Что будет плакать, и томиться,
И ликовать, и бурно наслаждаться,
И презирать тебя,
Как я!
Дяде Кроносу
Ну, скорей, Кронос,
Шумной рысью все вперед!
Вниз по горе все дорога.
Что ж. Голова у меня
С тихой езды закружилась.
Живо, хоть тряско, вперед
Рысью по камням и кочкам
В жизнь поскорей выезжай!
Ну! уж опять ты
Шагом несносным с трудом
В гору поехал, ленивый!
Ну же, проснись – и пошел
Кверху, стремясь и надеясь!
Взгляд необъятный, но чудный,
Взгляд, открывающий жизнь, –
Вдаль, вниз и вверх через горы
Вечный проносится дух
С предчувствием вечной жизни.
В сторону манит тебя
Тень под навесом,
Манит живительный взор
Девы, что тут, у порога.
Здесь наслаждайся. О, мне,
Дева, шипящий напиток!
Мне жизни исполненный взор!
Вниз поскорее поедем –
Солнце садится, смотри!
Едем, пока меня, старца,
Холод не óбдал болот,
Кости дрожать не заставил,
Зубы об зубы стучать.
Ты меня, светом последним
Дня упоенным, вези;
Море огня перед взором
Мутным моим ты разлей –
Пусть ослепленный доеду
К Тартара мрачным вратам.
Дядя! труби же ты в рог свой,
Громкую рысь протруби,
Оркус чтоб слышал: мы едем,
Тотчас у двери бы нас
Принял радушный хозяин.
Путешественник и поселянка
Благослови Господь,
Тебя, младая мать,
И тихого младенца,
Приникшего к груди твоей.
Здесь, под скалою,
В тени олив твоих приютных,
Сложивши ношу, отдохну
От зноя близ тебя.
Скажи мне, странник,
Куда в палящий зной
Ты пыльною идешь дорогой?
Товары ль городские
Разносишь по селеньям?
Ты улыбнулся, странник,
На мой вопрос.
Товаров нет со мной.
Но вечер холодеет. 
