Иннокентий Белов – Слесарь 6 (страница 6)

Дождавшись разрешения баронессы, мы вышли из донжона и поднялись на стену, прошли от одного края ворот до другого, подойдя в конце к часовому, наблюдающему за тем, кто приближается к замку и к поселению, находящемуся прямо перед воротами и окружающем замок полукругом.

Дома в поселении оказались интересной постройки, первый этаж из местного камня и обмазан глиной, покрашенной в разные цвета, не такие яркие, которые дает качественная краска, а, скорее, природные, те самые, которые можно получить недорого из окружающего деревню мира. Слабо фиолетовые, коричнево-серые и яично-желтые, в общем, производящие приятное впечатление своими цветами и качественными материалами. Второй этаж построен уже из бревен, под соломенными или из дранки крышами. В общем, все поселение имеет приятный и зажиточный вид, народу много снует по улицам, все заняты делом, возвращаясь с полей и садов, окружающих замок с другой стороны.

Видно очень далеко, полоса леса хорошо различается вдали, откуда мы приехали ночью.

– Когда уехали за трофеями? – спросил я у Бонса, стоящего рядом в ожидании распоряжений, – и кто поехал?

– Да все оставшиеся, ваша милость, четверо из стражи и четверо возчиков из деревни с парой конюхов. Уехали раненько, за два часа до рассвета, чтобы точно оказаться первыми на месте. Скоро должны появиться здесь.

– Им сказали собрать все без сортировки и досмотра?

– Да, ваша милость, все покидать на телеги, всех лошадей, которые не разбежались за ночь, собрать и сразу обратно.

Мелькнула у меня мысль поехать им навстречу, чтобы помочь и прикрыть при встрече с проблемами, если столкнутся с другими дворянами, но я ее благоразумно отогнал.

«Раненый я, да еще в одежде простой, хоть назовусь баронетом, но впечатления не произведу ни на кого, авторитетом точно не задавлю, пусть все идет, как идет».

А мне перекусить пора, вчера весь вечер хлопотал без ужина и сегодня еще не завтракал, заодно с Делией переговорю, узнаю, какие у нее мысли на будущее. В баню бы сходить, энергии добрать, но руку мочить нельзя, придется попросить только помочь помыться, может прислугу пришлют доблестному рыцарю. Энергии магической можно и на кухне набрать, только, боюсь, слухи пойдут про такое странное дело. Страшного ничего нет, впрочем, в том, что приезжий рыцарь сидит, прижавшись спиной к печи и греется таким образом, да хотя бы спину лечит от простуды и прострела.

Как настоящий паладин светлых сил.

– Ах да, я ведь высоко моральный и искупающий прегрешения, сильно верующий и прочая, прочая…

Как бы баронессу не отпугнуть своей историей и внешней непорочностью? Женщины – существа практичные и если видят что-то, что нельзя сразу же использовать, то теряют к такому интерес быстро.

Пойду с ней о житейском и греховном поговорю, развею ее сомнения и покажу, что человеческие радости мне не чужды.

Попросил стражника проводить меня к баронессе, но сначала на кухню, чтобы перекусить в ожидании обеда, до которого еще пара часов, как я понял, а я уже серьезно проголодался.

На кухне выбрал из предложенного мясной пирог целиком, оценил печь и обошел весь замок, ломая от пирога куски и получая пояснения из уст самого Бонса, как устроена оборона замка и сколько требуется народа, чтобы полноценно нести стражу.

Услышал про прежнего хозяина, барона Тельпиг, который, будучи уже в солидном возрасте, влюбился в будущую баронессу и, несмотря на все препятствия, добился ее руки. Ей оказалось семнадцать лет, ему около сорока, самое время жениться заново после отошедшей в мир иной первой супруги. Баронство давно уже считается зажиточным, деньги солидные у барона водились, дети, обе дочери, уже пристроены замужем, поэтому, наверно, семья баронессы и она сама выбрали именно его, покинув свой родной замок около сатумской границы.

У самой Делии имеется шесть или семь родных сестер, поэтому раздавали девушек родители по первой просьбе. Прожили молодые пять лет, потом барон захворал и быстро скончался, Делия просидела все это время при нем, показала себя, как по-настоящему благородная жена и хозяйка.

После смерти супруга первый год баронесса входила в управление хозяйством, набиралась сил и знаний, потом со всей страстью и пылом ударилась в ведение дел усадьбы, окрестных деревень и сел. На предложения выйти замуж отвечает уклончиво, привезла свою сестру из родительского дома и в основном хлопочет об ее замужестве, стараясь найти той богатого и влиятельного мужа, чтобы упрочить свои позиции в новом месте и приобрести союзников. Сама же не видно, чтобы стремилась замуж, взяла себе начальником стражи одного симпатичного бастарда, признанного своим отцом, получившего титул безо всякого имущественного наполнения, очень сильного в бою на мечах и вообще на всем оружии.

Тут словоохотливый новый начальник стражи замолчал и попозже спросил меня, может ли он рассчитывать на мое участие в защите замка и обороне принадлежащих госпоже деревень.

– Конечно, Бонс, я готов помочь пережить баронессе и всем вам такое трудное время. Меч для меня невозможно взять в руки, но копьем я очень хорошо владею.

Тут прибежал слуга и позвал меня к обеду, сказав, что баронесса ждет. Стражник сверху крикнул, что обоз появился ввиду, через час придет пора распахивать ворота.

Бонс сразу полез на стену, а я, провожаемый слугой, наконец добрался до большого помещения в жилой части замка, где происходят приемы пищи и пиры.

Где меня уже ждут баронесса, ее сестра и мажордом.

«Сейчас что-то решится, судя по серьезным лицам», – подумал я, поприветствовав прекрасных дам.

Подошел к каждой, чтобы приложиться к руке и, судя по их удивленным лицам, первым здесь начал продвигать такую учтивую куртуазность с сексуальным подтекстом в здешних местах.

Буду, в общем, настоящим пионером в этом махровом средневековье.

Глава 4

Дамы, как положено, самым внимательным образом смотрят, каким образом я буду пользоваться незамысловатыми столовыми приборами.

Конечно же, я их не разочаровал. Вилка еще не изобретена на этой стороне Сиреневых гор, ровно так же, как и на противоположной, но орудуя двумя ножами, я ловко обчистил баранью ногу, показал недюжинное мастерство в использовании столовых приборов и в чревоугодии.

Хороший аппетит – признак силы и здоровья, вот такой получился мой первый намек.

Если у баронессы и ее сестры еще имелись какие-то сомнения в моем благородном происхождении, то после начала обеда они полностью исчезли. Когда открыли вино, я сразу перехватил бутылку у прислуги, налил немного вина в серебряный бокал и долго крутил его, принюхивался, присматривался и маленькими глотками проверял его, пока не скомандовал разливать по бокалам.

Потом с глубокомысленным видом высказался:

– Чувствуются нотки солнца, кориандра и кардамона, – это на своем языке и добавил на местном. – Ярко выраженный вкус меда и грушевого дерева, чернослива и вишни.

Благо вино оказалось красное, плотное и точно не сухое, тут можно придумать, что душе угодно, какие такие ягоды, деревья и цветы оно тебе напоминает.

Неудивительно, что после таких чудных процедур и на редкость уверенного, безапелляционного заявления все пробующие почувствовали все тоже самое, особенно мажордом Твикс трясет одобрительно головой.

Наш человек в баронстве, вполне бюрократический, уже готов негласно поддерживать меня, если я так же поддержу его.

– Баронет, откуда вы так хорошо разбираетесь в вине? – наконец подала голос младшая сестра, впервые на моей памяти.

Она немного оправилась после событий роковой ночи и явно не так уже убита ужасными воспоминаниями.

Наверняка, старшая сестра постоянно напоминает младшей, что вообще не стоит на людях ходить с таким видом, как будто тебя жестоко изнасиловали только вчера. Ни к чему поддерживать такие мысли у народа и прислуги.

Ведь Телию все равно необходимо выгодно выдать замуж, поэтому слухи только помешают правильному вложению сестры в чьи-то не бедные руки.

– Милая Телия, у отца были и остались большие виноградники в предгорьях, – смело соврал я, ничем не рискуя, ведь виноградных плантаций здесь я еще не видел и знаю, что вино поставляют только из Сатума.

В обоих караванах по половине подводы оказалось загружено именно вином для северных графств и королевства. Конечно, такие подводы охраняли гораздо бдительнее, чем все остальные.

– Прекрасные места, где прошло мое детство, – тут я взял паузу и сделал вид, что воспоминания о прошлом заставили меня погрустнеть, поэтому трагически помолчал какое-то время вместе со всеми.

Какая-нибудь роковая волнительная тайна в прошлом, связанная со страстью к молодой жене отца или старшего брата, кровавая развязка и мое искреннее искупление – хорошее объяснение моего теперешнего вида и путешествия в одиночку в простой одежде, без всякое свиты и даже меча.

После обеда пришло время поговорить о делах баронессы насущных, пока обоз не добрался до замка, когда времени на разговоры уже не останется. Придется принимать лут, распределять добычу, устраивать лошадей в конюшню, распоряжаться о похоронах и отпевании в церкви погибших защитников, о просто массовой могиле для нападавших.

«Ну, может, благородных разбойников отдельные могилы ждут, даже с эпитафией, какое злодеяние они совершили и как погибли от рук проезжего паладина. Который поразил погрязших в грехах негодяев солнечным светом из своей длани и еще добавил копьем для верности», – улыбаюсь я про себя.