Инна Разина – Развод не предусмотрен (страница 5)

– Хорошо, я согласна. Но у меня будут условия.

А я не хочу признаваться себе, что восхищен. «Снежная королева» даже проигрывать умеет блестяще. Хотя ей больше подходит не «снежная королева», а «ледяная принцесса». Если бы мы встретились при других обстоятельствах, возможно, я попытался бы ее отогреть. Все же цепляет она что-то внутри. Но сейчас между нами лед. Пусть так и остается.

Глава 6 Снежана

Мне хочется убивать. Обрушить на голову этого мужчины что-нибудь тяжелое. Но все, что пока остается, на время отступить. Я обязательно заставлю его заплатить за то, что испытала сегодня. За то, что мне пришлось смотреть, как в капельницу отца едва не загнали смертельный препарат. Сейчас я остро сожалею, что затянула с побегом. Надо было решаться быстрее. А я все просчитывала, перестраховывалась. И вот, дождалась. А если бы рискнула, уже была бы в недосягаемости для мужа и Прохорова. Теперь этот урод считает, что победил. Хотя, на удивление, на его лице нет насмешки или торжества. Скорее, он выглядит недовольным. В глазах досада. Не знаю, что ему не понравилась. Все же вынудил меня согласиться. Зато ощущаю мрачное удовлетворение, глядя, как он кривится, едва упоминаю про условия.

– И что же это за условия? Просвети меня, – усмехается мрачно.

– Мне нужны гарантии моей безопасности, это раз, – заявляю твердо. – Что вы выполните все свои обещания, это два. И третье, что наш брак будет фиктивным. Никаких супружеских обязанностей. Причем, надо что-то посущественнее ваших слов.

– Например? – уточняет он, гневно сверкнув глазами. Не понравилось, что я усомнилась в его слове? Так во-первых, он его пока вообще не давал. А во-вторых, с чего бы мне ему верить?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Это ваш план, вам и думать. Но мое окончательное согласие вы получите только в том случае, если гарантии меня устроят. – Да, и еще, верните мой телефон.

– А вот это сразу «нет», – жестко отрезает мужчина. – Придется тебе побыть на осадном положении. Казанцев сейчас усиленно ищет тебя. В твоем телефоне наверняка установлена программа слежения.

– Уверены, что только в телефоне? – саркастически осведомляюсь я. Дико хочется его разозлить, хотя с моей стороны это неразумно.

– Возможно, не только, – спокойно соглашается Прохоров, а в глубине его глаз зажигаются нехорошие огоньки. – Но вряд ли ты бы согласилась на личный осмотр. Не беспокойся, у меня в кабинете стоят глушилки. Все, что здесь обсуждается, здесь же и остается.

– Вы собираетесь и дальше держать меня без связи? – начинаю злиться. Это серьезная проблема для меня, но ему нельзя о ней знать. – В конце-концов, у меня есть родители. Они будут переживать. Борис обязательно им позвонит.

– Это я уже решил, – преспокойно выдает мужчина. – Твоя мать получила от тебя сообщение, что с тобой все в порядке. Что ты хочешь какое-то время побыть одна и подумать о своей семейной жизни. И просишь не искать. Этого достаточно, чтобы потянуть неделю. А к ее концу вас с Казанцевым уже разведут. Тогда разрешу сделать звонок.

Пытаюсь сдержать бушующую внутри ненависть к тому, кто так легко распоряжается моей жизнью. Причем, даже жестче, чем мой муж. С Борисом я хотя бы в город выезжала. А здесь чувствую себя настоящей пленницей. Мне никак нельзя оставаться без связи. Я все еще окончательно не отказалась от своего плана. К счастью, на моем телефоне нет никакого компромата. Опасаясь мужа, я всегда использовала максимальные меры предосторожности. Сейчас это тоже на руку. Но если вовремя не выйду на связь, мой сообщник может исчезнуть, решив, что я спалилась. Впрочем, придется решать проблемы по-очереди. Пока я все равно ничего не могу изменить.

– И что дальше? Где я буду сидеть эту неделю? – пытаюсь прояснить свое положение.

– В моем доме, конечно. Ты же моя будущая жена. Защищенней места не найти, – заявляет собеседник.

Замечательно! Нам еще придется жить вместе. Я уже готова его придушить. За то, что обращается со мной, как с куклой, у которой нет своих желаний. Что угрожал близким. У меня нет уверенности, что с этой чертовой капельницей Прохоров пошел бы до конца. Но проверять, рискуя жизнью отца, я не готова. Пусть думает, что я смирилась. А я придумаю для него «сюрпризы». Послушно выполнять предназначенную мне роль уж точно не собираюсь. Но пока у меня слишком мало данных, чтобы выстраивать свое поведение. Поэтому не сопротивляюсь, когда мужчина, недолго пообщавшись с кем-то за дверью, заглядывает ко мне и зовет:

– Поехали, покажу твое новое место проживания на ближайшие полгода.

Сцепив зубы, иду за ним в окружении плотных парней, тихо переговаривающихся по рациям. Словно охраняют передвижение президентской четы. На этот раз нас выводят через запасной выход. Там уже ждет машина. Прохоров сам открывает мне дверь. И даже руку протягивает, ухмыляясь. Не касаясь ее, забираюсь внутрь и отодвигаюсь к противоположному краю. Надежда, что он сядет вперед, не оправдывается. Всю дорогу упорно смотрю в тонированное окно. Но животную энергетику своего спутника ощущаю слишком хорошо. И иногда покалывание щеки, как будто его взгляд физически жжет кожу.

Мы быстро выезжаем из города и движемся по одному из пригородных шоссе. Пытаюсь читать проносящиеся мимо вывески населенных пунктов. Вдруг, пригодится. Прохоров не мешает, молча уставившись в свой телефон. Лишь когда мы сворачиваем на боковую дорогу, поднимает голову и заявляет:

– Как ты понимаешь, заехать к тебе домой за вещами не получится. В твоей комнате уже приготовлено кое-что из самого необходимого. Я обеспечу тебя всем, к чему ты привыкла. Интернетом пользоваться пока нельзя. Так что придется по старинке. Напишешь на бумаге все, что нужно для нормальной жизни.

– Свободу от всяких уродов, – тихо цежу я, не удержавшись.

– Похвальное желание, – ухмыляется этот тип. Наверное, такой оскал идет у него за улыбку. Впрочем, не уверена, что он вообще когда-нибудь улыбается. Пока изучала его фотки в сети, не встречала ничего похожего. – Но в твоем случае пока не выполнимое. Придется потерпеть. Лучше скажи, что из документов у тебя с собой? Восстановить все, что нужно, не проблема. Просто хочу знать, с чем можно не заморачиваться.

– Только российский паспорт, – сообщаю сухо. – Все остальное, включая мой загранник, Борис держит в сейфе.

Документы – одна из самых сложных частей в моем плане. На ее решение ушло больше всего сил и средств. И вот теперь все может пойти прахом. Настроение снова падает до нуля. А ненависть к Прохорову, наоборот, растет. Он, похоже, чувствует это и больше не лезет ко мне с вопросами. Наконец мы заезжаем в его владения. За нашей машиной закрываются высоченные ворота, отрезая от остального мира. Рядом прохаживаются двое крепких мужчин в камуфляже. Кажется, еще и с оружием. Я словно попала в жуткую сказку. Синяя Борода привез меня в свой дворец. Несмотря на внешнюю браваду, мне страшно. Мучают мрачные предчувствия. Неизвестно, сумею ли я выбраться отсюда?

– Ну что ж, добро пожаловать, – заглядывает в открытую дверь Прохоров, насмешливо глядя на меня. – Пойдем, проведу тебе экскурсию.

Глава 7 Прохоров

Пока везу Снежану к себе, просматриваю отчеты о Казанцеве. Он уже мечется в поисках жены. И вовсе не потому, что переживает о ее участи. Скоро у него собрание акционеров. Понадобится подпись супруги на кое-каких документах. Причем, присутствовать она должна лично. А тут такой облом. Ну и неизвестность тоже пугает. Урод пока не понимает, что происходит. А этот тип очень не любит ходить в дураках. Наверняка сейчас думает разное. В том числе рассматривает вариант, что жена от него сбежала. К ее родителям он уже сунулся. Лично притащился в больницу, где лечится Быстрицкий. Но там его «порадовали» сообщением, отправленным моими людьми с телефона Снежаны. Понятнее ему не стало.

Отрываюсь от отчетов и задумчиво смотрю в окно. Моя пленница спрашивала, почему я не могу расправиться с ее мужем, если он так мне мешает. Самое интересное, обе ее версии оказались близки к реальности. Начинаю проникаться уважением к ее мозгам, ну или к интуиции, что тоже неплохо. Во-первых, Казанцев подвязан в определенных структурах. Так просто его не убрать. Точнее, есть, конечно, варианты. Не исключено, что позже я ими воспользуюсь. Но это надо хорошо продумать, чтобы не поставиться. А самое главное, я хочу его агонии. Пусть сначала помучается, глядя как все, что ему важно, уплывает из рук. Вряд ли этот урод по-настоящему беспокоится о ком-то, кроме себя. Но терять свое ему точно не понравится.

Зачем мне это нужно? У меня личный интерес, о котором он пока не догадывается. Все дело в той аварии, в которой Алиса лишилась жениха и нерожденного ребенка. А потом еще долго справлялась с последствиями. Она до сих пор считает, что это была случайность. А я все это время не переставал копать. Слишком все оказалось закручено, а концы удачно спрятаны в воду. Причем, в прямом смысле. Исполнители уже давно кормят рыб. Но все же смог выяснить, что заказчик – Казанцев. У него были финансовые интересы в команде, которая тоже участвовала в ралли и шла на втором месте, за экипажем Алисы. И вот так обеспечил им первое, тварь. Это мой прощальный подарок Алисе, хотя она о нем даже не узнает. Не собираюсь ворошить прошлое и напоминать ей об аварии. Тем более, ее душевное состояние – больше не моя забота. Но Казанцева накажу с удовольствием.