Ира Дейл – Предатель. Ты меня (не) заменишь (страница 5)

Боль в груди усиливается. Хочется поднять руку и потереть саднящее место. Но я не могу показать маме, насколько мне тяжело. Она обязательно воспользуется моей слабостью и проедется по мне, словно танк по катку.

— Что молчишь? Задумалась? И правильно, — мама помешивает горячий чай, не сводя с меня пронзающего насквозь взгляда. — Тебе очень повезло, что такой мужчина как Вячеслав обратил внимание на такую неказистую и ничем не примечательную тебя. И мало того, что обратил, так еще и в браке с тобой целых пятнадцать лет продержался. А я-то тебя знаю, из тебя жена… — ненадолго прерывается, будто подбирает подходящее слово, — ох, никакая, — опускает плечи. — С твой-то зацикленностью на карьере и саморазвитием, — мотает головой. — Не знаю, как Вячеслав раньше тебя не бросил, но, видимо, удача на твоей стороне. Но сейчас ее мало. Тебе надо ухватиться за мужа обеими руками и показать ему, что лучше тебя жены у него не будет. Иначе, не сомневаюсь, бывшая быстро приберет Вячеслава к своим рукам, — вынимает чайный пакетик, кладет его и ложку на блюдце, все это время стоящее рядом с сахарницей на столе, и причмокивая делает глоток.

Я же к своей чашке даже не притрагиваюсь.

— А если она его уже прибрала к своим рукам? — само по себе вырывается из меня.

Не знаю, зачем задаю этот вопрос. Ведь понимаю, что ничего хорошего все равно не услышу. Мама никогда не становилась на мою сторону, и сейчас вряд ли выберет нужный путь. Наверное, просто хочу разочароваться окончательно. Сгореть словно феникс и восстановиться из пепла. Если, конечно, получится.

— Что…? — растерянно спрашивает мама. Сужает глаза до тонких щелочек. — Хочешь сказать… — чуть склоняет голову к плечу, — муж тебе изменяет со своей бывшей женой?

Молчу. Не собираюсь ни подтверждать, ни опровергать предположение матери. Пусть думает, что хочет. Мне лишь интересна ее реакция. Есть маленький шанс на то, что мать поддержит меня. Он мизерный, но даже несмотря на это, хочется все еще надеяться на лучший исход.

Я глупая. Знаю. И услышав следующие слова матери, только убеждаюсь в этом.

— Ну тогда тебе нужно сделать все, чтобы отбить его. Только последняя дура, может, отдать такого мужика другой бабе, — пару секунд пристально смотрит на меня, словно хочет вложить “прописную истину” мне в голову, после чего тяжело вздыхает и делает еще один глоток чая.

Я же не знаю, что сказать. У меня внутри все падает, кровь шумит в ушах. Я чувствую… разочарование. Да, его. Я думала, что мама не сможет меня ранить еще сильнее… думала, что отрастила броней. Но нет. Все-таки эта женщина нашла щель, через которую можно всадить в мое сердце кинжал. И теперь я еще сильнее истекаю кровью.

— Мама! — до меня доносится громкий девичий визг, а уже в следующее мгновение вокруг моей сдали оборачиваются нежные ручки. — Привет, — Кира чмокает меня в щеку. — А это правда, что я сегодня познакомлюсь со своим братом?

Глава 8

По телу словно электрический ток пускают, из-за чего мышцы сжимаются. Напрягаюсь до предела. Пытаюсь осознать услышанное. И вроде бы даже получается.

— Кто тебе сказал? — произношу словно не своим голосом, насколько он тихо звучит.

— Папа позвонил, — словно ничего не произошло, заявляет дочка. Отпускает мою шею и выходит вперед.

Темные волосы Киры заплетены в колосок. Бежевая водолазка и обычные синие джинсы никак не выделят дочку из толпы, но подчеркивают худенькую фигурку. Зато личико сердечком, маленький курносый нос и большие карие глаза сразу же привлекают внимание. Я все жду, когда дочка придет домой и расскажет, что у нее появился мальчик, в которого она влюблена — все-таки ей уже тринадцать, но пока этого не происходит. И если честно, я этому рада.

— Папа? — пытаюсь уложить признание Киры в голове. — Когда? — сужаю глаза.

— Утром сегодня, — пожимает плечами. — Можно? — указывает рукой на мой нетронутый чай. Машинально киваю. Я правильно понимаю, что Слава нанес предупреждающий удар? Он предупредил дочь о знакомстве с братом, которого она никогда не видела, чтобы мне сложнее было не приходить на ужин? — Мам, ты чего такая бледная? — Кира напрягается, сделав глоток чая. — Ты случайно не заболела? — ставит чашку на стол, подлетает ко мне, кладет ладонь на мой лоб. — Вроде бы норм, — бормочет под нос, взволнованного взгляда от меня не отводит.

— Все в порядке, — пытаюсь выдавить из себя улыбку, чтобы немного успокоить дочь, но уголки губ отказываются подниматься.

Каков же… гад!

Сжимаю кулаки под столом.

Продуманный мерзавец. Это же надо было к нашим разборкам дочь приплести! Вот… подлец.

Стискиваю челюсти до скрипа зубов.

— О чем я и говорила, — мать прибегает к своему любимому тону, наполненному нравоучениями. — Она уже начала действовать, — качает головой и продолжает пить чай, при этом глаз от меня не отводит.

Мне требуется пару секунд, чтобы прийти в себя. Для этого прикрываю глаза и глубоко вздыхаю, а как только распахиваю веки, сразу же поднимаюсь на ноги.

— Слава не вещь. Он сам решает, кто ему нужен, — выдаю на одном дыхании и поворачиваюсь к дочери. — Пошли, — протягиваю ей открытую ладонь.

Кира еще мгновение с подозрением смотрит на меня. Не знаю, что дочка видит на моем лице, но спорить не решается. Просто ставит чашку на стол и берет меня за руку.

Мы вместе выходим в коридор. Надеваем верхнюю одежду: я пальто, Кира ярко-розовую куртку, — и обуваемся. Мама тем временем открывает для нас входную дверь. Устала от гостей? Обычно она любит, когда внучка к ней приезжает. Надеюсь, ничего не изменилось.

— Пока бабуль, — Кира обнимает бабушку, а уже потом выходит следом за мной на лестничную площадку.

Створки вызванного мною парой секунд ранее лифта разъезжаются. И мы с Кирой заходим в кабину.

— Все-таки ты дура, — бросает мама мне в спину, прежде чем запереться в квартире.

Я вздрагиваю, а в зеркале замечаю, как глаза Киры округляется. Она оглядывается сначала на закрытую дверь, потом ловит мой полный боли и шока взгляд в отражении. Не знаю, откуда в дочке столько мудрости, но она ничего не говорит, что для нее не свойственно — Кира жуткая болтушка. Продолжая молчать, мы спускаемся на первый этаж, выходим из подъезда и направляемся к машине, припаркованной неподалеку.

Пока я занимаю водительское место, Кира садится рядом и пристегивается. Действуя на автомате завожу двигатель и выезжаю из двора дома на главную дорогу.

— Вы же о папе говорили, да? Что-то случилось? — осторожно спрашивает Кира.

Судорожно вздыхаю. Я так и знала, что она долго не продержится.

— Давай поговорим об этом позже, — прошу дочку, глядя только на проезжающие мимо машины. Мне нужно еще придумать, как объяснить Кире, что произошло между мной и ее горячо любимым отцом. И почему мы разводимся.

— Хорошо, — беззаботно и слишком быстро соглашается Кира. И уже через мгновение я понимаю почему. — Что мы будем готовить на ужин? Папа сказал, что нужно приготовить что-то особенное. Это ведь первый ужин Антона у нас дома. Нужно показать нас во всей красе. Ну и гостеприимство проявить.

Твою же… Стискиваю руль до скрипа кожаной обивки. Я убью Славу. Честное слово, убью.

Глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю.

Мне требуется пару секунд, чтобы справиться с впрыснувшейся в кровь яростью и взять себя в руки.

— Ничего, — произношу как можно равнодушнее. — Тетя Лена пригласила нас с тобой на ужин сегодня, — придумываю на ходу. Надеюсь, подруга будет не против. — Мы думаем устроить девичник. Как ты на это смотришь? — бросаю быстрый взгляд на дочь и моментально понимаю, что моя уловка не сработала. Кира насупилась.

— Но почему? — она начинает канючить, как только я снова сосредотачиваюсь на дороге. — Это из-за того, что у папы есть первая семья, да? Ты не хочешь с ними знакомиться? Если так, можешь не переживать. Антон классный. И его мама тоже. Они обязательно тебе понравятся, — искренняя уверенность в своих словах звучит в голосе дочки.

Но не это меня напрягает. И даже не наивность Киры или ее доброта. Меня волнует совсем другое.

— Откуда ты все это знаешь? — цежу сквозь стиснутые зубы, ничего не могу с собой поделать. Вот только дочка не спешит отвечать. — Кира, — предупреждение звенит в каждой букве имени дочери.

— Ладно, — выдыхает она. — Только не ругайся, — тяжело сглатывает. — Мы уже год как общаемся с Антоном. И с его мамой болтали по скайпу. Она очень милой показалась. Тетя Света, обещала, как приедет в Москву, сводить меня в большой театр, чтобы я посмотрела свое будущее место работы. Представляешь?

Глава 9

Стискиваю руль с такой силой, что даже удивляюсь, почему он не трещит и не ломается. В сердце клокочет груди. Перед глазами плывет, поэтому приходится проморгаться, иначе аварии не миновать. А мне только этого для полного счастья не хватало.

Не смотрю на дочь… не могу.

У меня в голове не укладывается, что она целый год могла от меня скрывать настолько серьезную вещь. Мы же с Кирой обо всем разговариваем. Она рассказывает мне о своих ссорах с подругами, проблемами с учителями, сложностями в балете. Дочка знает, что я всегда ее выслушаю и никогда не буду осуждать, возможно, даже помогу советом.

Но при всем этом она скрыла от меня свое общение со сводным братом и… его матерью.