Инна Стужева – Ты снова станешь моей (страница 96)

Я молчу.

- Или...Может, ту, которая повела себя как последняя сволочь, измотав, доведя до отчаяния, растоптав и предав тем, что решила "случайно" выскочить замуж не за того?

После его слов моя кожа словно покрывается холодной коркой изморози.

- Итак, Ви, мне интересно твое мнение, - издевательски продолжает Демьян.

Я молчу. Только подношу пальцы к вискам и принимаюсь осторожно их массировать.

- Молчишь? - недобро усмехается он. - Или считаешь, твоя скромная сестренка-ангелочек тут совершенно ни при чем?

Глава 49 Защита

Я не хотела этого говорить, но...

Виола, настоящее

Демьян ждет ответ, но у меня совершенно нет желания ему отвечать.

Думаю, он не в том состоянии сейчас, чтобы понять мотивы Арины, а уж тем более, принять ее ошибку. Я и сама на взводе и дико переживаю из-за происходящего.

Возможно позже я ему расскажу. Когда его настроение переменится, и он не будет напоминать вулкан, в любую секунду готовый к извержению.

Вообще, глупо было надеяться на то, что он не сопоставит два события и ни о чем не догадается.

Я продолжаю стоять, с ужасом представляя, что же сейчас будет.

Демьян между тем закрывает видео, но сразу переходит на другое.

Дождь.

Да, в тот день, пока добиралась с охраной до Загса, как раз начался сильный ливень.

Редкие прохожие прячутся под зонтами или передвигаются исключительно бегом, стараясь как можно скорее укрыться где-нибудь и не промокнуть.

Один Гордей не обращает на ливень никакого внимания. Он промокает в считанные минуты, но не пытается укрыться. Наоборот, подставляет лицо под струи воды. Кажется, он даже радуется дождю.

Его походка неровная, его очень сильно шатает, и в целом, кажется, что каждый шаг дается ему с большим трудом. Но ему не важно, что с ним происходит.

Даже через монитор я чувствую, насколько ему сейчас все равно и больно. Невыносимо больно, разрывает.

Ведь и я сама попала точно в такую же ситуацию после того, как Демьян меня оскорбил, и я бросила деньги, которые он сунул на аборт, ему в лицо. Чувствовала себя потерянной и растоптанной.

Эта картина болью отзывается во мне, я очень хорошо его понимаю.

Мне хочется как следует наподдать сестре, схватить ее за плечи и потрясти. Наорать, что она просто дура, раз отказалась от парня, который влюблен в нее настолько.

Вместо этого я стою и просто сжимаю кулаки.

Гордей неровно идет по улице, а в какой-то момент вдруг шагает на дорогу.

Не думаю, что специально. Мне кажется, он просто не понимает толком, куда идет.

Это очень опасно.

Я замираю, не дыша, а потом происходит то, что происходит.

Его шатает, и он падает прямо под колеса. Но чудом машина на него не наезжает. Его отбрасывает сильным ударом в сторону, он пролетает и его тело застывает на асфальте без движения.

Я вскрикиваю и подаюсь к Демьяну ближе.

- Черт! – вырывается у меня. – Вот же…

Машина, которая его сбила, резко дает по тормозам.

- За рулем пенсионер, который и вызвал скорую. Чуть не получил сердечный приступ, его самого потом откачивали, - комментирует запись Демьян и начинает просмотр сначала.

- Что скажешь?

- Повезло, просто повезло, что Гордея отбросило ближе к обочине, а не к центру, - бормочу я.

- И это все?

- Я очень хорошо понимаю твоего брата. В плане…он не давал себе отчета, куда идет. Похоже, основные травмы он получил еще в первой аварии. И, мне очень жаль, Демьян. Я так хочу, чтобы он поскорее пришел в себя и поправился.

Демьян ставит на замедление и снова пересматривает видео, а потом опять и еще несколько раз. В моментах он ставит на паузу и подается ближе к монитору. Его особенно сильно беспокоят кадры того, как Гордей падает под колеса.

Запись не лучшего качества, да еще дождь. Я придвигаюсь ближе, практически вплотную к нему, чтобы тоже рассмотреть внимательнее, но не могу понять, что именно его заинтересовало.

Мимо проезжают еще какие-то машины. Но и только. Что?

- Ты слишком близко стоишь, - говорит вдруг Демьян.

Я вздрагиваю и отстраняюсь.

Демьян захлопывает крышку Макбука и поднимается с кресла.

- Ладно, - говорит он и вздыхает.

Закладывает руки в карманы и отходит к окну. Хмурится, о чем-то размышляет.

- Ты…вы…как вы поступите с тем пенсионером? – спрашиваю я, снова подходя к нему, но стараясь следить за дистанцией.

Демьян поворачивается и бросает на меня взгляд.

- И как нам с ним поступить? Твое решение?

- Мне кажется, он такая же жертва обстоятельств, как и Гордей. То есть…не слишком виноват.

- Думаю, ты хотела сказать, совсем не виноват. Как и твоя сестра, я полагаю? Ну же, давай, выступи уже с речью в ее защиту.

Демьян открывает окно и закуривает, я собираюсь с мыслями.

- На самом деле я думаю, что ее вина во всем этом есть, - произношу решительно и вздыхаю. - В том плане…у меня в жизни была похожая ситуация. После того, как я получила очень болезненный удар от человека, которого сильно любила, я…вот также, как и Гордей…долго и бесцельно слонялась по улицам. Я плакала то и дело. Мне было настолько плохо и одиноко, что я и правда, мало что соображала в тот момент.

Демьян замирает без движения, но я продолжаю, сама не до конца веря, что все это ему вываливаю. Все, что хранила в себе и во что не планировала его посвящать.

- В общем, со мной тоже могло что-то произойти. Единственная разница…у меня было кое-что, ради чего мне приходилось проявлять осмотрительность и держаться подальше от дорог. Так что…я не могу сказать, что сестра не виновата. Но…спасибо, что не рассказал об этом своему отцу. И очень прошу…Если ты хочешь как-то ее наказать…не трогай. Накажи меня вместо нее.

Демьян поворачивает голову и смотрит на меня. Долго и внимательно, испытывающе. Непроницаемо. Ни одной эмоции я не могу считать по его лицу. И не понимаю, впервые не представляю, хотя бы отдаленно, о чем он думает. Не получается уловить ни единой его мысли.

Понял ли он, о чем идет речь? Что думает? Согласится ли не трогать Аришку?

- Она сглупила, - бормочу я. - Гордей избил того парня, что за ней бегал, и тот пообещал, что засадит его в тюрьму. Она испугалась. За Гордея. А тот... выставил условие с замужеством. Еще и тетка слегка в больницу, якобы с инфарктом. Она поверила им всем...

Случаи, когда бы я краснела, можно пересчитать по пальцам. Но в данный момент мои щеки вспыхивают. Они пылают и горят так сильно. Я готова провалиться на месте и не знаю, куда себя деть.

Напряжение становится столь невыносимым, а нервы настолько расшатаны, что я срываюсь с места и попросту выбегаю из кабинета.

...

Демьян появляется внизу, когда я сижу в кресле и кормлю сына. Валентина Сергеевна в это время суетится где-то на кухне. Должно быть, готовит обед.

Он заходит, и прислоняется к стене. Скрещивает руки на груди, молча за нами наблюдает.

Я уже жалею, что так эмоционально высказалась, а потому стараюсь сделать вид, что этой вспышки и разговора между нами попросту не было. Не думаю, что первой начну диалог. Однако, эмоции пересиливают.

- Как там Гордей? - спрашиваю я. - Не звонили из больницы?