Инна Волкова – Медовый месяц (страница 26)

— Нет, — с сожалением ответила я.

— Жаль, писать письма от руки я не люблю, терпения не хватает, да и идут они по почте слишком долго, — вздохнула она.

— А разве у тебя нет подруг в этом городе? — спросила я.

— Почему же, есть, — пожала плечами Эля. — Только они все мне уже надоели. Да и потом, настоящей подруги, которой можно рассказать все-все, такой нет и никогда не было. — Она погрустнела, и, сорвав травинку, задумчиво ее прикусила. — А у тебя есть такая подруга? — спросила она.

— Да, есть, — с некоторой даже гордостью объявила я. — Мы с детских лет дружим.

— Везет тебе. Скажи, — вдруг удивила она меня очередным вопросом, — а вы с Пашкой до того, как пожениться, спали вместе? Наверняка ведь спали, сейчас по-другому не происходит. И как он тебе в постели?

Я невольно покраснела.

— Ну и вопросики ты задаешь! — промямлила я, не зная, что ответить.

— Бестактные, знаю, — она махнула рукой. — Мне и папа все время говорит, что у меня никакого такта нет и чувства приличия, что в голову стукнет, то и говорю. Что поделаешь, избалованная, обожаемая папочкой девчонка, из не самой бедной семьи, которая ни в чем не знает отказа.

Мне показалось, что в ее словах прозвучала горечь.

— Скучно мне здесь. Надоело все! — добавила она и тяжело вздохнула.

— А почему ты не поедешь за границу учиться, отец наверняка имеет возможность тебя отправить куда-нибудь в Англию или во Францию? — я была рада сменить тему.

— Да я собиралась пару лет назад.

— И что, отец был против?

— Нет, он был не против, внешне, по крайней мере, он же готов любое мое желание исполнить, даже луну с неба достать. Просто я поняла, как ему будет без меня одиноко и как отчаянно он не хочет со мной расставаться, хотя и делает вид, что все в порядке. Мне стало его жаль, и я никуда не поехала, хотя, признаться, очень хотела уехать.

— Но когда-нибудь вам все равно придется расстаться, — резонно заметила я. — Ты выйдешь замуж, и…

— Не хочу замуж! — Она так сильно замотала головой, что ее густые волосы рассыпались по плечам плотной волной.

«Ну до чего же хороша, стерва!» — вновь подумала я с долей зависти.

— Не хочу замуж. Никогда не выйду замуж!

— Не зарекайся, в твоем возрасте я тоже так говорила, до тех пор пока Пашку не встретила — и сразу о своих клятвах забыла, — поучительным тоном заметила я.

В твоем возрасте! Можно подумать, что я старше ее лет на двадцать, а не на три года. Но все-таки я чувствовала себя взрослее и мудрее этой милой девчонки. Может, статус замужней дамы этому способствовал?

— Да и за кого выходить-то? Все мужики повывелись. Кругом одни пьяницы, гомики да импотенты.

— Ты рассуждаешь, как старая, поеденная молью дева, — усмехнулась я. — Утверждать, что все мужики сволочи, это все равно что говорить — все бабы дуры. Нельзя обобщать, все люди разные.

— Ну да, бабы — дуры, мужики — сволочи, а детки — цветы на могиле своих родителей, — скептически подытожила она.

— Мрачно на жизнь смотришь, подруга. Все не так уж плохо. Вот мы с тобой — не самые плохие представительницы слабого пола, как ты считаешь?

— Возможно, ты и нет, но что касается меня, то я отъявленная стерва.

— В чем же эта твоя стервозность проявляется? — полюбопытствовала я.

— Да во всем! Недавно, например, такую свинью подложила одному человеку, что сейчас стыдно. И знаешь, почему я это сделала?

— Почему же?

— Да потому, что он меня трахнуть не захотел, посмеялся надо мной, как над глупой маленькой девочкой, когда я ему себя предложила.

— Зачем? — обалдев, спросила я, слегка ошарашенная такими откровениями.

— Что зачем? Зачем он меня отверг или зачем я ему пакость сделала? — уточнила Эля.

— Да нет, зачем ты мне все это рассказываешь?

— А просто так, чтобы ты знала, какая я стерва. И хорошенько бы подумала, можно ли со мной, такой гадкой и противной, дружить, — она посмотрела на меня с вызовом.

— По-моему, ты на себя наговариваешь, — осторожно заметила я. Но похоже, она не лукавила, характер у этой малышки не подарок, может и зубки показать, не хотела бы я ей попасться на ее ровный белый зубок. Она собралась что-то ответить, но вдруг резко сменила тему.

— Слушай, а у тебя с Пашиными родичами какие отношения?

— С мамой — отличные, — честно ответила я. — Она мне очень понравилась. Такая простая и вместе с тем интеллигентная женщина. Мы сразу нашли общий язык.

— А с его отцом? Тоже сразу нашли общий язык?

— С отцом? Как сказать… — я замялась, не зная, что ответить. Что сказать, если я сама до конца так и не поняла, какие же у нас отношения? — Нормальные, он умный человек, — уклончиво ответила я, но Эля, вероятно, что-то заметила в моем ответе, поэтому недоверчиво переспросила:

— Нормальные, ты уверена?

— Конечно, уверена, а почему у нас должны быть плохие отношения? Если он и не в восторге от меня как от своей невестки, то внешне никак этого не проявляет. Он вежлив и любезен со мной.

— Вот именно! — вдруг с жаром подхватила Эля. — Он никогда внешне не проявляет своих чувств, и иногда так трудно, почти невозможно понять, что же он думает и чувствует на самом деле. Он очень скрытный тип!

— Ты так хорошо его знаешь? — Меня удивила горячность ее слов и даже некоторая обида, прозвучавшая, как мне показалось, в ее голосе.

— К сожалению, я совсем его не знаю, — сердито ответила она и сдула со лба прядь волос. — Впрочем, никто его не знает.

— Даже его жена и сын?

— Конечно, — она как-то странно усмехнулась. — Они-то в первую очередь. Хотя, возможно… — Она задумалась.

— Что возможно?

— Да нет, ничего, это я так. — Она снова усмехнулась. — Знаешь, Пашка совсем не похож на него, хотя всю жизнь с самого детства стремится во всем походить на отца.

— По-моему, ты преувеличиваешь, — не согласилась я. — Паша своего отца, конечно, уважает, он сам мне говорил, но чтобы во всем быть похожим, это вряд ли. Да и зачем ему это? Он и сам по себе личность.

— Личность! — Эля скептически усмехнулась. — Ему еще далеко до личности, пока во всяком случае. И вообще, плохо ты его знаешь, если считаешь, что он не стремится во всем походить на отца!

— Мы не так долго вместе, чтобы узнать друг друга, — возразила я, задетая тем, что моему мужу отказали в праве считаться личностью, — но мне кажется, что я все же неплохо его знаю. А на чем ты основываешь свои предположения, что он хочет походить на своего отца?

— Да на всем! На его поведении, начиная с самого детства! — Эля встала на ноги и пнула ногой камушек, в результате чего тот отлетел довольно далеко. — Он старался копировать походку отца, голос, манеры, привычки. Даже делал вид, что обожает макароны с сыром, как его отец, хотя на самом деле их терпеть не мог — ел через силу, давился, но ел и нахваливал, просил добавки.

— Ну и что? — Я улыбнулась, представив, как Пашка через силу впихивает в себя макароны. Которые, кстати, я сама терпеть не могу, и с сыром, и без. Кстати, а я так и не знаю, как сейчас Пашка относится к макаронам, нам еще ни разу не приходилось их есть вместе. Моя мама не готовила это блюдо, зная мою нелюбовь к мучным изделиям. Надо будет предложить ему как-нибудь ради эксперимента. Впрочем, теперь-то он наверняка повзрослел и не станет так глупо себя вести, как в детстве. — Ну и что? — повторила я. — Многие мальчишки стремятся копировать отца, особенно если тот является для них авторитетом. Что ж здесь плохого? С возрастом это проходит.

— А вот у Пашки не прошло.

— Что ты хочешь этим сказать? Если бы он стремился подражать, то пошел бы учиться на юриста, как отец, а он выбрал факультет физики. И борьбой тоже бросил заниматься, когда понял, что это не его дело.

— Вот именно, бросил заниматься! — воскликнула Эля. — Но ведь занимался же, хотя отец его не заставлял. Наоборот, советовал волейболом заняться, он же высокий. Но Паша хотел быть как его отец. Мечтал в спорте добиться таких же успехов. А что касается выбора института, он же сначала собирался поступать на юридический, как и отец, ты знаешь об этом?

Я согласно кивнула.

— Ну вот. А потом испугался, что не сможет достигнуть уровня отца, как в спорте, так и в профессии, и поэтому предпочел пойти другим путем. В ту область, где его отец не проявлял особых способностей. Он хотел быть хоть в чем-то выше и лучше отца, обогнать его.

— Глупость какая! — искренне воскликнула я. — Многие дети испытывают желание продолжить семейную традицию, пойти по пути отца или матери. Я тоже в детстве хотела быть инженером, как моя мама, но потом увлеклась литературой, языками и поступила на факультет иностранной литературы. А Пашка просто искал себя. И неправда, что он испугался, он просто вовремя понял, что это не для него, что его интересы находятся в другой области. И как раз его решение поступать на факультет физики говорит о том, что он сильный и смелый человек. Он вполне мог бы закончить юрфак, и папочка устроил бы его на тепленькое место рядом с собой или где-то еще, как это у нас часто делается. Но он выбрал свой путь, возможно более трудный и долгий, но свой. Так разве правильно говорить о его трусости и желании подражать?

— Я не говорила, что он трус, — заверила меня Эля. — Не обижайся, он очень славный парень. А что касается тепленького места, то Саша никогда не пошел бы на такое. У него на этот счет свои принципы и убеждения. — Она на пару секунд задумалась, прикусив полную нижнюю губу, и вновь продолжила: — Да, так вот, Пашка замечательный парень. Но он не настоящий мужчина, как его отец. Понимаешь? Тот мужчина во всем, до кончиков ногтей, от него исходит такая мощная энергетическая волна, такая сила, что женщина может без памяти в него влюбиться, а мужчина стушеваться. Он всегда выходит победителем, во всем, даже если проигрывает, он все равно победитель, понимаешь?