Иннокентий Белов – Черноземье. Король 2 (страница 52)

«Вот Трон и Гинс совсем мои люди по жизни, однозначно, в любые времена от меня не отрекались. Шли против всяких начальников, чтобы они там не говорили про когда-то Проклятого Мага», — вспоминаю я нашу очень долгую историю знакомства с мужем Клои и братом Клеи.

Жена Трона тоже сидит сейчас с нами, попивает с Гритой белое астрийское из моих последних запасов. Впрочем, уверен, когда-то степняки узнают о больших доходах, получаемых с подвалов княжеского виночерпия и со временем наладят что-то похожее в том же месте. Но пока все знающие и что-то из себя представляющие люди из завоеванной Астрии разбежались, теперь или в Сатуме выживают как-то, или у нас в Асторе прижились.

«Вообще немного там образованных хозяйственников оказалось, почти вся страна или воинственные дворяне, или безропотные крестьяне, или отчаянная городская шваль», — признаю я явный перекос в жизни неправильной устроенной дворянской страны.

Обсуждаем с Троном дела в мастерской, которая под моим прикрытием, да еще с кучей заказов от промплощадки и от самого Астора все больше становится настоящей фабрикой. Уже целых три производственных корпуса построены, работает там теперь аж тридцать мастеров и подмастерьев, немыслимая ранее для нас цифра. Сама лес не добывает и металлы не плавит, но заложенные мной передовые технологические решения позволяют выполнять все заказы с очень солидной прибылью.

— Крип всем доволен сейчас, Ольг. Раньше не знал, что с большими деньгами делать, зато теперь с не очень большими вполне хорошо управляется. Купил себе все-таки новую квартиру на Третьей улице по настоянию жены, — рассказывает мне Трон, весело поблескивая глазами.

— Это ты на него надавил? — удивляюсь я подобному поступку бывшего хозяина мастерской, который категорически не хотел тратить деньги.

— Нет, жене надоела его нерешительность, да еще дети выросли, хотят отдельно жить. Теперь свои комнаты им оставят, а сами в квартиру переедут. Орния Крипу ее нашла, она же там теперь ремонт делает и мебель ставит. Крип, как узнал, сколько будет такая работа стоит, возмутился и сказал, что сам все сделает. Только жена ему быстро все объяснила, что сам он будет пять лет ремонт делать, а люди Орнии за два месяца ремонт закончат!

— Ну, тогда хорошо. Гинс, как у вас с Ирнией жизнь? — обращаюсь теперь к приятелю.

Гинс на мгновение притормаживает, как обычно, потом стандартно отвечает, что у них все очень хорошо.

— Денег теперь хватает, сестра стала здорово помогать последнее время, да еще всю одежду от своих детей нам передала. Я получил в Гвардии повышение, стал как бы командиром осьмицы, плата тоже заметно подросла. Завтра выходим с утра на берег, будем прикрывать ополченцев, — кажется, Гинс еще не знает, что почти его тезка Генс передает самого его под мое управление.

По моей же, понятное дело, большой просьбе. Так что ждет Учителя долгая заграничная командировка на свою историческую родину.

— Бери всего побольше. Для тебя есть особое задание, завтра все узнаешь, — немного загадочно говорю я.

Не хочу лично расстраивать взрослого, уже довольно пожилого Гинса тем, что вернуться к семье он теперь может не очень скоро. Ведь у него в жизни только все хорошо наладилось, еще дети в моем училище бесплатное образование получают. Клея брату передала несколько десятков золотых, однако теперь придется Учителю послужить своей сестре и всей далекой родине.

Да, в городе и Совете никто еще не знает, что завтра Клея тоже отправляется со мной на войну. Причем ее повозки поедут следом сразу за моими с пушками, по здешним понятиям подобное расположение означает, что она следующая после меня по важности на поле боя. Мне нужно подчеркнуть ее особую роль перед гвардейцами и ополченцами, чтобы заранее понимали, что она им всем — настоящая начальница.

«Да уже сама пусть привыкает быть реальным ВИП-лицом на фоне обычных воинов и прислуги, — правильно понимаю я. — В ее будущей роли излишняя простота не слишком привлекательна для подчиненных».

Семейный вечер спокойно проходит, я прощаюсь с приятелями, но ночью Грита вдруг о чем-то догадывается по моей особой нежности и говорит мне:

— Ты таким же задумчивым был в тот вечер, когда на следующее утро внезапно ушел, Ольг. Не хочешь мне ничего рассказать?

Но я просто отвечаю подруге, что впереди кровавая битва с сильно превосходящими нас по численности, буквально в десятки раз, беспощадными врагами. Говорить, что должен буду уйти на ту сторону гор вместе с Клеей, все же не стану. Неизвестно еще, как все получится, могут еще сами степняки приготовить мне немало сюрпризов. Если заранее задумаются об истоках моей невероятной силы и что могут сами противопоставить ей.

«Хотя не очень похоже на них. Если далеко летящие тяжелые стрелы решают все столкновения в их пользу, зачем Беям что-то заранее менять? Только если знакомые Беи поделятся знанием о моей великой силе с остальными племенами, то они могут поменять тактику войны. Если же продолжат нападать большими толпами, не боясь прилетов аннигиляции, значит, мои знакомцы решили все же сбить спесь и гонор с остальных степняков. Сами точно переправляться через реку не бросятся, посмотрят из-за спин остальных смельчаков, чем все подобное закончится», — мне самому интересно будет в чем-то подобном убедиться.

Ведь по поведению знакомых мне по вымпелам степняков можно будет довольно просто понять их намерения.

«Один день оставшегося времени прошел, завтра второй закончится переходом на Протву, потом останется пара дней на проверку рассредоточения ополченцев и гвардейцев. Потом уже первые фолы степных воинов должны показаться на противоположном берегу. Если разведчики устроят несколько завалов и засад, то могут выбить нам еще один день ожидания, но лучше, наверно, не затягивать время до начала боев. Завтра с утра обращусь по скошу к разведке, прикажу не мешать продвигаться передовым отрядам степняков», — решил я и уснул наконец-то.

Утром переговорил со всеми «связниками», приказал Кросу завязывать с партизанской войной и быстрее идти к Сторожке. И отправился лично формировать большую колонну, собирающуюся около гвардейских казарм.

В подвале у меня осталось пока все золото и камни, крепко спрятанные под магическими замками и скрытами. Но у меня там не так много золота, всего три тысячи монет, в отличии от Клеи. Она умудрилась сама потратить три тысячи тайлеров на семью и усиленную охрану, уже не стала вкладываться в отделку женского хамама. Еще я уже восемь тысяч взял в долг, так что у нее осталось лежать еще пятнадцать тысяч тайлеров. И в кассе еще тысяч двадцать пять, так что моя боевая подруга может распоряжаться с разрешения старшего сына сорока тысячами золотых.

«С такими невероятными для Черноземья деньгами можно запустить обращение асторского золота в том же Сатуме, просто обозначив его ценность в три-четыре-пять раз дороже местного. Вряд ли степняки смогут взять подгорные города и замки, где будет сосредоточен запас золотых монет, поэтому они все точно дождутся нас с Клеей», — определенно рассчитываю я сейчас на деньги наших будущих врагов.

Чтобы нанимать дворян с наемниками, что-то платить простым воинам, которых позовут в путь наши такие же простые лозунги.

Быстро просматриваю смешанные отряды ополченцев с гвардейцами, ведь приказал уже из города идти вместе, чтобы заранее нарабатывать чувство локтя. Просматриваю, получаю доклады и отправляю за стены города формировать колонну.

Здесь же Генс с Торком, бывший приятель идет старшим от Гвардии, Драгер со всеми своими Охотниками, мои люди в полном боевом виде в количестве двух крепко вооруженных взводов. Кстати, солидное количество моих охранников, многих из которых Генс знает лично в лицо, заметно удивило Главу Совета.

«Значит, он сам даже не подозревал про мою большую боевую структуру. Где служат за хорошие деньги бывалые воины. Слабовато вообще с разведкой внутри города дело у Генса поставлено, может теперь озаботиться, — понимаю я. — Особенно по сравнению с тем, как все у Аписа четко настроено. Наши враги еще даже не знают, что именно станут делать, а мои люди уже ко всему готовы!»

Но делать нечего, зато у всех воинов и провожающих их жен широко открываются глаза, когда к месту сбора приезжает Клея на трех повозках, причем две покачиваются на настоящих рессорах. На одной восседает она с парой женской прислуги и личными охранниками, на второй везут шатер и прочее барахло, остальное место занимают двое астрийских слуг. На простой повозке расселись оставшиеся сатумские мужики, с удивлением вертящие головами на большое скопление вооруженных людей.

— Госпожа Клея тоже едет с вами, Капитан? — совсем удивленным голосом меня спрашивает Глава Совета, остальные военные тоже удивленно переглядываются.

«Вот и пришел момент выдать магическую сущность Клеи городской власти», — понимаю я.

— Конечно, господин Глава Совета. Госпожа Клея — довольно сильный Маг, она будет участвовать в обороне побережья Протвы. Вдруг так оказалось, что у нее есть серьезный магический дар, она поможет мне защитить город, — весьма невозмутимо снимаю я последние покровы с нашей с Клеей тайны, ибо время для данного деяния все же пришло.

Сама Клея старается смотреть по сторонам с самым спокойным видом. Но я-то вижу ее неуверенность под взглядами тысяч пораженных глаз, когда приходится открыто признаваться в умении колдовать.