Иннокентий Белов – Черноземье. Король (страница 26)
Спасли меня только снегоступы, горнолыжный костюм, очки на глазах и теплые горнолыжные перчатки, которыми я постоянно разгребаю снег. Прямо натурально скатываясь по склонам и проваливаясь в высокие сугробы, настойчиво пробиваю себе дорогу в сплошном снежном аду.
Добрался кое-как до первой поляны, снег уже и там по пояс, но за ней самой передвижение стало все же попроще. Поэтому вскоре, добравшись до второй поляны за ней, я облегченно вздохнул.
— Вовремя обратил внимание в сладком сне на залетающие сверху в Храм прямо тучи снежинок! Еще бы половина часа и уйти бы не удалось! — я хорошо вижу, как белое облако стремительно спускается сверху и заметает мои следы за спиной. — Не был же еще ни разу зимой в здешнем Храме! Все везло летом или весной прилететь!
— И уже не бываю, похоже! — констатирую я снова, глядя на плотный край белой мглы, уверенно переваливающей на нашу сторону склонов из каньона.
— Да и сейчас спешить нужно! Ничего ведь не закончилось! — и я весь мокрый побежал вниз, придерживая за спиной мешок с Палантирами, фузею в чехле и пистолет на поясе.
Глава 11
Да, смерть реально только что прошла совсем рядом со мной, ее ледяное дыхание коснулось моих волос. Я почувствовал на своем затылке, что шутки совсем закончились.
«Еще пять минут задержки или одно неудачное падение и все, вырваться из снежного безумия уже не удалось бы».
«Пока еще не посеребренных, но если так часто рисковать, то быстро случится сама подобная неприятность, — понимаю я. — Нужно все-таки к самим горам и вообще природе относиться с заметно большим уважением. Они ошибок не прощают и всегда берут по полной стоимости с неподготовленных или самонадеянных».
Но именно в этот раз смерть не принесла бы мне почти никаких особых проблем. Я бы вскоре снова восстановился на Столе, только всего с тремя Палантирами, фузеей и прочим нарезным оружием.
«Еще с неплохим запасом современной еды. Ее бы мне точно хватило на неделю, а то и две. За такое время ураган обязательно закончится, можно пробовать выходить из Храма».
Нигде меня так срочно не ждут, мои люди спокойно проведут пару дней в условленном месте и сильно даже не забеспокоятся. В Асторе родные и приближенные тоже знают, что я могу уйти надолго вообще без каких-то предварительных уведомлений.
«Правда, так сразу вернуться к стоянке вряд ли смог бы, новый ураган, наверняка, засыпал все вокруг на пару метров снега. Поэтому пробиться вниз получилось бы с очень большим трудом. И только потому, что я снова очнулся со снегоступами около себя. Но в свежем снегу они мало могут помочь, так же проваливались бы. И тем же теплым горнолыжным костюмом, который отлично спасает от замерзания при подобных обстоятельствах. Только два Палантира меня бы здесь в тайнике больше уже не ждали», — рассуждаю я о возможном исходе.
Подниматься одному в зимние горы — всегда большой риск. Часто неоправданный. А брать с собой попутчиков я не могу пока. И, может быть, вообще никогда не смогу, кроме той же Клеи.
«Зато потом пришлось бы, уже по весне, тщательно выглядывать в полном одиночестве на склонах свое тело в синем горнолыжном костюме, с пятью Палантирами в мешке за спиной. Не считая той же фузеи и всего остального. Впрочем, выставил бы заранее сверху и снизу дозоры из своих людей, чтобы никого не пускали сюда, пока я не найду сам себя», — печально улыбаюсь я, быстро шагая вниз.
Только пять Палантиров, да еще вместе с фузеей — слишком важны, чтобы оставить их валяться здесь до весны.
«Пришлось бы нанять кучу народа, чтобы они под охраной моих людей прочесали всю территорию вокруг тропы. Просеяли весь снег через обычное сито, — понимаю я. — Вряд ли кто-то догадался бы, что где-то здесь осталось лежать мое прежнее тело. Чтобы искать его специально наугад, если бы я появился внизу живой и здоровый, только в совсем другой одежде. В которой вернулся в Черноземье когда-то из своего мира, а не в той, в которой вчера попрощался со своими людьми. Но никаким случайностям нельзя доверить пять Палантиров и фузею», — четко понимаю я.
Через пару часов прохожу предпоследнюю поляну перед стоянкой, где когда-то уже очень давно убил первого Корта.
Дальше пока не иду, не хочу смущать своих людей и тех же пастухов новой и слишком красивой горнолыжной одеждой. Поэтому копаю прямо руками и кинжалом, потому что лопатки нет, в том же хорошо знакомом месте тайник. Потом прячу там горнолыжные вещи вместе со снегоступами и засыпаю его обратно, навожу маскировку.
— Полежите здесь до весны. Я больше зимой в горы не пойду! — признаюсь перед собой. — Рано она вообще пришла, так что теперь только в самом крайнем случае. Если Черноземью или Астору будет грозить страшная опасность! И никак иначе!
Потом прохожу мимо стоянки, где мне машут руками довольные степняки и подлетают с положенной проверкой огромные волкодавы. Но только обнюхивают меня, вспоминают знакомый запах и на всякий случай предупредительно порыкивают. Намекают, что воровать чужих овец нехорошо, а наказание будет скорым и беспощадным.
— Мне, господину Капитану, воровать у небогатых пастухов — вообще последнее дело! — доверительно сообщаю я им.
Волкодавы заметно смущаются и отбегают к отаре.
Хотя пастухи теперь не такие уж и бедные, ведь получили свой заказанный товар в пересчете на асторские деньги. Теперь могут вернуться в родные степи со зримым богатством, которое можно хорошо потрогать и пощупать. Еще сильно удивиться качественной проковке и невероятной для самодутных печей твердости самого металла в топорах и лопатах.
«Получат сразу же кучу заказов на подобный товар от своих сородичей. Как уже вполне хорошо наладившие личный контакт с Другом Степи. Поэтому появятся снова с полными арбами маленьких ягнят. Или даже плюнут на прежнюю работу, а просто займутся скупкой и доставкой в родные степи асторских передовых изделий. Наймут каких-нибудь дальних родственников пасти отары, а сами ударятся в прибыльную торговлю. Две недели сюда, две недели обратно и вот уже ваши деньги удвоились! Если, конечно, свои же братья степняки не снесут слишком хитрые головы ради обладания дорогими и красивыми вещами. Тоже вполне возможный, и даже — в чем-то неизбежный вариант!» — улыбаюсь я своим мыслям, быстро шагая вниз.
Приходится прошагать еще около десятка километров до места, где ждут мои люди с лошадьми и палаткой. Иду быстро, но по своей приобретенной привычке постоянно проверяю лес перед собой. Ведь хорошо помню, как быстро притягиваются ко мне всякие полумагические звери.
Да, вскоре встречаю работающую прямо сейчас бригаду арестантов. Лечу по большой просьбе степняков двоих тяжко заболевших из них самих около горящего костра с булькающим котлом. Где у них сделаны лежанки для сильно захворавших. Еще четверо совсем слегших арестантов приходится вернуть в строй, тоже неизбежное для меня дело теперь.
«Потратил сорок процентов своей личной маны, но ничего, три-четыре похода в хамам, и она полностью восстановится. Здоровые работники мне и городу Астору здесь очень нужны», — напоминаю себе.
Мне лично самому здорово нужна настоящая дорога почти до стоянки на прогнозируемое будущее. Чтобы я мог ее спокойно проехать на той же арбе с вещами, даже не опасаясь особо никаких Кортов. Потому что по моему личному указанию сразу срубают нависающие над ней ветки.
«А не медленно вести за узду лошадку, все время потея и постепенно уставая. Слава богам, прошли такие времена, когда я делал все сам один».
— Друг Степи, твои люди теперь совсем рядом! — говорит мне старший охранного отряда.
Я киваю ему, понимая, что охранники тоже встали недалеко, ожидая меня, вскоре нахожу своих людей.
— Ну, как у вас тут? — спрашиваю я с ходу вскочившего от костра дозорного, следящего за кулешом.
Явно еще не сильно заждавшиеся меня мужики дружно и радостно лезут из палатки.
«Все же в дождливую и пасмурную погоду сидеть на нагорьях мало хорошего».
Костерок горит, на нем булькает каша, к которой я сразу же пристроился с подхваченной с травы миской и своей ложкой. Рядом поставлена палатка, мои люди просто отдыхают от постоянной спешки при мне.
Ведь только вчера попрощались, а я сказал, что ухожу на два-три дня.
«Да, я сказал, но природные обстоятельства оказались гораздо сильнее Мага даже с пятью Палантирами. Зарядил их, насколько у меня получилось, теперь уже в Храм так просто не вернуться. Если только устраивать натуральную экспедицию, чтобы довести лично меня до площадки перед самим Храмом. Очень надеюсь, что за всю зиму ничего настолько опасного не случится. Из-за перевалов точно никто не придет, а вот степняков наша мягкая зима не остановит, если у них появится желание снова разбогатеть по-быстрому. Но наглядный пример с полным избиением горной орды должен всем еще раз показать — страшное по силе оружие у Друга Степи все еще имеется, — так раздумывал я в пути. — И для него не только камни подходят, а вообще почти все».
— Отправили только что последних баранов и тюки с шерстью, господин Капитан, — докладывает один из новых приближенных ко мне охранников. — Эти здоровенные бараны слушаться не хотят никого, кроме степняков и собак, даже на нас кидаются со своими рожищами! С большим трудом их сюда удалось доставить! Хорошо, степняки услышали нашу возню с упрямыми рогатыми издалека, сразу помогли, им такое только в радость.