Иннокентий Белов – Новая жизнь. Хозяин замков. Часть 2 (страница 6)

Даже пара лучников светится перед нами в полный рост, выцеливая из луков беглеца. Очень хорошо, что они так подставились, именно лучников выбивать первыми я учу своих стрелков.

Через пару секунд стучит тетива арбалетов, почти всем смельчакам достается по болту, теперь в любом случае больше никто не подставится после нашего дружного залпа и в погоню точно не бросится. Арбалетчики перезаряжаю машинки, после чего мы уходим обратно к своим.

Пятнадцать-двадцать сильных врагов убиты или ранены тяжело, плюс еще десяток за вчерашний день. Если в поселении имелось сто тридцать – сто сорок бойцов, теперь осталась примерно сотня.

Что тоже очень много для прямого штурма, слава богу, что мы можем не торопиться проливать свою кровь. Хотя все же возможна вылазка из самого города на помощь осажденному поселению.

«Ну, это я так думаю, планы командования Стражей мне точно не известны, надеюсь, они все же не станут выбираться в чистое поле из-за уютных стен, не имея точных сведений о нашей численности. Я бы точно не стал, имея кучу припасов и почти неприступные позиции за речкой.

Так я думаю до следующего утра, когда посыльный от наших пока еще союзников сообщает, что второе поселение собралось ночью и ушло в город вместе с детьми и бабами. Забрав с собой всю скотину тоже, которую увели заранее.

На совещание в рубленной избе обсуждаем ночную вылазку и новость о том, что наши союзники заняли второе поселение без боя.

– Повезло им, – признает Норль. – Но в самом городе теперь на сорок бойцов больше оказалось. Наши тут спросили у пленных с пристрастием, сколько воинов у Стражей в городе, говорят неохотно, но все же говорят. Где-то от четырехсот до четырехсот пятидесяти, теперь на сорок больше. Если еще и наши противники из поселения туда уйдут, тогда под шестьсот Стражей наберется в городе, а у нас всех вместе сейчас – всего тысяча двести воинов.

– Так нам город не взять. Все поляжем при штурме, – признается командир пришедшей недавно сотни.

– Значит, мы не дадим им уйти. Лишняя сотня Стражей там совсем ни к чему, – говорю я. – И не переживайте лишнего, никто в прямой штурм вас не отправит. Есть у нас с Великим Мастером Норлем одна интересная мысль.

– Мы уже выбили примерно тридцать Стражей в этом поселении. Сами потеряв всего четверых наших за целый день осады, все потери от лучников. Но зато выбили за день пятерых стрелков и в вечерней вылазке еще троих я с парнями отправили на тот свет. Думаю, половину самых опытных стрелков успокоили уже, за завтра еще немного проредим Стражей, а на раннее утро потом есть у меня одна задумка.

– У Стражей все умеют из лука бить, – замечает один из командиров.

– Умеют стрелять все, а вот попадать точно издалека теперь не больше десятка осталось способных. А у нас сорок дорогих, качественных арбалетов. Еще болты делаются в большом количестве самими стрелками, наконечников у нас сейчас достаточно, чтобы убить всех Стражей по два раза, спасибо запасам замка Криденсберг. И достать из-за щитов лучники их не могут, а сами постоянно подставляются под болты, – успокаиваю я своих.

Сам хорошо понимаю, взять город Стражей в лоб мы можем только с четырехкратным, если не пятикратным перевесом в живой силе, но тогда три четверти наших людей останутся лежать перед стенами и на них. А уж с имеющейся в наличии тысячей двести воинов шансов точно нет никаких на успех при штурме очень хорошо защищенного природой укрепления.

– Город в лоб штурмовать не станем, успокойте своих людей. Но и этих нам отпускать нельзя, чтобы меньше их там засело, – киваю я на вражеское поселение.

– Кажется мне, старина, осталось у меня совсем немного маны, хватит еще на один-два раза попользоваться, – говорю я Норлю, когда мы остаемся одни.

– Поэтому хочешь рискнуть на рассвете? – напарник все понимает.

– Да, хочу открыть одни ворота, там в них поместятся всего пять стрелков, в самих воротах, а этого мало, чтобы отбить атаку Стражей. Придется пройти вперед, в само поселение, чтобы стрелять из-за двух щитов хотя бы. Выпускать по десять болтов залпом, зато постоянно заряжать арбалеты и поддерживать непрерывный огонь. Мы с тобой встанем с боков, чтобы Стражи не смогли мимо прорваться, остальных они снесут очень легко. В наших доспехах и с закрытыми шлемами на голове мы почти неуязвимы.

– Сколько у тебя РЕГЕНЕРАЦИЯ уже? – вспоминаю я о таком важном вопросе.

– Двенадцатый уровень, только ее и качаю, как ты сказал, – гордо отвечает Норль.

– Это правильно, ПОЗНАНИЕ от тебя никуда не денется.

Следующий день осада продолжается, иногда постреливают или мои, или Стражи, больше безо всякого реального успеха.

Днем я собираю всех командиров и старших своих сорока арбалетчиков, рисую карту углем на столе, объясняю всем наши маневры:

– Под утро окружаем поселение со всех сторон, если они на нас в воротах все вместе кинутся, тогда я по щиту начну стучать мечом. Это будет сигналом вам перелезать через частокол и брать в копья Стражей со всех сторон. Лестницы сколотили? – спрашиваю я у присутствующих командиров и слышу, что вчера этим занялись.

Еще в темноте командиры разводят людей под щиты и оставляют ждать рассвета. Арбалетчики все собрались с боковой стороны, куда открываются ворота, они понесут свою защиту вперед вместе с копейщиками. Пленников теперь, конечно, не привлекаем к маневрам, еще выдадут наши планы своим собратьям за частоколом.

За мной с тыла приходит сотня крестьян, разбитых на пятерки, чтобы встретить беглецов с солидным преимуществом в силах. Стражи слышат наши передвижения, понимают, что пора к чему-то готовиться, я тут же различаю, как звонит у них сигнальный колокол.

Сейчас они занимают места к обороне, значит, мне уже так легко не прорваться, а главное – не открыть засов, там рядом с воротами окажется слишком много Стражей, они меня смогут рассмотреть, когда я окажусь вблизи.

Поэтому я командую возвращение свободного от дежурства войска в наше поселение, давая время успокоиться Стражам. Но подтянутые поближе щиты остаются на своих местах, вскоре под прикрытием арбалетчиков, хорошо защищенные доспехами и коваными трофейными щитами из замка десяток крестьян с топорами и два десятка с копьями приближаются вплотную к частоколу. Где начинают сразу же подрубать в трех местах бревна, вкопанные в землю.

Когда падают первые бревна и образуются щели, через них Стражи пытаются достать наших копьями, уже не рискуя вылезать сверху. Крестьяне принимают вызов, отвечают ударами своих гораздо более длинных копий, специально припасенных именно для такого случая.

Частенько они оставляют пространство для выстрела, чтобы туда влетел болт, через полчаса такой возни под частоколом у нас двое ранены и двое убиты. О потерях Стражей трудно сказать, но они есть и явно побольше, чем у нас. Весь частокол сверкает проплешинами, наши обратно отступают под прикрытием арбалетчиков.

Догадываюсь о том, что теперь Стражи напряженно думают – их крепость не перенесет еще пару таких приступов, когда срубят много бревен из частокола и вся оборонительная стена засияет кучей прорех, через которые легко смогут пробраться враги. Теперь они могут задуматься об отступлении в город, поэтому я решаю рискнуть снова одному пробраться в поселение. Окружать его придется уже после того, как я смогу распахнуть ворота, требуется, чтобы народ приготовился к полному окружению поселения через несколько минут после моего условленного сигнала или звона колокола в поселении.

В зависимости от того, что случится раньше.

Я подхожу под умением к углу изгороди, забираюсь осторожно на ее верх и вижу, что ближайший часовой отошел к воротам и о чем-то разговаривает со своим напарником, за ними в углу на том же помосте виден третий охранник.

Хороший момент, чтобы перебраться в поселение, что я и делаю. Дожидаюсь возвращения часового и сразу же пробиваю ему горло, оттаскивая за ближайший дом.

Потом бегу к тому, который замер, наблюдая вокруг в щель около ворот и только примеряюсь ударить его в шею, как сзади раздается крик какой-то бабы, вышедшей из дома на звуки, издаваемые умирающим телом прибитого мной часового. Второй часовой все так же быстро умирает, дежурная группа Стражей бежит на крики бабы, я же хватаюсь за нижний брус ворот и старательно вываливаю его из гнезда.

Заметивший неладное, ко мне бежит с криками третий Страж, за ним подрываются еще двое и из домов начинают появляться Стражи с оружием в руках. Раздается звон местного колокола, я понимаю, что мои бойцы сейчас должны выдвигаться на позиции вокруг поселения.

У меня не получается сразу поднять второй, очень сильно забитый в пазы брус, поэтому я сначала срубаю часового, а за ним и тех двоих. Пока у меня есть полминуты, подхватываю валяющееся уже бревно и со всей силы, какая возможна в моем теле, начинаю выбивать застрявшую преграду.

Несколько ударов, брус подался, еще два удара, я с натугой вытаскиваю его из пазов, отбрасываю в сторону оба, чтобы они не мешались нашим и распахиваю ворота внутрь.

Щиты на руках у моих бойцов уже совсем рядом, в десятке метров от ворот, я понимаю, что еще чуть-чуть и мы зацепимся уже основательно внутри укрепления.

Поэтому бегу навстречу Стражам и начинаю раздавать им удары мечом, как мельница, враги валятся, успев только удивленно раскрыть глаза, когда я вдруг оказываюсь рядом с ними.