Инна Инфинити – Срочно выйду замуж (страница 40)

Она имеет в виду Федю?

— Мне жаль, что так получилось с твоим мужем. Я сегодня давала свидетельские показания. Нельзя было не дать, это обязательно. Но я никакой конкретики не сказала. Я слышала два телефонных разговоров, из которых мало что ясно.

— Федю все равно посадят, и без твоих показаний против него есть другие доказательства.

— Мне жаль, — произношу искренне.

— Я много раз просила его остановиться, мне не нравилось, что он зарабатывает криминалом. «Зарабатывает» громко сказано. Там основную выручку большие боссы забирали, а Феде и шестеркам типа него доставались сущие крохи. У нас на рыбзаводе зарплаты такие же, сколько Федя зарабатывал на угоне машин. Но он не хотел идти на рыбзавод, ему нравилось считать себя крутым бандитом.

Аня всхлипывает. Я аккуратно сажусь на краешек кровати рядом, мягко провожу ладонью по ее спине. Я не знаю, что можно сказать в такой ситуации, чтобы утешить человека. Но на секунду думаю. Если бы я не уехала после школы в Москву, а осталась дома. Если бы Федя не изменил мне, и мы бы продолжили встречаться. Меня бы ждала такая же участь, как Аню? От одной только мысли о подобной жизни, о таком муже, волосы на затылке шевелятся.

— Я разведусь с ним, — говорит, всхлипнув. — Не потому, что я его больше не люблю, а потому что я устала. Он высосал из меня всю кровь и все силы. Я больше не могу, Нин. Я очень многим пожертвовала ради этих отношений, я очень многое прощала. Но я просто больше не могу. Я надеялась, он исправится после рождения ребенка. Но все стало только хуже. Феде не нужен наш ребенок.

Я придвигаюсь ближе к Ане и обнимаю ее за плечи. Она потихоньку успокаивается.

— Прости меня, Нина, — говорит неожиданно. — Я совершила плохой поступок по отношению к тебе. Я не буду ничего говорить в свое оправдание. Не буду оправдывать себя ни любовью к Феде, ни молодостью, ни чем-то еще. Просто извини меня, если сможешь когда-нибудь.

— Аня, я давно простила тебя. Я не держу зла ни на тебя, ни на Федю. Я ту ситуацию давно перешагнула.

— Правда? — смотрит на меня с надеждой в глазах.

— Да. Конечно, мне было больно первое время, но потом это прошло.

Мои слова окончательно успокаивают Аню. Малышка выпускает изо рта грудь, что, видимо, говорит о том, что она наелась. Аня кладет дочку обратно на кровать.

— Иди поешь что-нибудь, — предлагаю сестре. — Ты же в рот и крошки не взяла.

Аня кивает. Она встает с кровати, кладет несколько подушек вокруг малышки и выходит. А я остаюсь сидеть и смотреть на спящую девочку. Она такая маленькая. Крошечная. Губки бантиком, бровки домиком. Ее назвали Алисой. Ей идет это имя. У меня аж появляется желание взять ее на руки, но я не решаюсь. У меня нет опыта обращения с младенцами.

Подхожу к окну и смотрю на сад. В свете яркого фонаря видно, как в небе кружат снежинки. Деревья засыпаны снегом. Дверь в комнату открывается, я оборачиваюсь. Это Антон. Он подходит ко мне и обнимает со спины. Мы молча смотрим на кружащие за окном снежинки. Алиса начинает кряхтеть, и мы с мужем резко оборачиваемся. Девочка чмокает губами‚ зевает. Я уже готовлюсь позвать Аню, но малышка затихает и продолжает спать дальше.

— Она такая прикольная, — тихо говорит Антон.

— Да, очень миленькая девочка.

— Посмотри, как она забавно губки поджимает.

— Ага.

И вот мы уже вдвоем смотрим на Алису и умиляемся.

Антон кладет ладонь мне на щеку и поворачивает мое лицо на себя.

— Нин, — говорит.

— Что?

— А давай в этом году родим такого же милого и сладкого малыша?

Предложение Антона на миг парализует меня. А сердце, наоборот, начинает биться с бешеной силой.

— Ну ты только представь, у нас тоже будет такой маленький человечек. Ты не хочешь?

Лицо Антона размывается из-за нахлынувших слез радости и счастья.

— Хочу. Очень хочу!

 

Конец