Иннокентий Белов – Сантехник 2 (страница 2)

Ну, если башка варит и немного уже грамотный, а я на своей службе все азбуку учил местную и быстро научился читать более-менее грамотно. Из своей когорты вообще единственно грамотный, ну еще ее заместитель командира, который выслужился не из дворян, а из своего простого брата, считается таким же умником.

Правда, он совсем едва-едва пишет и читает, все меня зовет на помощь постоянно, поэтому статус у меня сильно выше простого рядового вояки.

Отслужил два полноценных контракта – становись полноценным жителем сильной страны, наказать которого можно только по закону и решению суда, а не волевым решением проезжающего мимо аристократа, которому внезапно не понравилась твоя довольная жизнью физиономия.

То есть такая дыра имеется в законе, что не полностью отслужил полгода начального контракта и еще шесть лет уже настоящего профессионального, а только фактически подписал такие контракты по службе.

Первый контракт дает тебе положение воина первой ступени, однако со многими обидными оговорками, как еще только ученика, зато после подписания второго ты уже получаешь все права сословия воинов.

«Выходит так по моему виду и бумагам, будто я уже шесть лет оттянул не просто в казарме, а на самых опасных для жизни местах службы. На самом деле – отслужил всего полгода и еще немного больше месяца, когда выхожу в отставку хитрым способом, про который додумался раньше. Додумался, только им делиться ни с кем не стал», – улыбаюсь я сейчас на посту.

Подобное знание, впрочем, никому из моих новых приятелей и так не нужно, все рады продолжить службу, раз уж каким-то чудом выжили после суровой осады основной крепости. Сословие воинов стоит гораздо выше по положению самых по жизни бесправных крестьян и ремесленников, где-то на одном уровне с купцами Империи.

А в таком месте, как очень далекая провинция Империи со всеми ее многочисленными параграфами, титулами и сословиями, оказаться по своему положению полноправным воином – очень дорогого стоит.

Девятнадцать из двадцати жителей огромной страны свою руку отдадут, чтобы подняться на такой уровень и детям таким образом будущее полегче обеспечить. Если даже воин в отставке подался в землепашцы, так просто его уже не ограбишь волевым решением какого-то Норра, как крестьянина обычного.

Прошаренный по жизни ветеран может даже дворянина и его слуг прибить, и еще даже по суду правым оказаться. Если дворянин сам явно палку перегнул, конечно, и судью не успел подкупить за дорого.

И если хочешь путешествовать по всей территории Империи свободно и не возбраняемо, другого варианта не имеется абсолютно. Поэтому пришлось мне пойти на определенную хитрость, чтобы со мной быстро начальство разорвало контракт, ибо на такое решение у него тоже ограниченное только время имеется.

Если ты не дворянин, не купец с имперскими бумагами и не ремесленник высокого уровня, работающий на корону, тогда только бывшим воином ты можешь шагать по ухоженным дорогам и тропинкам огромной страны. Поддерживать порядок вокруг своим умением тоже твоя прямая обязанность, зато и проживание на постоялых дворах с питанием стоят гораздо меньше, чем остальному народу, а то и совсем бесплатно.

Основной части населения – крестьянству покидать места проживания без своего хозяина строго воспрещено, а после двадцати четырех плетей, неукоснительно выдаваемых палачами за такое преступление – выжить шансов очень немного.

Понятно, что имперских чиновников и остальной чиновной братии подобные запреты тоже не касаются, однако это уже совсем малый такой процент грамотного населения получается.

Подписал контракт, когда сам тщательно прочитал стандартную форму и заверил настоящей подписью, как уже хорошо грамотный, на самом деле редчайший случай для рядового чина армии, мужчина.

Редчайший – среди рядового сословия, конечно, хотя и среди младших командиров народ едва-едва читать умеет, а уж пишут все, как курица лапой. В основном просто выслужившиеся из рядовых и счастливо выжившие в боях взрослые и матерые мужики в железе.

Кому повезло остаться целым после многочисленных ранений во множестве боев.

В свою последнюю смену на службе собираюсь отстоять ее без всяких ненужных проблем и залетов, ибо моя негласная хитрость уже явно распознана начальством. Поэтому очень их не радует, возможно сильно предвзятое отношение именно ко мне. Осталось побыть часовым четыре часа, потом мы сменяемся с наряда по охране стен Датума, заканчивается день и вместе с ним заканчивается моя недолгая служба в крепости на очень дальней окраине Империи.

В имперской армии залетом является все, даже короткий разговор со знакомым парнем на соседнем посту в наряде, то есть на стене, где мы с ним сходимся нос к носу время от времени.

Поэтому, когда мы сходимся довольно часто с одним из приятелей из соседней когорты, стариной Пальтрумом, только улыбаемся друг другу и жестами издалека показываем, что все нормально. Все нормально, а скоро пирушка с парнями, моя отвальная по случаю выхода на гражданку.

Мало ли, если начальство греет уши рядом, есть у них такая возможность подойти незаметно с проверкой на стены, и оно таким делом любит пользоваться.

Все выжившие приятели остаются служить в крепости, очень продлением службы довольны и мне постоянно предлагают продлить стандартный контракт. Нравится народу мой веселый нрав, еще постоянная способность шутить и балагурить, особенно мои анекдоты про наших начальников из моей прежней жизни.

Получается их переводить в местную реальность без особой потери юмора.

С моей же легкой руки несколько крылатых фраз гуляет по крепости, про «стражник спит-служба идет» и еще не одно такое же.

Да и в бою я реально хорош, не раз быстрыми ударами копья спасал жизнь и здоровье своим товарищам рядом, теперь еще больше опережаю нелюдей по скорости и реакции, почти не уступая им в силе.

Много пришлось тренироваться на учебном поле, с копьем у меня дело сразу хорошо пошло. Вот со стандартным армейским палашом уже не так быстро начало получаться, очень уж мои навыки из кендо отличаются от здешней манеры работать с таким железом. Здесь никто не бьет на опережение, ну, если среди рядовой служивой скотинки, положено просто и тупо размахивать железом, чтобы выиграть немного времени, пока подойдет на помощь подмога и твоя родная когорта ощетинится копьями.

Командиры из дворян, наоборот, очень даже умело машут своими палашами и саблями, как можно назвать на земной манер их холодное оружие. Учились такому делу с детства, хорошо, что проводить схватки с рядовым составом даже не думают, считая всех нас почти такими же навозными червями, как обычных крестьян.

Работаю копьем в схватках, однако и местный палаш умело использую, очень он похож на тот же деревянный меч из кендо по принципу применения. Бью постоянно на опережение и у меня такое хорошо получается, правда, противники не столь чувствительны к ранениям, как люди, так просто их не заставишь от одного ранения и вида крови бросить оружие.

Только я и так на не очень хорошем счету у моих обоих непосредственных начальников, много о себе понимаю по сравнению с простыми и очень простыми сослуживцами. Разница в уровне стала особо заметной, когда я уже нормально подучил местный язык и смог больше общаться.

Я такую разницу не особенно выпячиваю, наоборот, даже старательно маскирую, только все равно заметно выходит.

Выучил алфавит за пару занятий и уже через две местные недели смог нормально писать грифелем на покрытой каким-то лаком доске.

«Ну, не так конечно, чтобы очень нормально, однако для местных мужиков даже такое умение оказалось настоящим чудом», – улыбаюсь я.

И самое главное, крайне коварно не стал подсовывать своим непосредственным командирам положенную плату за три месяца службы наедине, а это непременное условие, чтобы подписать контракт на следующие шесть лет без возможности расторжения. Без взятки в Империи не делается ничего, наличные – основной двигатель прогресса, особенно в наших диких местах. За подпись контракта получаешь месячную плату и потом еще два месяца отдаешь все деньги начальству.

Впрочем, как и в столице Империи, великом городе Кташе, про такое я знаю по достоверным рассказам сослуживцев, кто там успел побывать в своей жизни.

Я денег так и не заслал самым возмутительным и коварным образом, так что вчера было объявлено на построении, что со мной контракт разрывается без объяснения причины.

Скрытая радость внутри моей личности так и осталась нераспознанной товарищами и командирами на фоне моего весьма обиженного лица.

«Вроде бы и можно остаться служить здесь в крепости на фронтире, всего-то требуется смазать ручку всем начальникам взяткой. Впереди спокойная служба и пусть не очень сытая, но стабильная жизнь», – думаю я так время от времени на посту.

Ибо основная страшилка для нашего брата в здешних западных землях – периодическое нашествие орды нелюдей.

Теперь орки соберут следующую такую орду не раньше, чем через десять-двенадцать лет. Сейчас в стойбищах остались подростки по десять лет максимум, чтобы в отсутствии взрослых нелюдей, отправившихся воевать людские крепости, выпасать скот и присматривать за общинными пастбищами. Выжившие на стенах орки вернутся и возглавят свое племя, так у них заведено из далеких веков. Еще через такой же промежуток времени молодежи вырастет замена, а сегодняшние мальчишки-нелюди отправятся насмерть сражаться с людьми и их армией.