Ира Дейл – Измена. Мы больше не твои (страница 20)

— Почему ты не хочешь развода? Из-за того, что мама тебя оставила в раннем детстве? Не хочешь, чтобы девочки пережили распад семьи? — судорожно выпаливаю, понимая, что когда-нибудь нам все-таки придется поговорить с мужем. Почему бы этого не сделать сейчас? — Ты ведь из-за этого на мне женился, да? Чтобы у девочек была полноценная семья? — отворачиваюсь к окну, наблюдая за мелькающими домами, спешащими куда-то людьми, множеством вывесок больших и не очень магазинов.

На улице начинается дождь, но непогода пока не обрела полную силу. Лишь редкие капли появляются на стекле и стекают по нему, словно слезы по щекам.

Жаль, что я не могу вот так просто выпустить эмоции. Такое чувство, что они застряли где-то в горле и никак не вырвутся наружу, заставляя меня дышать через раз.

— Саш, ты уверена, что хочешь говорить об этом сейчас? Может, вечером, когда девочки уснут, закажем еды и все обсудим? — голос мужа кажется напряженным.

У меня возникает мысль, что он хочет оттянуть этот разговор, как только может. Но у меня внутри все буквально зудит, поэтому переплетаю пальцы, сильно из стискиваю и поворачиваюсь к мужу.

— Ответь хотя бы на вопрос, почему ты женился на мне? Остальное, обсудим позже, — рассказанное мамой произвело неизгладимое впечатление и запутало меня еще больше.

Я не знаю, стоит ли давать шанс нашей семье… будет ли у нас возможность все-таки найти путь друг к другу. Или наш брак изначально был провальной идеей.

Артем напрягается. Пару секунд молчит, после чего выруливает на парковку перед трехэтажным зданием с панорамными окнами и входом, с двух сторон от которого растут старые дубы.

Сразу же узнаю ресторан мужа, но взгляда от Артема не отрываю. Мне нужно получить ответ на свой вопрос. Не знаю зачем, просто понимаю, что если не услышу, то, в итоге, взорвусь из-за переполняющих меня чувств.

Артем же пару секунд, не отрывая рук от руля, смотрит в окно, после чего медленно распрямляет пальцы, поворачивается ко мне вполоборота, заглядывает в глаза.

Теряю дыхание от бури печали, которая отражается в зеленых омутах мужа.

— Да, я женился на тебе, потому что не хотел, чтобы мои дети чувствовали себя нелюбимыми, — произносит твердо. — Как я когда-то… — добавляет тише.

Непрошенные слезы заполняют глаза. Моргаю, чтобы не дать им пролиться. Вот только со сдавленным горлом ничего не могу, поэтому мой голос при следующих словах напоминанает скрежет гвоздя по стеклу:

— И чувств ко мне, у тебя никогда не было, правильно? — задаю вопрос, который мучил меня все эти годы.

Артем сводит брови к переносице, еще мгновние смотрит мне в глаза, после чего прерывает зрительный контакт.

Откидывается на спинку сидения, затылком прислоняется к подголовнику и прикрывает веки.

— Я помню тот день, когда впервые тебя увидел, — произносит настолько неожиданно, что я взглагиваю. Но взгляда от профиля мужа не отвожу. Боюсь, упустить даже долю эмоций, которые могут отразиться у него на лице. — Ты как раз выходила из машины Лены и Олега. Вроде бы выглядела совсем просто. Как сейчас помню черную футболку и узкие джинсы, которые были на тебе одеты. Вот только ты приковала мой взгляд к себе. Я, словно завороженный, не мог перестать смотреть на тебя и на твои волосы, в которых играли солнечные зайчики, — уголок губ мужа ползет вверх. — Я сразу же решил, что должен заполучить тебя. Именно поэтому не отходил от тебя в тот вечер. Именно поэтому предложил узнать друг друга получше. Именно поэтому позвал на свидание, — он еще мгновение предается воспоминанием, после чего его лицо вновь приобретает серьезное выражение. Артем распахивает веки, поворачивает ко мне голову и впивается в меня пронзительным взглядом. — Но твоя беременность… она изменила все. Ведь я никогда не хотел детей.

Глава 32

— Что? — выдыхаю, чувствуя, как у меня внутри все сжимается.

Я понятия не имела, что Артем не хотел детей. Даже подумать о таком не могла. Он же прекрасный отец.

Когда я была беременна, постоянно ездил со мной на УЗИ. Во время родов не находил себе места. А после рождения наших малышек вставал по ночам чаще меня, чтобы покормить их и поменять подгузники.

С годами ничего не изменилось. Артем относится к дочкам с такой нежностью, будто они самое ценное, что у него есть в жизни. Как такое возможно, что муж мог их не хотеть?

— Ты не подумай, я люблю наших девочек, — коротко улыбается, после чего поворачивает голову и смотрит перед собой в лобовое стекло. Не уверена, что видит хоть что-то. Кажется, Артема захватывают переживания. — Просто я всегда считал, что не смогу стать хорошим отцом. Да, и сейчас боюсь накосячить, — он трет лицо. — В общем, давай позже продолжим наш разговор, — косится на меня. — Пойдем. Скорее всего, все уже собрались, — до того, как я успеваю как-то среагировать, Артем выходит из машины, огибает ее и открывает мою дверцу.

Муж протягивает мне руку, в которую я тут же вкладываю пальцы. Выхожу на улицу и встречаюсь взглядом с зелеными омутами Артема.

— Ты хороший отец, — выпаливаю, зная, что обязана это сказать.

Артем грустно улыбается.

— Но не муж, — крепче сжимает мои пальцы. Пару секунд пронзительно смотрит на меня, после чего вздыхает. — Пошли, — заправляет мои волосы за ухо, посылая волну мурашек по коже, и сразу же разворачивается.

Муж ведет меня к входу в ресторан, где началась наша история, а у меня внутри все переворачивается. Такое чувство, что легкие сжимаются, ведь дышать становится невероятно трудно.

Почему мы не могли с Артемом поговорить раньше?

Уверена, что у нас, в итоге, получилось бы найти путь друг к другу. Но мы были слишком гордыми, слишком сосредоточенными на собственных чувствах, совсем забыв о том, что семья — это то, над чем нужно работать. Ее счастье зависит от многих факторов. И в первую очередь, от желания двух людей быть вместе.

Артем открывает для меня стеклянную дверь, пропускает вперед и только после этого заходит сам.

Мы попадаем в небольшое светлое помещение с прозрачной стойкой администратора напротив входа, за которой никого нет, и двумя кремовыми диванчиками, стоящими напротив входа в основной зал ресторана.

Стоит нам зайти в мини-холл, Артем напрягается, поджимает губы, но ничего не говорит.

Кладет руку мне на поясницу и ведет в зал с множеством людей, сидящими за стеклянными столами на таких же диванчиках, которые расположены у входа. По стене напротив окон в пол тянутся лианы винограда. В нос бьет разнообразный аромат приготовленной еды, тихая музыка не перекрывает голос голосов. Официанты в черно-белом одеянии носятся между столов, забирают пустую посуду, расставляют тарелки с заказанными блюдами.

В ресторане кипит, но мы не идем в основной зал. Артем направляет меня к стеклянной лестнице на второй этаж, где расположены маленькие банкетные комнаты, которые используют для встреч важных гостей либо для проведения особенных мероприятий.

Добравшись до конца лестницы, мы сворачиваем в небольшой коридор с белыми стенами и дверями из матового стекла, расположенными друг напротив друга. Проходя мимо них замечаю, что почти все мини-залы закрыты, значит, заняты. Только несколько дверей оказываются распахнутыми, открывая вид на одинаковые комнаты с окнами, заменяющими дальнюю стену, белыми с лианами стенами и большим круглым столом, стоящим посередине, вокруг которого расставлены мягкие стулья с кремовой обивкой.

Мы доходим до конца коридора, когда Артем открывает одну из дверей и снова пропускает меня вперед.

Сразу сосредотачиваюсь на трех мужчинах в деловых костюмах, сидящих за столом. Одного из них моментально узнаю. Альберт Викторович сидит спиной к окну, поэтому стоит ему поднять голову, он тоже замечает меня. Видимо, мое присутствие становится для него неожиданностью, судя по округлившимся глазам.

Двое других мужчин: один — седовласый, немного тучный, второй — молодой, худощавый, светловолосый с тонкими чертами лица, оборачиваются. Видят нас с Артемом, встают.

— Добрый день, Артем Леонидович. Рад, наконец, с вами, наконец, познакомиться, — произносит седовласый мужчина, протягивая руку моему мужу.

— Добрый день, Олег Александрович, — Артем пожимает пухлую ладонь мужчины. — Георгий Олегович, — обменивается рукопожатием с молодым человеком. — Взаимно, — улыбается, после чего переводит взгляд на своего давнего партнера. — Альберт Викторович, — кивает и сразу же прерывает зрительный контакт, пододвигается ко мне. — Это моя жена, Александра, — приобнимает меня за талию.

Желудок тут же стягивается в тугой узел. Тепло тела мужа передается мне, разгоняя кровь в венах. Место соприкосновения полыхает. Дыхание перехватывает, мысли спутываются.Такая реакция собственного тела становится для меня полнейшей неожиданностью. Приходится заставить себя сосредоточиться на чем угодно, только не на прикосновении мужа. Поэтому обвожу взглядом двух незнакомцев, отмечая, что молодой мужчина кажется мне смутно знакомым, и выдавливаю из себя улыбку.

— Здравствуйте, — мой голос больше писк напоминает.

Тяжело вздыхаю, а потом снова и снова. Пытаюсь вернуть себе самообладание.

— Я не знал, что вы приведете жену, — Олег Александрович широко улыбается.

— Я тоже… — доносится до меня недовольное бормотание Альберта Викторовича.