Инна Инфинити – Я тебе изменил. Прости (страница 12)

- Ты вся холодная, - трогаю дочку за нос, щеки, руки. - Пойдем в ресторан.

- Да, пойдем, я замерзла в лесу.

Мы оставляем Тимура на веранде и проходим в теплое помещение. От контраста в температуре по коже пробегают мурашки. Я хоть и была укутана в плед, а все равно заледенела.

- А этот Тимур чем занимается? - любопытничает Майя.

- Я же сказала: айтишник.

- У вас там все айтишники.

- Я точно не знаю его конкретный круг обязанностей.

- А раньше он где работал?

- Я так понимаю, в Америке. Он к нам прямиком из США.

- Ого, интересно, - дочь оглядывается назад, чтобы ещё раз посмотреть на оставшегося стоять на веранде Тимура. - По-моему, у вас ещё не было сотрудников из Америки?

- Не было.

- И он переехал в Россию специально для работы у нас?

- Не знаю. Спроси у папы. Насколько мне известно, твой отец полгода или больше заманивал его к нам. Может, и ради нас переехал. Твой папа ему баснословную зарплату выложил. Ради такой можно было сменить страну проживания.

Если честно, я негодую. Да, Тимур очень талантлив. Если не сказать гений. Но то, сколько Давид ему платит, это перебор. У нас есть сотрудники, которые работают дольше и ничем не хуже, а получают в разы меньше.

- А что он делал в Америке? - Майя продолжает любопытничать, рассматривая Тимура через панорамное окно.

- Учился и вроде где-то работал.

- Я тоже хочу поехать учиться в Америку.

От такого заявления дочери я врастаю в пол.

- Что!? - восклицаю в ужасе.

- В США есть очень хорошая академия живописи.…

Майя начинает взахлеб рассказывать про академию живописи, а я больше ничего не слышу, кроме бешеного стука собственного сердца. Отпустить единственную дочь одну куда-то за океан??? Да ни за что в жизни.

- Никакой Америки! - резко обрываю. - Что за глупости лезут тебе в голову?

- Да почему глупости!?!

- Майя, нет!

- Но почему!?

- Потому что ты ещё маленькая.

- Так это не сейчас, а после школы.

- Ты и после школы будешь маленькой.

- Ты после школы вышла замуж за папу и родила меня, - деловито упирает руки в бока.

Резонное замечание.

- Но я же не уезжала в Америку. Все, Майя, я не хочу это обсуждать. Выброси эту ерунды из головы. Мы уже решили, куда ты пойдешь учиться.

Дочка недовольно вздыхает. Я чувствую, что слегка перегнула палку. Обнимаю Майю.

- Ну как же мы с папой без тебя?

- Так бы сразу и сказала, что вы просто не хотите остаться одни, - в голосе дочки звучит обида.

- Давай вернемся к этому разговору, когда ты будешь в выпускном классе. Хорошо?

- Угу.

Не надо говорить Майе категоричное «нет» и расстраивать ее. Дочке и так предстоит узнать о нашем с Давидом разладе. Даже не представляю, как объявить ей об этом.

Майя уходит поздороваться с Ритой. Она хорошо ладит с сестрой Давида. Я подхожу к бару и прошу сделать мне горячий чай с лимоном. Мой взгляд встречается со взглядом мужа. Я быстро отвожу глаза в сторону. Груз обстоятельств снова ложится на меня бетонной плитой. Кажется, чем дольше я затягиваю с конкретным решением, тем хуже всем делаю. А на подкорке крутится: «Если разведешься, у Давида будут другие». И от этого так невыносимо плохо становится, что жить не хочется.

- Спасибо, - благодарю бариста за чай.

Я поднимаюсь по лестнице на второй этаж ресторана. Здесь есть несколько маленьких уютных залов, в которых можно пообщаться в тишине. Я захожу в первый. Тут никого. Сажусь на мягкий стул у туалетного столика, перевожу дыхание. Несколько мгновений рассматриваю себя в зеркале.

Мне тридцать четыре. У меня появились маленькие морщины вокруг глаз. Я регулярно посещаю косметолога и массажиста. У меня персональный тренер в спортзале. Я исключила из своего рациона фастфуд, газировку и продукты с высоким содержанием сахара.

Ровно половину своей жизни я провела с одним-единственным мужчиной - Давидом. Я никогда не занималась сексом, не целовалась и не ходила на свидания с кем-то кроме Давида. На меня никто никогда не смотрел как на женщину, кроме Давида. Никто не проявлял ко мне открытого интереса, кроме Давида.

Пока не появился совершенно безумный и наглый Тимур.

Достаю из маленькой сумочки на плече пудру. Слегка прохожусь губкой по лицу. Делаю глоток чая. Обжигающий напиток комком катится по пищеводу и проваливается в желудок. Сразу становится жарко, и я снимаю пиджак.

Тимур появляется меньше, чем через минуту. Я знала, что он поднимется за мной. И ждала его появления. Вытягиваюсь струной и смотрю на пацана в зеркало. Он нарочито медленно двигается ко мне. Его идеально белые кроссовки и джинсы слепят глаза. Останавливается ровно за спиной и тоже смотрит на меня через зеркало. Склоняется к моему уху, отчего я почти перестаю дышать.

- Без пиджака тебе в этом платье лучше.

Россыпь ледяных мурашек моментально пробегает по телу волной. На мне шелковое платье-комбинация на тонких бретелях. Такие сейчас в моде, но на самом деле они похожи на ночную сорочку. И носить их без прикрывающего верха, как по мне, просто неприлично. Начнем с того, что с таким платьем не наденешь лифчик, потому что он отовсюду будет торчать.

- Очень сексуально.

Тимур проводит носом по шее и… целует сгиб между шеей и плечом.

Тело простреливает молнией, я хватаюсь ладонями за края туалетного столика. Соски моментально напрягаются. Тимур видит это через тонкий шелк платья.

- Не надевай больше этот пиджак, он тебе не идет.

Меня парализовало от шока. Но не из-за того, что Тимур осмелился меня поцеловать, а из-за реакции моего тела на этот едва ощутимый легкий поцелуй. Я не могу ни пошевелиться, ни слово вымолвить. Тимур бросает на меня последний взгляд в зеркало и уходит из комнаты. А я так и остаюсь сидеть. Я не просто в шоке, я обескуражена.

Я.… я…

Кожа покрыта мурашками, соски бесстыже торчат через платье, а между ног разливается тепло.

Глава 18. Это навсегда

 «Ты где?»

Я прихожу в себя, только когда получаю сообщение от Давида. Встрепенувшись, смотрю на время. Я уже полчаса здесь сижу. Чай остыл, я к нему больше не притронулась. Тимур словно загипнотизировал меня. А сейчас я чувствую себя так, будто вынырнула из глубокого сна. Подскакиваю на ноги и бегу вниз к гостям.

Давид ловит меня внизу у лестницы.

- Вера, куда ты пропала? Я тебя обыскался.

- Я была наверху.

- Что ты там делала?

- Отдыхала.

Давид глядит на меня с беспокойством.

- Я в порядке. Просто хотела побыть одна. А зачем ты меня искал?

- Ты куда-то исчезла, я стал волноваться.