Инна Копысова – Сутево – дорога в себя (страница 7)
Через несколько лет, закончив школу, дороги ребят разошлись. Максим пошёл учиться на юриста, а Джон связался со странными людьми и работал на них. Совсем не любил об этом говорить, но зарабатывал хорошие деньги. Вокруг всегда вились какие-то девицы, сколько их было, Макс не успевал считать, а потом попросту уже не обращал внимания на эти смазливые мордашки рядом.
С Лаурой друзья познакомились вместе, шесть лет назад, когда случайно зашли в кафе. Она так лучезарно улыбалась и легко порхала за стойкой, разнося кофе с пирожными, что молодые люди расплылись в улыбках. Даже Джон немного расслабился, и его глубокие синие глаза вспыхнули странными искорками, теми, которые Макс видел и помнил еще в детстве.
Молодые люди вместе начали ухаживать за девушкой, наперекор приглашали её то в кино, то в театр. И первое время дева просто воспринимала их как своих друзей. Пока Джон не свалился с серьезным воспалением лёгких. Лаура же, как настоящая фея-медсестра ухаживала за молодым человеком. И как-то понемногу они сблизились, а потом больше не расставались. Максу было больно это видеть, но он отступил – дружба была важнее. К тому времени мужчина понял, что неравнодушен к девушке, но, видя, как счастлива Лаура, ушел в сторону…
Когда раздался звонок телефона, Макс вздрогнул от неожиданности, пролив на себя остатки кофе. Огляделся по сторонам и встряхнул головой, чтобы убрать остатки воспоминаний. Нервно взял сотовый, нажал на кнопки и хрипло проговорил:
– Да. Это я, говорите, – молча слушал оппонента, который говорил по ту сторону телефона. Желваки сильно играли на серьезном лице, а рука резко сжалась в кулак. – Задержите его. Я еду!
Глава 10. Если ты не делаешь выбор, ситуация управляет тобой
– Марика? К-как ты сказал? Марика? – с волнением переспросил Джон, широко округлив глаза, и крепко схватил ребёнка за руки.
– Ну да! Зачем спрашиваешь, ты что не знаешь как мамку нашу зовут? – Марсель удивлённо смотрел, хлопая длинными ресницами. – Пап, мне больно! – малыш попытался освободиться из крепких клешней мужчины, но тот цепко держал ребенка. Наконец, мужчина ослабил хватку и выпустил мальчика, который с опаской отошел в сторону, боязливо оглядываясь на взрослого.
– Нет, конечно знаю. Только она же зрячая, хорошо видит. У твоей мамы такие тёплые карие, словно медовые глаза и очень красивые. Извини, я сделал тебе больно. – мужчина вопросительно смотрел, похрустывая от нетерпения пальцами. – И когда Марика успела потерять зрение? И как? Я же совсем недавно виделся с ней, и она хорошо видела. – мужчина непонимающе смотрел на Марселя и удивленно поднял темные брови вверх.
– Ну ты чего? Совсем что-ли? – ребёнок покрутил у виска и снисходительно продолжил. – Мама с рождения слепая. Бабушка Глаша рассказывала, что у неё должно было две дочки родиться, но одна из них прямо в животе умерла. Врачи это не сразу увидели. А когда поняли, то мамка уже отравлена была той, второй. Не помню как там правильно, короче из-за этой мертвой она и стала слепой. Но мамочка всегда говорила, что за двоих теперь живёт и часто сестру умершую чувствует и видит. Хотя как это видеть может? Смешная она, да? – и мальчик тепло улыбнулся, вспоминая маму. – А ещё, она говорит, что счастье не нужно видеть глазами – важно чувствовать его сердцем. Правда я не понимаю, что это значит. Пока не понимаю.
Мальчик выдохнул и снова отошел, перекладывать вещи. А Джон крепко задумался. То, что Марику мужчина видел как сейчас мальчика, он знал точно. И это была зрячая девушка. Точно! Да Джон бы никогда и не посмотрел на слепую. Ещё инвалидов ему не хватало.
От этих странных мыслей его оторвал Марсель, который громко закричал:
– А я нашёл шкаф. Сюда положу одежку и остальные вещи. Только здесь пыльно. Где у тебя тряпки? Давай убираться будем, что-ли? – заметив, что мужчина погрузился глубоко в мысли, громко загромыхал, шаря по полкам в поисках швабры, и причитающимся старческим голосом продолжил. – Охо-хоюшки, всё сам, всё сам…
Мужчина резко вздрогнул, так и не принял решения по ребёнку. Но, понял, что сегодня уже точно придётся оставить малыша с ночёвкой. А завтра отправится в странный город в поисках матери.
– Ну что, нашёл что-нибудь? – Джон распахнул двери шкафа на кухне, присвистнув. – Ого! Да мы живем! Смотри-ка тут и тушёнка, и картошка, соленья и крупы всякие. – начал доставать стеклянные банки и оглядывать на свет содержимое.
В соседнем отделении нашлись и тряпки с вёдрами. Тут же, словно их и ждала, куцая метла.
– Ну что, ты бери веник и выметай грязь, а я буду протирать все. Не боись, умею. Я всегда дома пыль вытирал, – проговорил Марсель голосом не признающим отрицания. А затем, подтянул съехавшие джинсы, направился к крану, чтобы намочить тряпку.
Джон только хмыкнул, так это было забавно и непривычно – им ещё никто и никогда не командовал, а особенно чужой ребёнок.
Вдвоём они быстро разгребли завалы паутины и все вокруг хоть немного стало напоминать жилой дом. Взрослый мужчина исподтишка наблюдал за малышом и что-то тёплое поднималось в его сердце, то, что раньше никогда не испытывал. Этот мальчуган напоминал его маленького. Ему тоже рано пришлось повзрослеть после смерти матери. Только вот отец никогда не был ему близок. Именно поэтому Джону захотелось обнять Марселя, погладить по рыжей голове, сказать, что всё наладится. Но тут же одернул себя, решив, что завтра найдет родителей и тогда вздохнет с облегчением, а пока просто придется ночевать вместе. Он видел, что мальчик о чем-то говорит сам с собой и позвал малыша ужинать.
Пока они ели тушёнку с хрустящими огурчиками, то внимательно рассматривали друг друга. Каждый думал о своём и молча жевал. Первым опомнился мальчик.
– А почему ты нас бросил? – бесхитростно спросил малыш, прищурив один глаз и ждал ответа.
Джон молчал. У него не было ответа. Но и сказать, что не знал о существовании ребёнка не мог. Взрослый вообще запутался в своих мыслях и не понимал, что думать, делать и чувствовать. Молчание затянулось, а мужчина никак не мог выдавить из себя ни слова. Мальчик отложил ложку в сторону и ожидал ответа. Нахмурился, исподлобья посмотрел на отца и обидчиво проговорил:
– Ну и не надо со мной разговаривать! Ты злой!!! И мамку не любишь! Вот выздоровеет она, станет видеть и мы вместе уйдем отсюда. А ты один останешься! Навсегда! – внезапно вскочил со стула, с ненавистью посмотрел на до сих пор молчащего Джона и, громко хлопнув дверью, вылетел из дома.
Мужчина молчал. И, молча сидел. Сидел и пялился в одну точку. Ещё никогда на него так не смотрели. С такой ненавистью. А эти обиженные синие глаза, такие же как и у него, стояли перед мужчиной. Наконец, опомнился и резко вскочил.
– Марсель! Ты где? Я не знаю, что тебе сказать. Понимаешь…– Джон замолк. На улице было темно, а мальчика нигде не было видно.
Взрослый обежал дом вокруг. Никого не было. Мужчина громко кричал. Тревога нарастала с каждой минутой. Джон понимал, что ребёнок обижен, но боялся, что малыш может заплутать на кладбище или ещё хуже – провалиться в озеро.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.