Инна Комарова – Искушение (страница 35)

«Ничего, я найду способ отблагодарить его».

Талант

Ночью мне не спалось, грустные мысли навевали беспросветную тоску, и спасения от неё не было. Встала рано. Весь день промаялась, а к вечеру приехал Прохор Петрович.

– По вашему виду можно предположить, что вы хотите пригласить нас в театр или на концерт. Что скажете, я угадала? - спросила Софья Гавриловна.

– Ма шер, как вы прозорливы и проницательны. - Прохор Петрович подошёл к княгине, поцеловал ей руку и посмотрел добрым мягким взглядом. - Это необычный концерт.

– Друг мой, оказывается, вы умеете интриговать? Опять сюрпризы? Что за загадки? Говорите, наконец, не то я потеряю терпение.

– Всё, что пожелаете, – ответил Федотов. – Надеюсь, Нине Андреевне будет интересно послушать? Она любит музыку, - взглянул он на меня.

– С удовольствием послушаю.

– Могу ваши слова трактовать как согласие? – Он не поверил, что я легко соглашусь, поэтому подготовил вступительную лекцию, чтобы заинтересовать меня.

– Откуда эта нерешительность? Не узнаю вас. Вы изменяете себе, - возмутилась тётушка.

– Послушайте, мой рассказ настроит вас в нужном ключе.

Ради любимого

У меня есть близкий друг – Арсений Венедиктов, которого люблю всей душой и дорожу дружбой с ним. Человек незаурядный и в высшей степени порядочный, но мой рассказ не о нём. У его младшей дочери, княжны Оленьки, обнаружился талант – редкой красоты голос, лирико-колоратурное сопрано. Девочка подросла, голос окреп, друг нанял репетитора, тот подготовил с ней программу. И с первого раза её приняли на учёбу. Так она стала студенткой петербургской консерватории по классу вокала профессора Ладыженского. Вы знаете, как это престижно? – посмотрел Федотов на тётушку.

– Откуда же мне знать, голубчик? Это вы у нас досконально разбираетесь в тонкостях и следите за новостями. Я же получаю удовольствие, посещая оперу либо концерты в филармонии, и не удручаю себя такими подробностями.

– Этот человек прославленный музыкант-вокалист, сколько достижений за его плечами! Европа рукоплескала ему стоя. С некоторых пор он оставил сцену и скромно преподаёт, но как! У него в классе одни бриллианты. Каким образом он отбирает их – загадка для меня, скажу вам. Простите, отвлёкся. С первого курса обучения Оленька подавала большие надежды, профессор ею был очень доволен. Педагоги кафедры прочили ей успешную карьеру. Перед Рождеством в консерватории состоялся концерт. Было много приглашённых гостей, на этом концерте случайно оказался импресарио. Услышав пение Ольги, не раздумывая, пригласил принять участие в оперной постановке, как раз в Мариинском театре готовились к премьере. Ведущая солистка приболела. Он искал замену. И представьте, остановил свой выбор на дочери друга. Этим спектаклем открывали сезон.

– Милый мой, это и есть самая высокая оценка, – высказалась Софья Гавриловна.

– Совершенно верно. Имея некоторый опыт в этом непростом деле, знаю, как это престижно для студентки первого курса – получить такое приглашение.

– Вы служили в опере?! Откуда у вас опыт? – поинтересовалась княгиня.

– Ну что вы, друг мой. Нет-нет, речь не об этом. Я не служил в театре, тем более не пел в опере. Моя миссия заключалась в другом – материально помогал студентам, поддерживал их. Находил покровителей, знакомил с импресарио.

– Похвально.

– Благодарю. Дело в том, что голос Оленьки имеет неограниченные возможности – огромный диапазон. Она с лёгкостью виртуозно исполняет самые трудные пассажи. Голос звучит свободно, уверенно, раскованно, как птица в полёте, парит над землёй. Невероятно красивый тембр. Он видоизменяется, плавно переходя от нежного и лиричного в среднем регистре в сложные звенящие трели, созвучные колокольчику или пению соловья по весне – в верхнем регистре. Вы не представляете, что за наслаждение испытываешь, слушая её. И как филигранно она пользуется своим инструментом.

– Так в чём же дело? Поедемте слушать вашу протеже. - Тётушке не терпелось узнать окончание истории.

– Не торопитесь, друг мой, я подвожу вас к самому главному в этой удивительной истории. Так вот. У этого же профессора в классе учится избранник Оленьки.

– А, замешана любовь, так бы и сказали, - разочарованно отреагировала княгиня и заметно загрустила.

– Как без неё? - развёл руками Федотов. – Они познакомились на первом курсе. Молодой человек сразу выделил очень красивую, обаятельную, лёгкую в общении и талантливую сокурсницу. Она долго не давала ему повода думать, что их отношения когда-нибудь перерастут в более серьёзные. Проверяла себя и его. На третьем курсе молодые сблизились, Оленькин сокурсник заходил в гости. Познакомился с родителями. Настал день, когда жених приехал с родителями, уединился с моим другом и попросил руки Оленьки. Арсений ему ответил:

– Вениамин, поверьте, я не имею ничего против вашего брака. Вынужден предупредить: решать будет дочь. Надеюсь на ваше благоразумие.

Друг попросил позвать Ольгу. Она несколько смутилась, увидев столь высокое собрание в кабинете отца. В этот вечер княжна Венедиктова была необыкновенно хороша. Незадолго до визита гостей примеряла платье для сольного концерта, оно ей очень шло, подчёркивая природную красоту.

– Милая моя Оленька, мы собрались здесь… – Жених робел, поэтому говорил сбивчиво. - Прошу вас, составьте моё счастье. Пожалуйста, станьте моей женой. Как же долго ждал этого дня, я люблю вас, - выпалил он, раскраснелся и совсем растерялся, но мудрая не по годам девушка выручила.

– Веня, дорогой, и я люблю вас. Если когда-нибудь выйду замуж, только за вас.

Вениамин взял невесту за руку. Он очень волновался, его глаза рассказали ей о благодарных чувствах и о любви к ней. В конце третьего курса молодые обвенчались. А наша героиня, сгорая от любви к своему избраннику, в глубине души понимала – замужество станет помехой и преградой карьере, нарушит все планы, она не решится подписать контракт с театром и с импресарио. Вениамин настраивал молодую жену посвятить себя семье и дому. Его эгоистичное поведение омрачало настроение, но любовь к супругу заняла главенствующую позицию и была превыше всего. Решение расстаться с призванием и карьерой давалось нелегко и пришло не сразу. Сердце болело, мучительно переживала Оля разлуку с любимым делом. И мы с печалью наблюдали за её терзаниями. Однако любовь к Вениамину поглотила все её мысли, и Ольга отказалась от мечты.

– Почему же профессор не воспрепятствовал? - Софья Гавриловна была поборницей прав женщин, история задела её.

– Что вам сказать? Педагог и поныне пребывает в потрясении. Когда на кафедре заводят разговор о его лучшей студентке, он поднимается и, не прощаясь, уходит. Вот такая грустная история. Сегодня молодые дают совместный концерт – на этом княжна Ольга подведёт итог студенческих лет, проведённых в стенах консерватории, и попрощается со сценой.

– Считаю, что избранник поступил бесчеловечно. Он лишил её самого главного в жизни – ради чего она пришла в этот мир. - Я представила себя на месте девушки и почувствовала, как она несчастна.

– Согласен с вами, Нина Андреевна, поступок эгоистичен и говорит о том, что молодой человек больше влюблён в себя, нежели в избранницу, – заключил Прохор Петрович. – С другой стороны, Ольга сама сделала такой выбор.

– Его поведение Ольгу привело к этому выбору, не иначе. – Я была категорична в своих выводах.

– Поедемте, я купил билеты, - перешёл к делу Прохор Петрович, тем самым прекращая дискуссию.

– Сколько у нас времени на сборы? – спросила княгиня.

– Вместе с дорогой всего час. Поторопитесь, пожалуйста.

– Нина, ты слышала? Собираемся быстро.

– Не задержу, тётушка.

Волшебный дар

Концерт давали в Мариинском театре. Народу съехалось много. То ли слух прошёл, что Ольга даёт прощальный концерт, то ли много желающих нашлось послушать влюблённый дуэт, неизвестно. На подходе к театру поминутно спрашивали:

– Лишний билетик есть?

Преподаватели кафедры прибыли в полном составе, ректор консерватории с супругой, солисты Мариинского театра пришли послушать коллегу. Студенты и меломаны устроились на галёрке. Родители Ольги и Вениамина заняли соседнюю ложу рядом с нами. В этот вечер зал был набит до отказа. Ни одного свободного места. Прохор Петрович заботливо усадил нас в ложе и купил программку. Первое отделение состояло из произведений зарубежных композиторов, второе включало романсы и арии из опер русских композиторов. Время тянулось как резина. Ожидание нервировало слушателей.

Наконец оркестранты заняли свои места в оркестровой яме, убрали освещение в зале. Дирижёр поднял палочку, призывая музыкантов к полной готовности, и действо началось: прозвучала увертюра к опере Михаила Ивановича Глинки «Руслан и Людмила», настраивая слушателей на трогательное свидание с великой музыкой. Ведущий коротко пояснил, что прозвучит в концерте, не забыл представить слушателям исполнителей, рассказав о каждом из них.

И вот занавес открылся, на сцене появилась Ольга в бледно-голубом декольтированном платье, лиф сидел строго по точёной фигуре, нижняя часть платья – на кринолине. На руках ажурные перчатки, прикрывающие локти. Ничего лишнего, что могло бы отвлечь слушателя от музыки. Изящные украшения подобраны в стиле наряда. Головку украшали аккуратно уложенные волосы, часть которых локонами струились по спине. Выглядела певица обворожительно. Но когда она запела, зал замер. У меня сложилось впечатление, что все, затаив дыхание, срослись с ней. Сама сидела, как завороженная. Необыкновенная чистота и теплота её голоса обволакивали, унося в иной мир. Мне показалось, что горячая любовь и переживания певицы, связанные с расставанием, отразились в звуках. Её голос ласкал, нежил, успокаивал и дарил отраду. Виртуозное исполнение сложнейших пассажей не выпячивалось, напротив, смягчалось, не заостряя внимания слушателя на них. Она не пела, играла голосом, разговаривая интонациями флейты, арфы, скрипки и колокольчиков. Певица доносила замысел композитора, выстраданный сердцем, вкладывая в музыку часть своей трепетной души.