Иннокентий Белов – Черноземье. Вторжение 2 (страница 47)

Какая за подобное ему вообще положена награда? Чтобы переходить с чисто человеческой стороны, где все понятно, на сторону владения магическими предметами, что в самом Асторе очень-очень не приветствуется.

Теперь мне желательно все правильно объяснить своему ближайшему помощнику про наши общие перспективы.

Глава 21

— Разговор будет серьезный, — я посмотрел Дроперу в глаза. — Выбор тоже тебе самому делать.

Так уж сильно упрашивать своего пока верного помощника я все же не собираюсь. Путь к новой жизни каждый должен принять и осознать сам. Мне нужно только правильно показать ориентиры, ведущие к настоящей власти и большим возможностям.

Не всем людям подобное нужно, не все потянут, но тут уже идет естественный отбор. Тем более у нас здесь теперь никакая не народная демократия, как казалось мне раньше. А коррумпированное общество, где власть и подлинное правление передаются только по родству, как в обычной монархии.

Но не монархия, конечно, ведь тот же Кром никак на монарха не тянет. Скорее — полиархия-олигархия!

Но точно не хунта!

Так что если я здесь выступаю этаким герцогом при власти, одним из основных правителей, то мне потребны свои графы, хотя бы четверо, им свои бароны и рыцари, еще человек шестнадцать. У каждого своя дружина в пару осьмиц воинов, например, чтобы собирать налоги и защищать владение. Итого получается двадцать примерно более высокопоставленных как бы дворян подо мной и общая армия примерно в триста-четыреста воинов, а лучше даже пятьсот копий или штыков.

Здесь, в Черноземье, подобное устройство общества все равно случится, но еще не скоро, потому что очень сильны последствия Беды.

«Правда, я могу и подождать. Есть у меня такая возможность почти все время оставаться пятидесятилетним, молодо выглядящим и очень крепким мужиком», — напоминаю я себе.

А вот в соседнем Сатуме подобная властная конструкция со мной во главе зайдет на ура. Если после нашествия ужасных степняков появится хоть какая-то твердая власть. Которая одна станет собирать налоги и поборы твердою рукой, но будет давать хоть какую-то защиту выжившему населению.

Которое очень по твердой власти успеет уже стосковаться за время сплошных грабежей и постоянного насилия.

Но это мои пока мысли о будущем, с которыми я Дропера знакомить не собираюсь. Если он правильно экзамен не сдаст, то и не стоит ему подобными знаниями голову забивать.

В любом случае проверенные и уже хорошо знающие, как именно работает моя экономическая модель, люди мне в Асторе очень нужны.

Чем их больше — тем мне лучше! Что не будет совсем незаменимых! Как вот решил почему-то считать себя особенно наивный Данис.

— Пока можешь просто проверить, как работает магия в твоей руке. Никто ничего даже не поймет из твоих людей, просто задашь несколько вопросов Данису и все, зато сам все поймешь. Сейчас туда отправимся, все произойдет при мне. Оценишь и решишь, нужно ли тебе стать настолько сильнее? — так ему и сказал, пусть сам делает выбор.

Так что сразу и вышли, быстро дошли до дома на Третьей улице, где у Даниса осталась квартира в дорогом доме еще с хороших времен. Когда его отец был уважаемым ювелиром, но все же проиграл торговую войну сплоченной четверке других ювелиров и поэтому разорился.

«Да, они могли долго демпинговать на халявных камнях, и пересидеть всех остальных. Тем более объединенные общей и довольно сокровенной тайной», — есть у меня и такое понимание.

Вход в дом через дорогой замок на воротах, так что у моих людей не возникло никаких особых проблем попасть к Данису домой, просто забрав силой ключи у парня.

Мы так же проходим через двор уже в темноте, потом поднимаемся на второй этаж, где Дропер стучит условленным сигналом по массивной и хорошо укрепленной двери. Ее тут же открывает один из моих людей с дорогим подсвечником в руке, проводит нас по длинному коридору в комнату, где пока держат Даниса.

Парень сидит в углу, заметно уже потрепанный, лицо хорошо так разбито, но смотрит еще дерзко и выглядит не сломленным, хотя руки уже связаны за спиной и плотная повязка намотана на его рту.

«Никакого раскаяния вообще не видно на лице и в глазах у моего бывшего работника. Явно надеется на что-то? А что ему может помочь? Когда он обворовал одного из самых влиятельных Капитанов Совета? Только еще где-то спрятанные украшения и то же самое золото заставляют парня все терпеть и надеяться», — быстро понимаю я.

Подсаживаюсь к нему, беру дорогой подсвечник, оставшийся еще от родителей, наверно.

Освещаю лицо воришке и долго рассматриваю его, заставляя отводить Даниса глаза.

— Ты много украл. Слишком много и все мое! Там не одна сотня тайлеров в мешке. Поэтому мы можем пойти правильным путем. Со свидетелями, — я киваю на окруживших нас охранников. — Сдам тебя в Стражу, судья быстро вынесет приговор, поедешь на каторгу. Квартира твоих родителей пойдет на возмещение долга, тем более ты сам из рудников никогда больше в Астор не вернешься. Ты меня понял? Развяжите рот парню!

Дропер стаскивает на шею жесткую повязку, не дающую Данису кричать.

Данис делает несколько движений ртом, видно, сильно онемевшим, и отвечает хриплым голосом:

— А, что ты скажешь в суде на то, откуда у тебя столько драгоценностей Проклятых Магов? А, господин Капитан?

«Ну, долго думал и как-то совсем не много придумал, — становится смешно мне. — А ведет себя все равно вызывающе! Вопрос задал, который меня должен испугать, наверно? А ведь должен сейчас плакать и каяться?»

Думает меня испугать подозрением в контрабанде драгоценных изделий в Астор, что ли? Крайне наивный паренек?

— Если судья меня о подобном вообще спросит, Данис? Если спросит? То я даже отвечу, что это мои законные трофеи. Ведь я провел на Севере уже четыре военных похода, руководил там всеми вооруженными силами Астора. Разгромил Магов и астрийцев, так что мне по договору с городом Астором положена солидная часть добытых трофеев. От одной восьмой части до одной четвертой части, так что с тем, что продается в лавке — все в полном порядке.

Тут я немного привираю, конечно, трофеев у меня в разы больше, чем положено, но должен держать правильное лицо и все подробно объяснить. Даже не именно для Даниса, на него мне уже немного наплевать, а для своих приближенных охранников. Что все у Капитана Прота с трофеями обстоит легально и законно, как должно быть на самом деле.

Они тоже в курсе, некоторые из них, которые самые приближенные, что я беру гораздо больше оговоренного. Но хорошие премии после похода всем помогут забыть о подобном нарушении.

Кто там сможет правильно разобраться с тем, что командиру похода вообще положено — даже мне самому подобное не просто сделать.

— Только судья ведь ничего не станет спрашивать у Капитана, тем более спасителя города от Последних Магов, астрийцев и степной орды! Будь в этом уверен, Капитанов вообще не положено по городским законам ни о чем спрашивать! Если только он сам не вызовется дать особенно веские показания! Только я ведь их дам, потому что налицо случай наглого воровства! А у меня есть четверо свидетелей того, как у тебя было обнаружено много моих драгоценных украшений. Которыми ты был должен торговать, но просто и очень глупо украл, непонятно вообще, на что надеясь. И ведь еще что-то здесь найдется? — я поднимаюсь на ноги, достаю из поясного кошеля камень поиска.

С Данисом мне стало все понятно. Он не только дурачок, но еще и шантажистом Капитана Совета решил выступить. Совсем безнадежный случай, только теперь его ждет много тяжелой физической работы до конца жизни. За просто сытную, но однообразную еду, а не десятки тайлеров в месяц.

— Рот можно закрыть, — уже снова говорю Дроперу, повязка опять поднимается, закрывая Данису половину лица.

Все, что мог, мой бывший продавец уже сказал, больше слушать просто нечего.

Пускаю ману на камень, потом констатирую:

— Здесь, в спальне, украденного ничего нет. Пойду пройдусь по квартире. Посветите мне.

Дальше на кухне, глубоко в какой-то спрятанной нише камень показал имеющийся тайник, из которого я вытащил сразу шесть мешочков с золотом. А вот в ванной комнате, совместной с туалетом, которым является плотно прикрытый горшок, под самым потолком находится еще один, вообще оттуда не видный тайник. Из него я со стула осторожно клинком вытаскиваю мешочек с украшениями и камнями. Дольше ничего камень мне не находит, но явно видно, что квартира потомственного ювелира очень хорошо снабжена укромными местами для хранения особо дорогого товара и больших сумм наличных денег.

На которые наивный Данис определенно крепко рассчитывал, но все равно просчитался.

Потом мы возвращаемся в комнату с кроватью, на которой довольно уже уныло сидит Данис.

— Очень хорошо спрятанные тайники! — говорю я охранникам и показываю находки. — Без моих способностей и не найдешь даже. Ты хочешь что-то сказать, Данис?

Парень вертится изо всех сил, пытаясь освободиться и грозно рычит, показывая свое мужественное желание отбить найденные клады. Понял уже, что его последние надежды сохранить украденное рухнули, но не может себе признаться в окончательном проигрыше.

— Очень ты азартный парень! Все поставил на возможность обворовать меня! Но слушать тебя мы все-таки не будем. Глушите его и выносите на улицу, там нас должна повозка ждать! — командую я своим церберам.