Кто разрушит сам собой
Хитрый ков прельщенья?!
На покатости крутой
Кто не спотыкался?
Ласк и лести суетой
Кто не увлекался?
Mater gloriosa[49] парит мимо него.
Ты в горние селения
Паришь, благословенная!
Горячие моления
Услышь, о несравненная,
Источник всепрощения!
(St. Lucae, VII, 36)[50]
Ради слез любви, что, каясь,
Я к ногам Христа святым
Проливала, не смущаясь
Фарисеев смехом злым;
Ради чаши, струй душистых
Из себя излившей много,
Ради прядей шелковистых,
Отиравших ноги Бога, –
(St. Ioh. IV)
Ради кладезя, где стадо
Авраам свое поил,
И ведра, чьих струй прохладой
Спас уста свои студил,
Ради той струи священной,
Что, оттуда истекая,
Протекла по всей вселенной,
Чистотой своей сверкая, –
(Acta sanctorum)
О, молю пещерой тою,
Где Христос был погребен,
Где рукой меня святою
Отстранил от входа Он,
И постом, что я в пустыне
Сорок лет блюла в тоске,
И строкой, что при кончине
Начертала на песке, –
Ты, что в благости сердечной
Тяжких грешниц приближаешь
И блаженством жизни вечной
Покаянье возвышаешь, –
Ты ее, что грех свершила
Только раз в пылу забвенья
И не знала, что грешила, – Удостой ее прощенья!
(прежде называвшаяся Гретхен, приближаясь к ним)
О мать святая!
В лучах блистая,
Склонись ты к радости моей!
Мой прежний милый, –
Он с новой силой
Вернулся, чужд земных скорбей!
(приближаясь в круговом движении)
Выше он нас растет,
Мощный и сильный;
Нам он за наш уход
Плод даст обильный.
Рано закрылась нам
Жизни обитель:
Нам он, учившись там,
Будет учитель.
(прежде называвшаяся Гретхен)
Блаженным хором окруженный,
Не узнает себя он сам, 
