Инна Проскуряк – Мертвый голос (страница 5)

— А что рассказывать? Хорошая была женщина. Тихая. Всегда здоровалась. А он... — консьерж осёкся.

— Что «он»?

— Решетников. Он никогда не здоровался. Ходил как хозяин жизни. Я слышал, как они ругались. Несколько раз. Она плакала, а он кричал. Но это же не моё дело, правильно?

Я смотрел на него. Пожилой человек, который каждый день видел, как женщина угасает, и ничего не сделал. Не потому что плохой. Потому что так устроен мир: чужая беда — это просто шум за стеной.

— Спасибо, — сказал я и пошёл к лифту.

Квартира Решетниковых находилась на седьмом этаже. Рядом, через площадку, жила та самая соседка с третьего этажа, которая видела Анну с синяком. Вообще-то она жила этажом выше, просто материалы дела путались в показаниях — обычное дело, когда никто не хочет разбираться.

Дверь открыла женщина лет шестидесяти. Седая, в очках, с накинутым на плечи платком. Увидев удостоверение, она вздрогнула и попыталась закрыть дверь.

— Я не буду говорить. Я уже всё сказала. Ничего не знаю.

— Галина Сергеевна, — я успел вставить ногу в проём. — Пожалуйста. Пять минут.

Она замерла. Потом отступила и впустила меня в прихожую. В квартире пахло выпечкой и старостью — так пахнут дома, где живут одинокие люди.

— Меня зовут Иван Метростроев. Я из Омска. Веду расследование смерти Анны Решетниковой.

— Я знаю, кто вы. Мне звонил майор Рябцев. Сказал — придёт капитан из Омска. Только я не понимаю, зачем вам это. Анну ведь уже похоронили.

— Её похоронили, но дело закрыли неправильно. Я хочу узнать правду. Вы сказали следователю, что видели её с синяком.

Галина Сергеевна опустила глаза.

— Сказала. Только следователь записал — «могла ошибиться». А я не ошиблась. У неё был синяк. Вот здесь. — Она провела рукой по своей скуле. — И она сказала: «Я больше не могу. Я ухожу от него».

— Когда это было?

— За неделю до смерти. Я встретила её у лифта. Она была с чемоданом. Я спросила — куда? Она сказала — к маме. А потом... через три дня я снова её увидела. Без чемодана. Она вернулась.

— Почему?

— Не знаю. Наверное, он уговорил. Они всегда уговаривают. — Галина Сергеевна горько усмехнулась. — Я сама была замужем тридцать лет. Знаю, как это бывает. Сначала бьёт, потом дарит цветы. И ты веришь. Каждый раз веришь, что это в последний раз.

Я молчал. Перед глазами снова встала Лилия Кайгородова. Её голос на диктофоне: «Он сказал — если я уйду, он меня найдёт». И Алиса Снегирёва, которая говорила: «Она возвращалась четыре раза».

— Вы готовы дать показания? — спросил я. — Официально. В суде.

— А вы его посадите?

— Посажу.

— Тогда да. — Она выпрямилась. — Хватит бояться. Анна боялась — и вот, она в могиле. Я не хочу так.

Я записал её показания прямо на кухне — на старом столе, под висящей на стене вышивкой крестиком. Галина Сергеевна рассказала всё: про крики за стеной, про синяки, про чемодан, про то, как Анна однажды попросила у неё денег на такси до матери. Это было за месяц до смерти. Анна хотела уехать тайно, пока муж был в командировке. Но он вернулся раньше.

— Как он узнал? — спросил я.

— Не знаю. Но он всегда узнавал. Она говорила — у него везде глаза.

Я вспомнил «Ауру». «Доверенное лицо». Уведомления, которые уходили мужу. Приложение, которое должно было защищать, а вместо этого доносило. Вот откуда он знал.

— Ещё одно, — сказал я, закончив протокол. — К вам приходили из охраны «СтройДома»?

— Приходили. — Галина Сергеевна побледнела. — Двое. Сказали — если я буду болтать, у меня начнутся проблемы с газовой службой, с налоговой, с пенсией. Я испугалась. Но теперь... теперь мне всё равно. Сын уехал в Москву, мужа нет. Кого мне бояться?

— Вы очень смелая женщина, Галина Сергеевна.

— Нет. Просто старая и злая.

Я улыбнулся, убрал протокол в папку и вышел. В лифте нажал кнопку первого этажа и закрыл глаза. Один свидетель есть. Теперь нужен второй. И третий. И Звонарёв, который сейчас лежит на пляже в Таиланде и думает, что он в безопасности.

Телефон зазвонил, когда я уже садился в такси. Рябцев.

— Метростроев, у меня новости. Я пробил Звонарёва. Угадай, кто оплатил ему тур в Таиланд?

— Решетников?

— Почти. Туроператор «СтройТур». Дочерняя фирма «СтройДома». Оплата прошла за неделю до закрытия дела. Сумма — четыреста двадцать тысяч.

— Это взятка.

— Да. И я уже отправил запрос в Следственный комитет. Звонарёва встретят в аэропорту, когда он вернётся.

— Отлично. У меня тоже есть кое-что. Соседка дала показания. Она видела Анну с синяком за неделю до смерти. И она рассказала про угрозы от охраны «СтройДома».

— Тогда у нас достаточно для возобновления дела. Я готовлю документы. Завтра жду тебя в управлении.

Я повесил трубку и откинулся на сиденье. За окном такси проплывал вечерний Новосибирск. Огни фонарей, мосты через Обь, небоскрёбы на левом берегу. Город казался спокойным, даже красивым. Но я знал: под этим спокойствием скрывается то же, что и в Омске. Страх. Насилие. Ложь.

Вечером в отеле я открыл ноутбук.

— Добрый вечер, капитан. Я проанализировала ваши действия за день. Эффективность — восемьдесят шесть процентов. Показания Галины Сергеевны — значительный прогресс.

— Спасибо. Что с другими городами?

— Я передала данные местным подразделениям. В Екатеринбурге коллеги уже начали проверку по двум эпизодам. В Казани — по трём. В Краснодаре — по одному. По моим прогнозам, первые задержания произойдут в течение недели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.