меня любили. Ну, как могли. Сами ничего не видели и летали только раз в Сочи, когда я в школе училась. Так это для них целое событие было. Я еще поэтому знала, что буду стюардессой и увижу весь мир. Мама меня не понимала, а папа всегда повторял, что «дочка у нас самая красивая». И я всегда такой себя считала. Б…. Как же я могла так влюбиться! Я все время думаю о нем. И сейчас думаю. И на земле, и в небе…

Я позволяла ему все. И еще испытывала какое-то дополнительное блаженство, оно меня буквально щекотало. Что бы сделала его жена, если бы увидела нас вместе! Меня это прямо заводило. Мне казалось, что она за нами наблюдает, и от этого я еще больше хотела его. Я знала, что могу победить ее, если только захочу. Порой мне казалось, что я ей демонстрирую свою нежность и свое тело, свое женское превосходство.

Магда. Вы ее видели?

Крис. Видела. В соцсетях. Ее довольное и холодное лицо. Думала – холодная ты сука. Живешь с ним? Завтракаешь молча, а потом складываешь посуду в мойку и спрашиваешь: «Будешь сегодня ужинать? Приготовить что-нибудь?» А он отвечает: «Сегодня запланировал важную встречу! Не жди меня!» Он произносит каждый раз очень похожие слова… А я представляю, как она смотрит этим своим рыбьим взглядом на нас: смотрит, как он меня любит и как нам хорошо вместе. Холодная сука. Неужели она не чувствует запаха другой женщины? (Нервно смеется.)

Магда. Бедная влюбленная Крис.

Снова зал филармонии.

Изольда. У меня какое-то странное ощущение. Дежавю. Показалось, что я уже раньше чувствовала этот запах. Да, определенно – и не раз, когда Тристан возвращался домой. Терпкий запах стойкого селективного парфюма. Аромат похотливой кошки. Сомнений больше не оставалось: это – она, любовница Тристана.

Изольда и Крис сидят на стульях. Крупные планы. Глаза, губы.

Изольда. Зачем вы здесь?

Крис. А вы?

Изольда. Признайтесь, это же вы? Я знаю… Зачем пришли? Мало того, что я несколько лет делаю вид, будто ничего не происходит. Вам хочется и воочию насладиться победой? Но вы же никакая не победительница! Вы тоже проиграли.

Крис. Какая вы холодная. Хватит строить из себя снежную королеву. Разве не унизительно все знать, но делать вид, что ничего не замечаешь? И продолжать гладить рубашки, готовить ужин, а потом отправлять своего мужчину в постель другой женщины? Вы вообще нормальная? Или вы просто мазохистка?

Изольда. Боюсь вас разочаровать – ни то ни другое. Он вас не любит и никогда не любил. Он уже забыл о вас. Ведь так? Вы знали, что он ходит к психотерапевту? Она им завладела. А вы его потеряли.

Крис. Вы просто стерва старая.

Изольда. Не верите? А почему мы здесь? (Пауза.) Соображаете? Нам прислали приглашения… Догадываетесь кто? Или это слишком сложно для вас?

Крис. Не смейте меня оскорблять.

Изольда. Это уже не имеет значения. Она перехитрила всех…

Крис. Я вас ненавижу. Я могла бы быть счастливой с ним. Нам было так хорошо.

Изольда. Это была лишь игра, которой ему не хватало со мной.

Крис. Он любил меня.

Изольда. Наивная.

Крис. Ненавижу. И вас и его ненавижу.

Изольда. Теперь понимаете разницу между нами? Я лучше вас. И я люблю Тристана, поэтому хочу, чтобы он был счастлив. Вы слишком глупы для него.

Крис. А вы старая.

Изольда. Вы не только глупая, но и злая. А от вас он сбежал бы через пару месяцев. Через пару месяцев совместной жизни.

Крис. Это не так… Не так… Это из-за вас он не со мной. Из-за вас он несчастен.

Изольда. Мне вас даже жалко. Вы не знаете Тристана. Он любит только себя. Себя и меня, потому что я уже часть его самого.

Крис. Это не так… Не так… Я вам не верю.

Изольда. И напрасно. Вы слишком романтичны. Магда – другое дело. Она умна. И у нее есть чувство юмора.

Крис. Магда? Какая же я идиотка. Идиотка… Сама рассказала этой суке о нас… Тварь… ненавижу вас всех…

Изольда. Со мной у вас была хотя бы надежда, а с ней вы потеряли его. Она играла им и заодно нами. Играющий побеждает.

Крис. Ничего не понимаю. Вы очень странно говорите.

Изольда. Да, уж вам трудно это понять.

Крис. Ненавижу.

Изольда. Хотите ее убить? А может быть, меня? Вы сами виноваты. Не надо было заставлять мужчину делать выбор… Это всегда опасно.

Крис. Оставьте меня в покое. Ведьма.

Изольда: О-о-о. Это что, слезы? Какие мы нежные…

Драка на страбоскопе, уходящая в ЗТМ.

Все три женщины сидят на стульях на авансцене в боди телесного цвета или комбинациях. Маски сняты. Это три женщины без статуса и различий, три женские сущности.

Высвечивается лицо Магды.

Магда. Я никогда не завожу отношений с клиентами. Знаете, что такое классический перенос? Клиент думает, что влюблен в психолога, но на самом деле он влюблен в то, как я его слушаю и принимаю. Люди больше не берут на себя труд слушать друг друга. Я это делаю… за деньги. Но иногда я получаю оплату в виде любви. Какой соблазн принять ее. Все вышло как-то само собой. Мы познакомились на открытии выставки. Я пришла туда вместо подруги. Та приболела и отдала свое приглашение… Играл какой-то ужасный квартет. Я взяла бокал шампанского и сделала вид, что разглядываю картины. Очередное самовыражение какого-то современного абстракциониста. Красная мазня на белом фоне… Художник – гей, я поняла это по его мазку и сплошным фаллическим символам. У гетеросексуальных творцов все или про недостижимость, или про обладание вагиной. Этим тут и не пахло. «Вам не нравится?» Он стоял справа от меня и смотрел на картину. «Не отрицайте, я заметил, как ваши ноздри чуть напряглись, как будто вы собираетесь фыркнуть». Какой наблюдательный! «Разбираетесь в физиогномике?» – иронично спросила я. «Разбираюсь в женщинах», – ответил он.

Я не собиралась, в общем-то, ни с кем знакомиться. Недавно я рассталась с любовником. Он тоже был психологом. Мы прожили вместе год. Но наши разговоры на кухне об абьюзивных отношениях, проекциях и рационализациях… Профессиональная деформация. Невозможно жить с тем, кто тебя постоянно анализирует. Ощущаешь себя подопытной крысой. Если нельзя убежать от прошлого, то можно убежать от тебя. Я бросила его в один момент. Выставила вещи за дверь и перестала брать трубку. Расставаться надо жестко: милосердие убивает.

«Дайте мне свой номер телефона…» – сказал он спокойно и как-то даже излишне самоуверенно. Но мне тогда почему-то понравилась именно эта интонация. Когда в мужчине чувствуется уверенность, невольно начинаешь ей пропитываться, наполняться. И вот ты уже становишься Королевой! А разве мы все не этого хотим? «Обещаю, что вам будет интересно! – Он смотрел на меня почти отсутствующим взглядом. – Обещаю, что не сделаю ничего, чего вы не захотите. Меня зовут Тристан, а вас?» Вот так и началась наша терапия. Ему нужно было выговориться. А вы не знали? Мужчину нужно слушать, вовремя задавать вопросы и иногда кивать.