Иннокентий Анненский – Трактир жизни (страница 26)

Из чуждой ей обители… Больше не суровые, Печальные глаза, Любили ль вы, простите ли?..

Тоска припоминания

Мне всегда открывается та же Залитая чернилом страница Я уйду от людей, но куда же, От ночей мне куда схорониться? Все живые так стали далеки, Всё небытное стало так внятно, И слились позабытые строки До зари в мутно-черные пятна. Весь я там в невозможном ответе, Где миражные буквы маячут… …Я люблю, когда в доме есть дети И когда по ночам они плачут.

Тоска белого камня

Камни млеют в истоме, Люди залиты светом, Есть ли города летом Вид постыло-знакомей? В трафарете готовом Он – узор на посуде… И не все ли равно вам: Камни там или люди? Сбита в белые камни Нищетой бледнолицей, Эта одурь была мне Колыбелью-темницей. Коль она не мелькает Безотрадно и чадно, Так, давя вас, смыкает, И уходишь так жадно В лиловатость отсветов С высей бледно-безбрежных На две цепи букетов Возле плит белоснежных. Так, устав от узора, Я мечтой замираю В белом глянце фарфора С ободочком по краю. 1904 Симферополь

Трилистник дождевой

Дождик

Вот сизый чехол и распорот, – Не все ж ему праздно висеть, И с лязгом асфальтовый город Хлестнула холодная сеть… Хлестнула и стала мотаться… Сама серебристо-светла, Как масло в руке святотатца, Глазеты вокруг залила. И в миг, что с лазурью любилось, Стыдливых молчаний полно, – Всё темною пеной забилось И нагло стучится в окно. В песочной зароется яме, По трубам бежит и бурлит, То жалкими брызнет слезами, То радугой парной горит. О нет! Без твоих превращений, В одно что-нибудь застывай! Не хочешь ли дремой осенней