Инна Проскуряк – Чужое тепло (страница 6)

— Откуда пришёл?

— По объявлению. У нас текучка. Электрики нужны постоянно. Он показал корочку, я оформил.

— Он с кем-то общался? Может, друзья, приятели?

Завьялов задумался.

— Знаете, он держался особняком. С бригадой не пил, в разговоры не лез. Перекурит один — и обратно за работу. Я ещё думал: странный парень. Молодой, а такой нелюдимый.

— Как он выглядит?

— Лет двадцать пять. Худощавый. Волосы тёмные, длинные, в хвосте. На лице — шрам. Вот здесь, — Завьялов провёл пальцем по левой скуле.

— Татуировки?

— Не замечал. Но он всегда в кофте с длинным рукавом, даже в жару.

Я кивнул. Закрыл ежедневник и положил в полиэтиленовый пакет.

— Это изымаем. Телефон тоже.

— Что мне сказать бригаде? — спросил Завьялов.

— Ничего. Если Ковтун объявится — немедленно звоните. Если кто-то будет спрашивать о нём — запоминайте лица. Любая мелочь важна.

Мы вышли из бытовки. Утреннее солнце поднялось над стройкой, но тепла не прибавилось. Ветер всё так же гнал пыль.

— Нужно пробить номер телефона и записи в ежедневнике, — сказал я Каргину.

— Сделаем. И ориентировку на Ковтуна разошлю.

— Только тихо. Без лишнего шума.

— Думаешь, он ещё в городе?

— Думаю, он ушёл тогда же, когда Гребнёв. Как только сообщение ушло, Ковтун уже знал, что дело сделано. У него было ещё больше времени на побег. Почти сутки.

Каргин выругался.

— Выходит, он организатор?

— Нет. Организатор — тот, кто дал Гребнёву сим-карту. А Ковтун — курьер. Промежуточное звено.

Мы сели в машину. Я достал телефон. На экране — сообщение от «Ауры».

«Расшифровка завершена. Номер Ковтуна активен до вчерашнего дня. Последний звонок — за тридцать минут до убийства. Вызов из Тюмени. Абонент использует шифрование. Но есть биллинг. Точка выхода — район стройки. Вероятность ретрансляции через третье лицо — 62%».

— Поехали в управление, — сказал я. — Будем разматывать цепочку.

Каргин завёл двигатель. Стройка осталась позади — бетонные коробки, кран, вагончики. И где-то в этом лабиринте ещё вчера ходил человек со шрамом на скуле, который знал, что к ночи двое людей умрут.

И ничего не сделал, чтобы их остановить.

Глава 5

К обеду в кабинете Каргина собралось вчетверо больше бумаг, чем утром.

Я сидел за столом. Передо мной лежали распечатки звонков, схема связей и фотография Дмитрия Ковтуна — её прислали из отдела кадров «ТюменьЖилСтрой» десять минут назад. Парень на снимке смотрел исподлобья. Тёмные волосы собраны в хвост. На левой скуле — тонкий белый шрам.

Двадцать шесть лет. Уроженец Курганской области. В Тюмени — четвёртый год. До стройки работал в сервисном центре по ремонту телефонов. Уволился год назад.

Каргин стоял у доски и прикалывал кнопками фотографии фигурантов. Дронов. Седых. Гребнёв. Ковтун. Между ними — стрелки маркером. Красные, синие, чёрные.

— Значит, так, — он постучал маркером по снимку Ковтуна. — Связной. Получил сим-карту, передал Гребнёву. Сказал: дешёвый тариф. Гребнёв — подсобник, в технике не разбирается, поверил.

— Не просто передал, — я поднял распечатку биллинга. — Смотри. За двое суток до убийства — четыре звонка между Ковтуном и Дроновым. Короткие, по минуте. Что они обсуждали?

— Может, Дронов хотел с ним встретиться? Через Ковтуна выйти на Гребнёва?

— Нет. Тогда бы звонки были Гребнёву. А тут — Дронов и Ковтун. И ещё вот это.

Я положил на стол вторую распечатку. Детализация звонков с номера Ковтуна за последнюю неделю. Пять входящих с одного и того же номера. Тюменский код. Абонент не установлен — сим-карта зарегистрирована на подставное лицо.

— Этот номер звонил Ковтуну каждый вечер. Ровно в девять. Разговоры — от тридцати секунд до двух минут. А в день убийства — два звонка. Утром и вечером.

Каргин прищурился.

— Координатор?

— Похоже. Ковтун — не самостоятельная фигура. Он получал указания и передавал их дальше.

— Кому? Гребнёву? Или Дронову?

— Обоим.

Я встал, подошёл к доске. Взял красный маркер и соединил стрелками Дронова, Ковтуна и неизвестный номер.

— Смотри схему. Ковтун работает на стройке. Там же — Гребнёв. Ковтун передаёт ему сим-карту. Одновременно Ковтун контактирует с Дроновым. Обсуждает что-то. А потом — звонок координатора. И через час — двойное убийство.

— Думаешь, Ковтун знал, что готовится?

— Знал. Но не всё. Его задача была — свести их вместе. Обеспечить контакт. А остальное сделали за него.

В кармане завибрировал телефон. Я вышел в коридор. Звонил Серёжа Гордеев.

— Иван, я тут поднял кое-что по твоему делу, — голос у Серёжи был сосредоточенный. — Этот Ковтун Дмитрий... Он не просто электрик. Два года назад он проходил свидетелем по делу о мошенничестве в Екатеринбурге. Интернет-магазин, продажа несуществующих товаров. Дело развалилось, но его допрашивали.

— Как он всплыл?

— Телефон, который ты прислал. Я пробил IMEI. Аппарат куплен с рук в Екатеринбурге. До этого принадлежал фигуранту того самого дела.

— Связь с «Учениками Волка»?

— Напрямую нет. Но есть нюанс. Фигурант, у которого купили телефон, сидел в одном СИЗО с человеком из омской ячейки «Волков». Пересекались в две тысячи двадцатом.

Я замолчал. Пауза затянулась.

— Иван?

— Слышу. Что ещё?

— Я поднял биллинг неизвестного номера, который звонил Ковтуну. Точка выхода — Тюмень, но это не город. Это пригород. Район Кормиловского тракта. Частный сектор. Там либо съёмный дом, либо серверная. Аура говорит, вероятность ретранслятора — 81%.

— Понял. Спасибо.

Я сбросил вызов и вернулся в кабинет.

— Каргин. Есть адрес. Кормиловский тракт. Частный сектор. Нужна группа захвата.

— Что там?

— Координатор. Или тот, кто его прикрывает.

Каргин схватил рацию.

— Поехали. Собирай людей.

Я взял со стола фотографию Ковтуна, сложил вчетверо и убрал в карман. Электрик со шрамом, купленный телефон, сим-карта, координатор. Вся цепочка выстроилась в голове, как провода под напряжением.