Инна Инфинити – Навсегда моя (страница 25)

Слова Ильи звучат, как выстрел в глухом лесу. Мы замолкаем. Слышно, как на еще горячей сковородке потрескивает масло. Мои ноги налились свинцом и вросли в пол, а по позвоночнику побежала россыпь ледяных мурашек.

- Просто скажи уже честно, Элла.

- Это бред, - выдавливаю сипло. В горле резко стало сухо, как в пустыне Сахара.

- Да неужели? - выгнув бровь, Илья делает ко мне шаг.

- Илья, ты думаешь, я просто так с тобой полтора года? Ты первый мужчина, которого…

Я резко замолкаю, не договорив фразу.

«Которого я подпустила к себе после того, как меня изнасиловали по вине моего бывшего мужа».

Но я не могу произнести это вслух. Все, что касается моего похищения и изнасилования, запретная тема. Я не могу об этом говорить. Ни с кем. Я даже не ходила к психологу. Я справилась с этим сама. Мне помог мой сын. А потом мне помог Илья. Я перешагнула это и живу дальше, но я не в состоянии говорить об этом.

- Я первый мужчина, который что?

- Которого я подпустила к себе после развода! - нахожусь с ответом.

- Да, - согласно кивает. - Я был нужен тебе в качестве психотерапии после бывшего мужа.

- Это не так!

- А как? - делает ко мне еще шаг. - А как, Элла?

Темно-карие глаза Ильи смотрят ровно в мои. Я должна сказать что-то в свое оправдание, должна придумать отговорку, но проблема в том, что я не могу играть роль перед Ильей. Это перед Севастьяном я могу притворяться, и он не догадается. Но Илья актер куда профессиональнее и талантливее меня. Поэтому лгать ему не выйдет.

- Я не была бы с тобой так долго, если бы у меня не было к тебе чувств.

- Иногда психотерапия затягивается. Зависит от глубины травм. И все же, думаю, я достаточно подлечил твои раны.

Я еще никогда не чувствовала себя более глупо, чем сейчас. От обиды саднит в горле и жжет в глазах. Я бы хотела крикнуть Илье: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ». Но я не могу. Раньше я думала, потому что из-за признания в любви у меня тоже психотравма. Дело в том, что, когда я первый и единственный раз в своей жизни призналась в любви Севастьяну, он промолчал. Просто промолчал.

Дело было так:

- Я тебя люблю.

Молчание.

Поэтому, я думала, мне сложно признаться в любви Илье. Я боялась не услышать этих слов в ответ. Но когда Илья сказал мне эти слова первым, я сначала онемела, а потом быстро вымолвила «я тебя тоже» и накинулась на него заниматься сексом, чтобы он не заподозрил неладное.

Чтобы я сама не заподозрила неладное и не углубилась в размышления, почему я не хочу говорить Илье признание в ответ.

- Значит, ты уже все решил? - обхватываю себя руками. На этой душной кухне мне вдруг резко стало холодно.

- Да. Не думаю, что ты будешь сильно горевать. В крайнем случае найдешь себе нового психолога.

Боже, как унизительно. Илья, видимо, унаследовал этот талант от своей мамы.

Талант - унижать меня.

Я разворачиваюсь и гордо шагаю в прихожую. Илья не идет меня провожать. Я надеваю пальто и обуваюсь в одиночестве. А потом просто закрываю за собой входную дверь.

Я не жду лифт, а бегу вниз по ступенькам. Мое лицо горит, тело горит. Я прыгаю в машину и сразу газую. Еду быстро, с силой стискивая руль. Чем я ближе к дому, тем больше закипаю. И достигаю апогея, когда заезжаю во двор.

Но направляюсь не к своему подъезду, а к дому Севастьяна. К человеку, который портит все. Звоню ему.

- Алло, Элла, - удивляется. - Что-то случилось?

- Какой у тебя подъезд, этаж и квартира?

- Третий подъезд, восьмой этаж, квартира двести пятьдесят шесть. А что?

Бросаю трубку. Из третьего подъезда как раз кто-то выходит, и я быстро проскальзываю внутрь. Когда поднимаюсь на восьмой этаж, дверь в квартиру Севастьяна открыто, а сам он ждет меня на лестничной площадке. Я пулей залетаю в его квартиру, Сева закрывает за нами дверь.

- Что случилось, Элла?

Игнорирую вопрос и снимаю с себя пальто, потому что мне срочно требуется остыть. В прямом смысле.

Но я забыла, во что я одета.

Севастьян скользит по мне взглядом.

- Охуенное платье.

Глава 31. Тело не лжет

Сева пожирает меня глазами, и я вдруг чувствую себя голой перед ним. Потому что знаю: мысленно он уже сорвал с меня это платье. Он впервые смотрит на меня ТАК с момента нашей встречи. Конечно, у него были голодные взгляды в мой адрес раньше, но все же он держал себя в руках. А сейчас Севастьян даже не пытается скрыть своих чувств.

- Я пришла поговорить.

Мне надо собраться с мыслями и озвучить Севастьяну все, что я о нем думаю. Но в голове белый лист. Я судорожно пытаюсь вспомнить, что вообще хотела ему сказать. Кажется, я собиралась наброситься на него с обвинениями в том, что он портит мне жизнь.

- Этот Илья полный придурок, если не оценил твой внешний вид.

- Ни слова больше об Илье!

- С удовольствием не буду о нем говорить.

Обвинения застревают в горле. Потому что я вдруг понимаю, как же это глупо. Глупо заявиться к Севастьяну и начать обвинять его в своих бедах. Хотя я на самом деле считаю его во многом виноватым, все же мое поведение - это позиция слабого человека, который не может взять на себя ответственность за происходящее в своей жизни.

- Я пришла сказать, что больше не хочу коммуницировать с тобой даже по вопросам Оскара. Он к тебе привык, привязался, так что, думаю, ваши воскресенья вместе вы можете проводить без меня. Забирай Оскара утром, а вечером возвращай его обратно.

Радуюсь, что получилось быстро сымпровизировать.

- Хорошо. Только не понимаю, почему тебе приспичило сообщить мне об этом лично в час ночи, да еще и в таком виде.

Севастьян самодовольно усмехается. Меня подбешивает его расслабленная вальяжная поза, в которой он стоит. Сева привалился плечом к стене прихожей и скрестил руки на груди. Он ждет от меня ответа, а мне нечего ответить. Потому что это правда странно - мое появление в его квартире в час ночи, чтобы сообщить, что далее с Оскаром он будет общаться без меня.

- Элла, что случилось?

- Не твое дело.

- Мое. Меня касается все, что связано с тобой.

- Ты слишком много на себя берешь.

- Я беру на себя ровно столько, сколько должен. Что у тебя произошло?

Слова крутятся на кончике языка, и я срываюсь:

- Илья бросил меня! Из-за тебя!

Ни один мускул не дергается на лице Севы, как будто мое заявление его совсем не удивило.

- Ты сильно огорчена этим?

- Что за идиотский вопрос? Конечно!

- Ты же его не любишь.

Комментарий Севастьяна на мгновение обезоруживает меня.

- Откуда ты это взял? Я уже говорила тебе, что люблю Илью.

- Да-да, я помню. Ты говорила, что любишь его сильнее, чем любила меня. Вот только я не дурак, Элла. Я знаю, какая ты, когда влюблена. С ним я не вижу в твоих глазах такого огня, какой у тебя был, когда мы были вместе. Ты просто встречалась с Ильей, потому что он красивый и приятный парень. И потому что тебе требовалось с кем-то быть, чтобы начать новую страницу в жизни. Но ты же не любишь его по-настоящему.

- Я люблю Илью. Люблю, слышишь?