Ира Дейл – Измена. Мы больше не твои (страница 22)

Катенька же тихонечко встает и выходит из комнаты. Неужели собралась исполнить свои рабочие обязанности?

— Да, конечно, — лицо Олега Александровича становится бесстрастным. — Мне было бы интересно открыть совместное заведение. Если соединим наши бары и ваши рестораны, это могло бы дать новой виток нашему бизнесу. Но у меня есть вопрос, — окидывает взглядом сначала моего мужа, после чего переводит взгляд на Альберта Викторовича, листающего меню. — Что произошло между вами двумя? Почему я получил от вас обоих аналогичные предложения?

Артем резко напрягается, расправляет плечи. Раиса хмурится, а Гоша, как был спокойным, таковым и остается.

Я же могу лишь скользить взглядом по всем присутствующими, совсем не понимая, что происходит.

— Я собираюсь выкупить долю нашего совместного бизнеса, которая принадлежит Артему, — как ни в чем ни бывало заявляет Альберт Викторович.

Желудок ухает вниз. Поднимаю голову, смотрю на мужа. Тот плотно поджимает челюсти. Видно, что он едва сдерживается, но каким-то чудом, ему удается сохранять самообладание. Накрываю его руку, лежащую у меня на бедре, поглаживаю кончиками пальцев.

— По-моему, этот вопрос вы должны были обсудить в первую очередь со мной, — цедит муж сквозь стиснутые зубы. — Плюс, вы, наверное, забыли, что контрольный пакет акций принадлежит мне, —переплетает наши пальцы.

— Также обсудить, как сделал ты, когда решил сделать предложение Олегу Александровичу? — Альберт Викторович отрывается от меню и прищурив глаза смотрит на моего Артема. На лице мужчины отражается гнев, смешанный с обидой.

Серьезно? Не Альберт Викторович ли сам начал этот балаган? А теперь еще и недоволен?

— Раньше вы не вмешивались в то, как я веду дела в ресторанах, — муж сильнее сжимает мои пальцы. — Тем более, не оспаривали принятые мною решения. Что изменилось? — в каждом слове Артем слышится сталь.

И, видимо, она не скрывается от Альберта Викторовича, потому что мужчина сводит брови к переносице. Открывает рот, явно, хочет что-то сказать, но не успевает — его прерывает Олег Александрович:

— Думаю, вам нужно разобраться со своими разногласиями, прежде чем заключать новые сделки, — заявляет мужчина. — Предлагаю, сегодня просто поужинать, пообщаться, познакомиться поближе, а к вопросу о сотрудничестве вернемся на дне рождения моей жены, который состоится уже через неделю.

Альберт Викторович прерывает зрительный контакт с моим мужем, переводит взгляд на Олега Александровича. Если инвестор моего мужа выглядит не сильно довольным, то потенциальный партнер, кажется, вполне спокойным.

— Артем, вы вроде бы учились в Париже? — переводит тему Гоша, развеивая тяжелую атмосферу.

Все переключаются на повседневные разговоры. Напряжение за столом в скором времени сходит на нет. Катенька возвращается вместе с официантом. Мы заказываем еду, после чего я шепчу мужу, что пойду схожу помою руки и сейчас вернусь.

Артем заглядывает мне в глаза, пару секунд не моргая смотрит, после чего улыбается уголками губ и кивает.

Только выйдя из мини-зала, получается вздохнуть полной грудью. На мгновение прикрываю глаза, даю себе еще секунду на то, чтобы очистить разум, после чего спускаюсь на первый этаж и иду в дамскую комнату.

Находясь в просторной светлой комнате с несколькими кабинками, смотрю на себя в широкое зеркало, мою руки и стараюсь ни о чем не думать. Но непослушные мысли все равно лезут в голову.

Сегодня мы с Артемом были ближе друг к другу, чем в предыдущие годы брака. И несмотря на весь цирк, который происходил вокруг, это оказалось… приятно. То, как муж касался меня ища поддержки и как давал ее мне, именно об этом я всегда мечтала.

Но сможем ли мы преодолеть все препятствия, которые появились за годы холодности? Смогу ли я забыть об связи Артема с Катенькой?

За размышлениями не замечаю, как дверь в туалет открывается. Поэтому, когда в зеркале появляется еще одно отражение, вздрагиваю. Сразу же узнаю человека, который нарушил мое уединение. Только это не помогает расслабиться. Наоборот, мышцы деревенеют, а дыхание застревает в груди, потому что я смотрю на мать своего мужа.

— Ты ведь знаешь, кто я, да? — Раиса склоняет голову к плечу.

Глава 35

Расправляю плечи, напрягаюсь.

Сердце начинает биться с невероятной скоростью.

Судорожно втягиваю воздух.

Моя… свекровь… не думала, что когда-нибудь произнесу это слово, не сводит пристального взгляда с моего отражения.

— Догадалась, — выдавливаю из себя, отталкиваюсь от столешницы и иду к ее краю, чтобы взять тканевое полотенце с одной из полок металлического стеллажа, стоящего в углу комнаты.

— И историю нашу знаешь, да? — до меня доносится тяжелый вздох.

— Знаю, что вы никогда не хотели своего сына, — не выдерживаю.

Рвано вытираю руки, выбрасываю полотенце в специальное отделение на нижней полке и разворачиваюсь.

Как раз вовремя, чтобы заметить в глазах свекрови уязвленность, которую она скрывает под маской холоднокровности.

— Я совершила много ошибок… — женщина опирается бедром на столешницу.

— И главная из них: назвать собственного ребенка нежеланным? — перебиваю Раису. Яд так и льется из меня.

Я никогда не была так сильно зла, как сейчас. Не знаю, откуда берется такая ярость. То ли причина в девочках, то ли именно в муже. Даже несмотря на то, что у нас не клеится, меня охватывает самая настоящая печаль, когда я вспоминаю, через что Артему пришлось пройти в детстве.

— Ты не понимаешь… — ощетинивается женщина, складывая руки на груди.

— Нет, не понимаю, — сжимаю кулаки. — Я могу все понять. Понятно, что вы не хотели выходить замуж. Понятно, что от вас отвернулись родители. Понятно, что вам было тяжело, — выплевываю каждое слово. — Но при чем тут ваш ребенок? Как вы могли сказать такое про него?! — едва не перехожу на крик.

Обида за мужа разливается по венам.

— Я была молода, — женщина отводит взгляд, ее щеки розовеют. — Обижена на весь мир. Мы с Леней постоянно ругались. Наша семейная жизнь, которой вообще не должно было быть, превратилась в ад, — тяжело сглатывает. — Все, чего я хотела в тот день — уйти. И никак не могла подумать, что Артем услышит мои слова, сказанные в порыве злости, — судорожно вздыхает. — Только, когда увидела его зеленые глаза, выглядывающие из-за дверного косяка, осознала, что натворила, — прикрывает веки, словно борется с накатывающими на нее воспоминаниями.

Возможно, я должна понять Раису… как женщина женщину. Она вышла замуж «по залету» и не могла справиться с этим фактом. Ей было тяжело находится в браке, в котором не было чувств. Она хотела, чтобы о ней заботились… любили.

Нет, я ее понимаю. Очень хорошо. Наши истории похожи. Слишком сильно похожи. Вот только кое-что мне никогда не понять.

— Но вы все равно оставили его, — бормочу. — Ва оставили своего сына! — скриплю зубами. — Как вы могли? Особенно, после того, что Артем услышал.

Раиса какое-то время просто смотрит в стену, молчит. Я уже решаю, что не услышу ответ на свой вопрос, как женщина тихо произносит:

— У меня ничего не было, а Леня… он мог дать Артему все, — проходится языком по пересохшим губам. — Если бы я забрала сына с собой, ему бы пришлось таскаться со мной по коммуналкам, общежитиям… пару раз мне даже пришлось спать на улице. Пока я нормально не встала на ноги, прошло лет пять, не меньше, — замолкает.

Мои плечи сами по себе опускаются. Да-а-а, жизнь уж наказала мою свекровь за то, что она так жестоко поступила со своим ребенком. Но мне ее не жаль. Совсем.

— Почему вы не вернулись к сыну, когда «стали на ноги»? — задаю последний вопрос, на который хочу знать ответ, прежде чем уйду.

Раиса, наконец, переводит взгляд на меня.

— Я не знала как, — пожимает плечами. — Мне было стыдно, и я не хотела ничего испортить. Ведь Артем рос прекрасный мальчиком… без меня, — шепчет последние слова.

Не могу сделать грустного смешка.

— Вы знали как, — произношу твердо. — Нужно было просто вернуться к сыну, заверить, что вы его больше никогда не оставите. Попросить прощения, а потом заслужить его, доказывая, что вы любите своего сына. Восьмилетний мальчик однозначно простил бы вас, — пожимаю плечами. — Вы же выбрали самый простой вариант из возможных, — еще пару секунд осуждающе на свекровь, после чего отталкиваюсь от пола и направляюсь к выходу, чувствуя, как злость печет в груди.

Но стоит мне поравняться с Раисой, она хватает мне запястье.

Торможу, резко поворачиваю голову, встречаюсь с полными печали глазами свекрови.

— Помоги мне все исправить, — ее голос дрожит, когда она произносит эти слова.

Желудок стягивается в тугой узел. Сужаю глаза, шумно выдыхаю.

— Вы бы вернулись в жизнь Артема, если бы сегодня случайно не встретили его? — дергаю руку, вырывая ее из слабой хватки.

— Я… — начинает женщина, — я… — и замолкает.

Хмыкаю.

— Думаю, мой ответ тоже не стоит озвучивать, — произношу саркастически.

Вылетаю из туалета, несусь к лестнице и поднимаюсь на второй этаж, с такой скоростью, что сама не замечаю, как ступени исчезают под ногами. Стук сердца отдаются пульсацией в голове. Кровь шумит в ушах, дыхание то и дело прерывается.

Все, о чем могу думать: «Нужно найти Артема и убраться отсюда, к черту».

Но стоит мне оказаться в коридоре, поднять взгляд, как застываю, ведь вижу нахожу искомого человека, а на его шее висит Катенька.