Ира Дейл – Предатель. Ты меня (не) заменишь (страница 29)

— Милена, ты просто “вау”, — присвистывает Антон с восхищением глядя на меня. Мне пришлось уговаривать его обращаться ко мне на “ты”. И вроде бы постепенно я добилась желаемого, зато с моим сокращенным именем у нас проблемы. Называть меня Милой Антону кажется неправильным. Но ничего постепенно я этого добьюсь.

— Спасибо, — улыбаясь сыну мужа, чувствуя, как пылают щеки.

— Эй, это моя жена. Вот найдешь свою будешь обсыпать ее комплиментами, — шуточно журит сына Слава.

Даже не глядя на него, могу сказать, что муж улыбается.

Антон на придирку отца лишь закатывает глаза.

Тепло разливается в груди видя на идеальное взаимодействие этих двоих. Единственное, о чем я жалею, что они не нашли путь к друг другу раньше. Встречи пару раз в год не в счет.

— Пошли — время твоей речи вот-вот наступит. Если мы собьем тайминг, Лена меня сожрет, — Антон вроде бы улыбается, но я-то вижу искорки страха, промелькнувшие в его глазах.

Та-а-ак, похоже, Лена уже даже Антону продемонстрировала свое профессиональное “обоняние”, значит, о мероприятии можно не волноваться. Оно пройдет на ура!

— Не скучай, я скоро, — Слава целует в лоб меня и следует за сыном к сцене расположенной у противоположной от двери стены.

Я же ощущаю себя немного потерянной, ведь последний жест мужа в виде поцелуя в лоб получился таким естественным и совсем не вызвал отторжение.

Последние несколько дней прошли в самой настоящей суете. Мы со Славой во всю готовились к мероприятию. И у нас даже не было времени поговорить о будущем.

Да, за последнее время мы сблизились, но мне кажется, этого недостаточно. Такое чувство, что между нами все еще находится невидимая стена, которая никак не дает нам сделать последний шаг друг к другу. Не знаю, что должно произойти, чтобы мы наконец ее пробили. А может, этого не стоит делать? Может, нам со Славой пора окончательно разойтись? Отпустить друг друга и начать жить своими жизнями?

Не знаю.

Правда, не знаю.

Но наверное сейчас не время обо всем этом думать. Нужно просто наслаждаться ощущением праздника, которое появляется стоит окинуть взглядом банкетный зал.

Да, Слава прав. Все идеаль…

Теряю мысль.

Гнев поднимается из самого моего основание.

Шумно выдыхаю. Стискиваю зубы до скрипа. Волосы на руках встают дыбом.

А все потому что недалеко от сцены я замечаю свою дочь… вместе со Светланой.

Глава 45

Всего мгновение стою, наблюдая за милым общением дочери с бывшей женой моего мужа, а потом вспыхиваю.

Нет! Это уже перебор!

Что Кира нашла в этой блондинке, которая напялила красное платье в облипку, явно, чтобы привлечь к себе всевозможное внимание? Выглядит Светлана супер-вульгарно, не только из-за платья, которое не оставляет пространства для воображения, но и еще и благодаря вырезу, из которого “девочки” женщины чуть ли ни в лицо моей дочери тыкаются.

Все! С меня хватит!

Вот только стоит мне сделать шаг вперед, Кира будто чувствует это. Поворачивает голову ко мне, сужает глаза. Пару секунд просто смотрит почти также надменно как и Светлана, которая прослеживает за взглядом моей дочери. Проходит буквально пару секунд, прежде чем Кира фыркает… да, фыркает!… и ныряет в толпу. Теряю ее из вида почти сразу.

Черт.

Нужно сказать охране, чтобы за ней проследили по камерам и установили наблюдение. Мало ли, что в ее забитую гормонами и бреднями мстительной бабы голову взбредет. А я пока разберусь со Светланой, уголки, конечно же, красных губ которой ползут вверх.

Жаль, что на этот раз даже шага сделать не получается — помещение наполняет голос моего мужа:

— Приветствую, друзья!

Машинально перевожу взгляд на сцену, и мое сердце в очередной раз сжимается.

Слава… прекрасен.

Он стоит посреди сцены, на которой до этого были музыканты, и буквально владеет пространством вокруг себя. От него исходит такая волна силы и власти, что у меня дыхание перехватывает. И похоже, не только у меня, судя по шепоткам женщин, стоящих неподалеку.

— А он хорош… — тихо произносит одна.

— Ань, он женат, — усмехается вторая.

— Ничего страшного, жена не стена, подчинится.

— Поверь, он сам тебе ее подвинуть не позволит. Женат гендир безнадежно, поэтому даже не пытайся…

Безнадежно женат? Да, ладно? Почему она так решила?

Теряю мысль, стоит Славе снова заговорить:

— Я думаю, все меня знают, но все-таки представлюсь. Я, Вячеслав, основатель и генеральный директор компании “ДрагМаг”. Знаю, многие из вас уже десятки лет не только знакомы с нашей компанией, а также владеют приличной коллекцией наших украшений. Но сегодня же вы планируете ее пополнить, правда? — он на секунду замолкает, а по залу разносятся утвердительные смешки. — Вот и отлично. Потому что в этот раз я хочу представить вам нечто особенное — украшения разработанные совместно с известным английским ювелиром Джеймсом Барнс! Давайте поблагодарим его за созданные шедевры, — муж указывает рукой в сторону стендов с украшениями.

Перевожу взгляд в нужном направлении и между стендов замечаю второго бывшего мужа Светланы. Он стоит, прислонившись спиной к одной колонне с тростью, которую сжимает в руке, и едва заметно улыбается. А когда все внимание обращается к нему и по залу проносятся аплодисменты, скромно кивает.

— Знаете, когда мы с Джеймсом объединились, долго обсуждали концепцию коллекции. Не обошлось и без споров, — усмехается муж. — Мы с Джеймсом хотели создать что-то поистине уникальное… что-то, чтобы несло в послание в мир. Украшения постепенно создавались, были прекрасными — драгоценные камни другими быть и не могут, — но им чего-то не хватало. Глубины, что ли, — Слава на мгновение останавливается, чтобы люди могли проникнуться тем, что он говорит. — Мы долго не могли прийти к общему мнению, какую же общую концепцию выбрать, пока кое-что не произошло и меня не озарило, — легкая улыбка касается губ мужа. — По какому поводу обычно дарят украшения? — обращается он к залу.

— Чтобы порадовать вторую половинку, — выкрикивает женщина.

Уголки губ мужа приподнимется.

— Да, но мы выбрали для себя немного другую их функцию. Как думаете, какую? — снова обращает взор в зал.

— Чтобы извиниться, когда накосячил, — на этот раз отвечает мужчина.

— Точно, — кивает муж человеку, который озвучил верный вариант. — Часто украшения преподносят в дар, в качестве извинений, — скользит взглядом по залу, пока не натыкается на меня. Мое дыхание перехватывает, когда муж устанавливает со мной зрительный контакт и продолжает, обращаясь словно лично ко мне: — Мы, мужчины, иногда бываем самыми настоящими идиотами. Когда у нас появляется кое-что важное, мы сначала это холим и лелеем, а потом воспринимаем как должное. Мы часто концентрируемся на своих делах, забывая о том, что на самом деле важно — о наших женщинах. А потом совершаем ошибки, которые в какой-то момент становятся непоправимыми, — под конец переходит чуть ли не на шепот. Несколько долгих секунд смотрит мне в глаза, отнимая у меня остатки дыхания, а потом публично признаются. — Я не исключение. Провинился перед своей женой так, что до сих пор вымаливаю прощение, — печально улыбается. — Именно поэтому я пришел к Джеймсу и попросил сделать мне одолжение. Если вы подумали, что я попросил создать специальное украшение для моей жены, то не ошиблись. Но это не все, — его ухмылка превращается в коварную. — Я попросил назвать коллекцию в честь моей жены и с концепцией, состоящей всего из двух слов “Прости. Люблю”, — последние слова направляет прямо мне.

Ледяная стена, которая защищала мое сердце от того, чтобы то снова открылось и позволило мне испытать что-то к мужу, рушится. Знакомая боль пронзает жизненноважный орган, но смывается волной тепла, разливающегося по груди. Дыхание перехватывает. Слезы брызгают из глаз. Смотрю на Славу и не могу поверить, что он при всех признался в том, что провинился, а потом еще и в любви.

Мой несгибаемый муж, которого ничего не может выбить из колеи, ради меня открыл свои чувства при посторонних людях.

— Я же говорила, женат он безнадежно, — доносится до меня, словно издалека.

Слава… Я тоже тебя люблю. Но боюсь снова довериться. Очень боюсь, почти также как люблю.

Мысленно пытаюсь передать послание мужу, и кажется он его понимает. Потому что кидает и едва заметно улыбается, как бы говоря:

“Если ты дашь мне шанс, я не подведу”.

Всхлип срывается с губ. Прикрываю рот ладонью, чтобы хоть как-то его удержать. Вот только слезы, льющиеся по щекам, скрыть не получается.

Слава, конечно, замечает их, хмурится.

— Представляю вам коллекцию под названием “Милена”, — выпаливает и спрыгивает со сцены.

Даже сквозь толпу, утопающую в овациях, замечаю, что муж передает Антону микрофон и начинает пробираться по мне сквозь людей, которые хотят с ним пообщаться, поэтому постоянно окликают и одергивают.

Благо, мужу не приходится от них долго отбиваться ведь снова начинает звучать живая музыка, и зал заполняют модели в бежевом одеянии, с различными украшениями, которые привлекают своим блеском всеобщее внимание.

Славе становится куда проще пробираться ко мне. Он все приближается и приближается. А я жду его, затаив дыхание и не сдвигаясь с места.

— Я так понимаю, от моего предложения по работе вы откажетесь? И в Лондон со мной, конечно, не поедете? — раздается рядом голос с явным акцентом, когда мужу останется сделать последний шаг, чтобы подойти ко мне.