Ира Дейл – Месть. Подарок предателю (страница 2)

В итоге голубки ушли, оставив меня одну среди осколков моей семейной жизни и моих надежд.

Я плакала. Дни и ночи напролет. Плакала до изнеможения, пока не поняла — слезами горю не поможешь. Развод был неминуем. Вот только я не думала, что он будет таким... ледяным и циничным.

Мысли путаются, ЗАГС и бывший муж расплываются перед глазами, то и дело замещаясь тем вечером ужаса.

Вот только голос бывшего мужа возвращает меня в настоящее и заставляет сжаться в комок от ужаса:

— Кстати, у тебя есть время до завтра, чтобы съехать! Валя уже собрала твои вещи!

Глава 2

— Что? — вылетает из меня.

Смотрю на уже бывшего мужа огромными глазами, его слова никак не хотят укладываться в голове. Такое чувство, что мой мозг их отторгает, иначе как объяснить тот факт, что я чуть ли не в ступор впадаю, глядя на мужчину, который всего несколько месяцев назад был самым дорогим для меня, а сейчас я даже то, что он говорит, воспринять не могу.

— Я сказал, что Валя собрала твои вещи, — Сергей отделяет голосом каждое слово, — поэтому тебе не придется сильно напрягаться, основную работу за тебя уже сделали, — говорит так, словно одолжение мне сделал. И вообще, когда они успели побывать в доме? Я же только сегодня утром уезжала оттуда на работу, и все мои вещи лежали на своих законных местах. — Но ты посмотри, может, что-то твое все-таки осталось. Мне ничего твоего не надо… Возможно, я позже даже мебель заменю. Знаешь, новая жизнь предполагает все новое. Хотя… дом и обстановка мне нравится, — произносит так, словно задумывается о том, а нужно ли действительно что-то менять.

— Ты хочешь сказать, что выселяешь меня? И говоришь об этом только сейчас? — говорю так, словно не верю, что происходящее — правда. А я и не верю… не верю, что человек, которому я отдала шесть лет своей жизни, может быть настолько жестоким.

— А я разве не говорил раньше? — хмурится Сергей. — Забыл, наверное, — бросает взгляд на свою любовницу, которая, судя по выражению лица, очень недовольна долгим ожиданием, подмигивает ей, после чего снова обращает взор на меня. — В общем, так. В любом случае, там твоих вещей не мн… — Не знаю, что именно Сергей хотел сказать, но стоит ему присмотреться ко мне, стоящей на месте и глядящей на него словно на призрака, забывает обо всем. Сужает глаза до тонких щелочек, смотрит на меня так, будто читает мои мысли. А что, если и правда? Вполне возможно, судя по тому, что в следующий момент спрашивает: — Ты же не думала, что я позволю тебе остаться жить в доме? Я его купил до того, как мы поженились. По закону он мой.

Нет, я не думала. Ничего не думала…

На самом деле, последние дни… хотя нет, месяцы прошли в адском раздрае. Нежданный-негаданный развод. Завал на работе. Еще и квартиранты, которые живут в бабушкиной квартире, чудят.

Мне некогда было даже поесть нормально. Не говоря уже о чем-то другом. Конечно, у занятости были свои плюсы — я не чувствовала боль, ту самую, которая пронзила меня, когда Сергей привел свою любовницу в наш дом. Все эмоции притупились, а я перешла в режим «решать проблемы, плакать будем как-нибудь потом». Вот только, похоже, за этим всем я упустила кое-что важное: место, где я буду жить после развода. Сергей тоже молчал об этом, поэтому мой мозг просто отбросил не первостепенную задачу в сторону. Не говоря уже о том, что…

— Мы тогда были вместе, когда ты дом покупал, — заканчиваю свою мысль вслух.

Как сейчас помню, что мы объезжали десятки домов. Тот, в котором мы прожили шесть счастливых лет: загородный, уютный, с большим участком, — я увидела первой и влюбилась. Сергей скептически пожимал плечами: «Зачем нам эта деревня? Тратить время на дорогу?» Но я так горела! Рассказывала о саде, который разобью, о тишине по утрам, о шашлыках летом. Именно я уговорила Сергея купить именно этот дом. Я сама продумывала каждый уголок, выбирала обои, мебель, шторы. Часами копала грядки, сажала розы, смородину. Превращала этот дом в «наш дом». А теперь Валя… Валя будет топтать мои клумбы? Поливать мои помидоры? Смотреть на закат с моего крыльца?

— И что? — фыркает Сергей. — Оформлен он ведь на меня. И вообще, если бы я хотел, то оставил его тебе еще при разделе имущества. Как ты могла подумать, что я позволю тебе жить в своем доме?

— Но требовать у меня, чтобы я съехала завтра — это… не по-человечески! — начинаю злиться. Голос дрожит, но это уже не от боли, а от ярости, которая медленно заполняет пустоту внутри.

Как я вообще могла выйти замуж за этого… эгоиста? Хотя нет. Шесть лет назад он был другим. Я утонула в его внимании после предательства Андрея. Сергей казался надежным. Зрелым. У него за плечами уже был неудачный брак — он знал цену ошибкам, казалось бы. Бывший муж был галантен, как рыцарь из старинного романа: цветы, ужины при свечах, умение слушать. Он видел меня, слышал мои мечты о доме, о детях… Или делал вид, что слышал. Амбициозный, успешный, Сергей казался скалой, о которую можно опереться. А оказался — зыбучим песком. Сейчас передо мной не тот Сергей. Передо мной — капризный, жестокий ребенок, одержимый новой игрушкой.

— И что ты предлагаешь? Нам с Валей торчать в отеле, пока ты одна, как королева, живешь в хоромах? Нет уж, дорогая. Так точно не будет, я не стану ущемлять себя и жертвовать своим комфортом. Сегодня, так и быть, мы перекантуемся в отеле, отметим как раз мою свободу… хоть и недолгую, — бросает еще один взгляд на свою Валю, которая начала расхаживать перед машиной туда-сюда. — А завтра мы заедем в новый дом. Тебя там уже быть не должно. Конечно, если не хочешь стать свидетелем чего-нибудь такого… эдакого, — хищно, слащаво ухмыляется. — Валя помоложе тебя будет. Сама понимаешь, между нами страсти кипят.

— А мне куда предлагаешь переезжать? Ты же мне времени не дал на то, чтобы новую квартир найти! — каждая мышца в моем теле натягивается, словно тетива. Голос срывается на крик. Очень хочется броситься на Сергея, расцарапать его самодовольное лицо, стереть с него эту сладкую, ядовитую ухмылку. Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Боль — это хоть какое-то реальное ощущение. Сдерживаюсь. Не из-за Сергея. Из-за себя. Чтобы не опуститься до его уровня.

— Ой да ладно, — отмахивается от меня бывший муж, будто сгоняя назойливую муху. — Не надо прибедняться. Такое чувство, будто я тебя на улицу выкидываю. У тебя вон бабка в Москве есть — у нее поживи, пока жилье себе найдешь. Тем более, у тебя сбережения есть и я тебе приличные отступные оставил, хотя был не обязан, между прочим. Поэтому давай не строй из себя жертву. Мы с тобой провели шесть прекрасных лет вместе, не портить их сейчас, — улыбается мне нежно, той самой улыбкой, которая когда-то растопила лед в моей душе после Андрея. Сейчас же она больше напоминает лезвие, режущее по живому. — Так, мне пора. Ну что? Спасибо за годы, которые ты мне подарила. Но мне пора идти дальше… пробовать новое, — наклоняется. Я инстинктивно отшатываюсь назад, но губы бывшего мужа все равно касаются моего лба. Холодные. Чужие. — Прощай, Кари, — подмигивает мне и разворачивается, почти бегом мчится к своей новой «свободе»… к Вале, которая уже открыла дверь его дорогой машины с победной ухмылкой.

Глава 3

Стою.

Неподвижно.

Машина мужа рычит, выезжает со стоянки ЗАГСа, оставляя за собой облако пыли и выхлопных газов. Сергей с Валей уехали. В отель? Отмечать его свободу? Да пожалуйста. Радует только то, что они будут это делать не на моей кровати. Пока…

Холодный лист свидетельства о разводе все еще прижат к моей груди. Я все время, пока разговаривала с уже бывшим мужем, простояла в одном положении. Поэтому тело затекло, и сейчас приходится заставлять мышцы работать. Но все-таки я справляюсь с поставленной задачей, отрываю руку со свидетельством от груди.

Разглядываю мятую бумагу, потом медленно поднимаю глаза на дорогу, по которой только что умчался Сергей. Адский раздрай в голове внезапно стихает. Остается только ледяная, кристально-четкая пустота. И осознание — Сергей после себя в моей жизни оставил только щепки. Осколки нашей жизни, моих надежд, моего будущего. Все, во что я верила, чем жила эти шесть лет, — разбито вдребезги.

Хочется плакать? Нет. Не уверена… Слезы высохли еще в первый день, когда муж заявил, что меняет меня на другую — блондинистую обновленную версию. Да, боль, которую я душила в себе, сейчас вернулась. Но позволять ей захватить себя полностью не собираюсь.

Сейчас надо выживать. Надо найти опору под ногами и кров над головой. И да, нужно съездить в дом… наш с Сергеем дом… его дом… и забрать свои вещи.

А потом… потом выстраивать себя заново.

Глубоко вдыхаю, пытаясь прогнать ледяное онемение. Поворачиваюсь и иду к своей машине. Иду немного неуверенно — ноги ватные. Сажусь за руль, кладу свидетельство на пассажирское сиденье. Оно лежит там, как обвинительный акт.

Куда мне ехать после? К бабушке… Она живет в однушке. Я ее точно стесню. Вторую квартиру, которая осталась ей после смерти дедушки, бабуля сдает, чтобы была небольшая прибавка к пенсии.

Но, похоже, другого выбора у меня нет — придется побеспокоить родного человека. Хотя бы на пару дней, пока не найду новое жилье. Потому что завтра… завтра мне некуда будет прийти после работы. Завтра у меня отберут последнее — мой дом. Завтра мне негде будет жить.