Иннокентий Белов – Слесарь 6 (страница 9)
Может даже спрыгивают с коней прямо на приготовившихся жен, чтобы наследник уродился, как можно более мужественный и отмороженный, ведь только за такими обеспечен жизненный успех и продвижение интересов семьи на местном горизонте развития.
Первый муж баронессы оказался гораздо старше ее самой, точно не устраивал сексуальных марафонов, не давая привыкнуть милой молодой женушке к хорошим нагрузкам.
Так, стандартный подход на пять минут и все, все довольны и расходятся с чувством выполненного долга.
Последний любовник, наоборот, сильный мужчина в самом соку, может, и хотел бы побольше и почаще, но тут уже сама его хозяйка выбирает время, количество и как все проходит. Занятая хозяйством, сладкими мыслями о приобретении и расширении владений, она, наверняка, тоже кормила его пятиминутными нечастыми подходами с приподнятым подолом. Платя довольно скудно за службу, как привыкла в браке, когда секс казался в основном неприятной обязанностью.
Почему у нее не случилось детей, я не знаю, умело предохраняется или вообще бесплодна?
Но я о таком совсем не переживаю, тело у баронессы – прекрасно молодое. Меня заводит с одного взгляда, да еще такое постоянно надменное выражение утонченно красивого лица, хотел бы я научить бы ее всяким штукам с оральным сексом.
«Только боюсь, столько я не проживу в замке, да еще красавица станет пока меня избегать. Вряд ли еще раз позволит так безумствовать и наслаждаться, как мне кажется сейчас. А редкие пятиминутные подходы уже совсем не так интересны опытному и пресыщенному мужчине», – говорю я себе.
Теперь пора вставать, встречаться со своей хозяйкой за завтраком, чтобы услышать, чем мы будем сегодня заниматься во благо баронессы, баронства и его жителей.
Рука уже почти не чувствует раны, я могу двигать ей без ощутимой боли, с легкими неприятными ощущениями на месте рубца.
Лекарка снова постучалась с утра, опять внимательно изучила листья и рану, теперь забинтовала руку только новой тканью, подведя итог, что рана не воспалилась, листья можно больше не прикладывать. Я выпил шестую таблетку и решил оставшиеся четыре оставить про запас.
Да, вспомнил я только сейчас кое-какие оставшиеся у меня в замке долги:
«Что же стало с нашим пленным, с Кровавым Иерихом?» – подумал я про виновника своего ранения, рассматривая именно саму рану.
Куда его определила баронесса?
Что-то подсказывает мне, что он больше не сможет никому рассказать о том, что видел и слышал. Один только вид голых, окровавленных ножек Телии вынес ему смертный приговор, не говоря уже о так же раскинутых широко ножках самой Делии, которые он тоже мог заметить, выглядывая из-под кареты.
Если все сейчас не так обстоит, то я буду очень удивлен.
– Ладно. Спрошу у старшего стражи замка, у Бонса, он-то должен знать.
Я спустился во двор и некоторое время наблюдаю, как идет уборка следов вчерашнего пиршества, время еще раннее, но все бегают и старательно шуршат, зная, что хозяйка уже на ногах и пребывает в очень сложных чувствах. Можно нарваться на серьезную порку даже.
После того, как дала гораздо, в десятки раз, больше, чем вообще собиралась, а теперь наверняка думает, что я использовал магию приворота, чтобы заставить ее рухнуть в подземелья сладострастия. Даже предварительно не приняв на себя никаких обязательств, типа, биться за нее и погибнуть по одному ее требовательному взгляду.
Зашел на конюшню и побаловал лошадку выхваченными у кого-то из рук остатками хлеба и нескольким морковками. Конского населения прибавилось серьезно, лошади стоят почти вплотную друг к другу, что, конечно, непорядок. Хорошо, что есть небольшой отдельный загон, но там пока держат обоих жеребцов, оставшихся после баронов-разбойников, чтобы они не беспределили в конюшне.
Справились все же конюхи баронессы с этими боевыми лошадками, переловили и привели в замок, опыт обращения у конюхов с рыцарскими конями, конечно, солидный имеется.
Если поедем сегодня по владениям и доберемся до замка баронов, представляющего из себя одну башню, то мне стоит приодеться, чтобы выглядеть дворянином. Иначе другие дворяне даже разговаривать со мной не станут, это однозначно.
С такой мыслью я пришел в зал, назначенный для приема пищи господами, но застал там только младшую сестру, уже совсем оправившуюся от недавних событий и начавшую весело болтать со мной.
– Делия пошла привести себя в порядок и смазать кремом нежные места, пострадавшие ночью, – так она объяснила мне отсутствие старшей сестры, хихикая и шаля с образными выражениями:
– Наша милая Делия испытывает небольшие проблемы, ходит уточкой, это так смешно.
Понятно, младшая полностью в курсе, что случилось ночью, и весело обсуждает данное состояние старшей сестры, пока мы одни и наедине. Когда к нам присоединился Твикс, разговоры закончились, только пережевывание пищи занимает наши рты.
Да уж, натер я баронессе самые нежные и непривычные к долгим забегам места однозначно.
Я попросил Телию помочь мне с выбором одежды, чем мы и занимаемся целый час в комнате бывшего барона, причем мне частенько приходилось стоять полуголым за ширмой, пока она подносит разные предметы и участвует в процессе одевания их на меня. Девушка даже давала волю рукам, прихватывая меня за ягодицы и прочие места, в шутку, естественно, но очень настойчиво.
Помощь баронессы оказалась незаменимой, конечно, скорость оправления ее от последствий насилия меня, честно говоря, весьма удивила. Как-то я думал, что такое жесткое разрушение девственности оставит ее в молчаливом состоянии на месяц-другой, но нет, девушка оживленно щебечет и радуется жизни.
Как настоящая кошка упала все же на все четыре лапы, ну и хорошо, что не сходит с ума, крепкая у нее психика.
С другой стороны – в такое время насилие, наверно, довольно частое последствие проигранной вооруженным путем битвы. Или сестра потребовала вести себя, как ни в чем не бывало, чтобы не пошли нехорошие слухи.
Приносит разную новую одежду, кокетничает и флиртует со мной. Что вполне понятно, больше по статусу ей не с кем флиртовать, не на ком пробовать свои отрастающие коготки молодой женщины. Мне совсем не сложно подыграть молодой баронессе, чтобы помочь забыть тяжелые воспоминания, подшучивая над процессом одевания и кидаясь в нее предметами гардероба, которые явно мне не подходят.
Через час я вышел из комнаты покойного барона, уже принаряженный и более-менее похожий на дворянина по одежде, повадкам и поведению. Новая одежда все же приносит другие мысли и поступки, отчетливо действуя на подсознание, намекая, что теперь ты другой.
Не обычный простолюдин, а куда выше.
Одетую для выезда баронессу мы встретили на выходе из жилого здания, она быстро осмотрела меня, внесла пару изменений в мой облик и скомандовала всем на выезд. По такому случаю снова запрягли карету, форейтор и новый кучер присутствуют на своих законных местах, только поменялись ими. Теперь заслуженный форейтор перешел на солидное место кучера, поближе к начальству и удобству управления лошадьми.
«Понятно, едем приводить под руку баронессы земли бестолковых баронов…»
Вывели наших лошадей, мне и еще четверым стражникам во главе с Бонсом, в замке остается всего двое воинов, что, честно говоря, весьма маловато для обороны укрепления. Еще я захватил для себя качественное копье с длинным и острым наконечником из арсенала замка. Чтобы соответствовать своему образу могучего и свирепого воина.
Только нас всего пятеро бойцов, готовых защищать свою хозяйку, вся надежда на меня, как я понимаю. Для простого сопровождения баронессы в город вполне достаточно, но вот чтобы продвигать свои интересы и добиваться желаемого нашей хозяйкой результата на пока чужих территориях – откровенно маловато.
– Что с пленным, этим Иерихом? – спросил я, когда оказался рядом с Бонсом, готовый узнать, что с ним, того, типа уже все.
Но нет, оказалось, что он сидит в подземелье в одной из камер и даже получает еду раз в день, все ждут моего решения.
Надо же, баронесса оставила решение его участи в зависимости от моего мнения, поэтому мне придется собственноручно вынести приговор и отправить его на виселицу. Если у него не найдется каких-то весомых аргументов для сохранения своей жизни. Что такое может рассказать этот садист и насильник, я даже не знаю, но он должен постараться удивить меня, если очень захочет жить.
Мы проскакали через поселение около замка, миновали деревню, где баронесса вышла из кареты и поговорила со старостой, потом через три километра мы добрались до хорошей дороги, разделяющей владения Делии и баронов, где уже углубились на чужую территорию.
Разница между владениями видна невооруженным взглядом, меньше полей, меньше людей, а сама дорога превратилась в едва проезжую узкую полосу. Скорость нашего передвижения пришлось скинуть очень сильно, мы на лошадях плетемся еле-еле, сопровождая карету. Когда через час добрались до первой баронской деревеньки, сразу показалось, что попали в нежилое место, одни заброшенные дома и чуть местных, чумазых и тощих, крестьян.
Пришлось и мне поучаствовать в сборе крестьян на единственной улице, где после получаса поисков набралось человек пятнадцать совсем бедно одетых и худых землепашцев.
Баронесса с подножки кареты выступила с проникновенной речью, рассказала крестьянам про коварное нападение их бывших хозяев, по результатам которого они переходят в ее собственность, будут жить теперь гораздо лучше. Уже привычным приказным тоном она оповестила народ, что им придется выбрать старосту, с которым она и ее управляющий будут вести дела. Пообещала уже завтра прислать подводу с помощью для самых бедных, которыми здесь, судя по первому взгляду, являются абсолютно все, и еще с зерном, которое раздадут для посева, но которое придется вернуть после сбора урожая вместе с ее долей.