Инна Комарова – Искушение (страница 12)

Мы добрались до указанного места.

В доме было тихо, в комнате мрачно. Женщина сидела у окна задумавшись. Старческий возраст подёрнул белым покровом когда–то пышную шевелюру и взлохматившиеся брови, прищурил уставшие очи, приглушил слух и морщинистым узором проредил впалые щёки. По губам крёстная определила:

– Молится.

Игуменья вошла первой, я за ней.

– Простите, преподобная Иеремия. За ненадобностью не стали бы беспокоить вас.

Провидица не удивилась приезду гостей. Дело привычное. И всё же поинтересовалась:

– Что привело вас ко мне, люди добрые?

– Преподобная Иеремия, моя крестница осталась сиротой. Один за другим ушли в мир иной все её близкие. Один брат да она остались из всей семьи.

– Как звали отца девушки? - спросила провидица.

– Андрей Гаврилович Ларский. Мать – Надежда Тимофеевна.

– Деда по отцу как звали? – спросила Иеремия и развернулась к гостям.

– Гавриил Мартынович… – Провидица жестом прервала крёстную.

– Знаю, о ком толкуешь. Приезжал к матушке Матроне князь, давно дело было.

Мы посмотрели друг на дружку в замешательстве.

Viа dоlоrоsа

Путь страданий

Матрона

– Слушайте. История давняя, но правдивая. Там, за болотами, за лесами, за просёлками да деревнями, неподалёку от имения князя Гавриила Мартыновича Ларского жила всевидящая.

Семейство князя славилось на всю округу своими добродетелями и щедрыми пожертвованиями. Крестьяне из других мест завистливо поглядывали на крепостных Ларских. Им позволялось то, о чём другие и мечтать не смели: жили они в благоустроенных флигелях при усадьбах, детей своих растили, мужей и сыновей не лишались, их в рекруты не забирали. А иногда случалось, что вольную грамоту получали, - было чему позавидовать.

Однажды всевидящая прислала к князю своего гонца, а тот челом бьёт и говорит:

– Просит Матрона, чтобы ты, барин, наведался к ней. Слово молвить хочет.

– Стряслось что? - озаботился князь.

– Не мне знать. Тебя просит.

– Передай всевидящей – буду.

Собрался Гавриил Мартынович и поехал к Матроне.

Усадила она его перед собой и повела разговор.

– Слушай и запоминай, князь. Люди простые тебя уважают, твоими заботами полнится казна государства российского. Ты не позволяешь бедствовать немощным и обездоленным. За это помогу тебе.

– Благодарю тебя. - Князь приложил к груди руку.

– У твоего единственного наследника могла быть счастливая судьба. Но вот незадача, невзлюбила тебя свирепая и лютая, которую ненавидят и колдуньей кличут во всей округе. Позавидовала счастью семьи вашей. Не хочу пугать тебя, князь, и правды скрывать не стану – молодым сгинет сын твой, - как обухом по голове оглушила всевидящая.

– Что?! Что ты сказала, Матрона?! – От приговора Гавриил Мартынович подскочил, качнуло его, едва на ногах удержался. Как стоял, так и рухнул на стул. Побелел, капельки пота проступили на лбу. Умоляющий взгляд и неудержимая боль в глазах заставили всевидящую замолчать.

– Что всполошился? Не всё потеряно, не тужи. Поспеешь, князь. Твоему сыну можно помочь.

– Да? Проси, всё сделаю, отдам последнее во имя спасения Андрея.

Матрона обратилась к своим мыслям, не слушая князя.

– О, есть один волшебный камень, он калеку поднимет на ноги, сердце сделает добрым, голову очистит от дурных мыслей, недуг изживёт – он всё может.

– Подскажи, прошу тебя. Ты вправе любую цену назначить, только помоги. Защити мою семью от горя.

– Поди сюда. Дам тебе камень – в нём сила невиданная. Князь, сходи к умелому мастеру, пусть закрепит камень в перстне. Сыну накажи, что бы с пальца не снимал. А мастеру передай: под камнем углубление оставить надобно. Дам порошок, что сильнее любого заговора, ты опусти его в углубление перстня, крышечкой прикрой и забудь. Человека с чистым сердцем – защитит. С дурными желаниями – погубит и не пожалеет.

– Спасительница! – Князь припал к подолу платья всевидящей и губами коснулся его.

– Кличут камень изумрудом. На Руси считают его камнем мудрости, хладнокровия и надежды. Он славится, знаешь чем?

– Ну откуда же мне знать? Не томи, молю.

– Противоядием. В старые времена знахари смешивали его с молоком буйволицы и спасали людей. Это сила, князь! А вот ещё что. Тот, кто носит на себе, обретает дар предвидения, избавляется от тоски и мнительности. Пристальный взгляд на камень рождает невиданную силу и одушевление. Изумруд сильнее алмаза. На Руси этот камень испокон веков считают камнем мудрости, хладнокровия и надежды, – повторила Матрона, как заклинание. – Камень этот – покровитель семейного очага: бережёт покой, хранит мир и согласие в семье, способствует продолжению рода. Вот такой это камень. Ты видишь, Гавриил Мартынович, что я даю тебе?

– Благодарю. – Гость склонил голову.

– Запомни, князь, изумруд освобождает от терзаний в душе. А тот, кто не расстаётся с ним, не видит снов, смущающих дух. Носить его следует на мизинце. Изумруд – божественной красоты камень, сродни синеве морской волны. В нём кроется энергия и мощь моря. – Матрона взглянула на гостя, приподнимая голову, настраиваясь на тихую молитву. Несколько минут спустя она сказала:

– Бери камень, он твой, – и протянула ему маленький потёртый бархатный футляр.

Князь Ларский дрожащими руками принял дар, снял футляр и приоткрыл крышечку. На него пролилась божья благодать, изумруд играл всеми гранями и переливался, согревая душу.

– А в этом мешочке – порошок заколдованный. Ты всё усвоил, князь?

– Да, моя спасительница. Вовек не забуду доброты твоей.

– Ступай с миром. И сыну не забудь наказать – с камнем ему расставаться нельзя! В нём его спасение.

– Передам. Благодарю тебя.

Мы слушали и не верили своим ушам.

– Я всё сказала.

– Прости, Иеремия. А крестнице моей как помочь? Извелась детка. Ничего сказать не хочешь?

– Время любые раны лечит. Отчаяние – удел слабых. Выход всегда есть. Человек поднимается и идёт. Бояться ничего не нужно. Рок к ней не перейдёт, на родителях всю силу оставил.

– И на том спасибо. Сказать можешь, что ждёт её?

– Многое случится, она проживёт долгую жизнь, и старость встретит в доме своём и в своей постели. Человек ей хороший встретится, да короток будет век его. Ах вот ещё. Миссия у твоей крестницы будет непростая, важная да особенная. Рано об этом. Сами всё узнаете. Притомилась я с вами.

– Благодарю тебя, Иеремия. Успокоила душу.

– Поезжайте с богом. Горести, печали пройдут. Свет божий прольётся и останется, – благословила она нас.

Так погиб твой старший брат

По дороге в монастырь крёстная молчаливо пропускала через себя разговор с провидицей, я не мешала ей.

– Нам следовало навестить дом родителей твоей матушки.

– Зачем?

– Сердце подсказывает, что не все ключики отыскали, тайн слишком много. Съездим по свободе. Нина, я всё думаю о совпадениях.

– О чём вы, Наталья Серафимовна?

– Скажи, тебе матушка рассказывала, как погиб твой старший брат?

– Нет. На эту тему мы не говорили. Зачем травмировать маменьку? Лишний раз возвращать её память к печальным событиям. А вы знаете, что с ним случилось? Слышала от сестры, что мальчик болел в младенческом возрасте, больше ничего.

– Об этом и я тебе говорила.