Инна Инфинити – Мы (не)возможны (страница 24)

Что? Не поняла. Они с Эвелиной так быстро поженились?

— Можешь называть меня Эви, — говорит мне девушка Марка.

Она красивая. Длинные темные волосы доходят до середины спины, фигура стройная, улыбка белозубая. На ее правой ладони нет обручального кольца. Ничего не понимаю. Спрошу потом у Германа.

Мы проходим в гостиную и садимся за стол. По телевизору тихо поют новогодние песни, разговором рулят в основном Герман и Марк. Элла подавлена, хоть и старается выглядеть бодро. Эвелина немного смущается, я тоже. После второго бокала шампанского становится полегче. Элла начинает смеяться, Эвелина включается в разговор, я также чувствую себя более раскрепощенной.

— У кого какие планы на январские праздники? — спрашивает Марк‚ разрезая на тарелке кусок мяса.

— Мы с Вероникой второго января улетаем в Швейцарию.

Марк заинтересованно поднимает вверх темные брови.

— В Альпы?

— Да, кататься на лыжах. Там есть прекрасная тихая деревушка под названием Клостерс. Красота, как в фильмах про американское Рождество.

Марк поворачивает голову к Эвелине.

— А мы не хотим в Альпы? — затем смотрит на меня и Германа. — Или у вас медовый месяц и лишние пассажиры вам не нужны?

Я и Герман отвечаем одновременно:

— Мы не против.

— Так даже веселее, — добавляю я.

Мне хочется лучше узнать друзей Германа и вообще его жизнь. Много лет я знала только факты из его биографии, следила за его жизнью по социальным сетям Лены. А сейчас у меня есть возможность собственноручно прикоснуться к его жизни. Узнать, как он живет. Узнать, чем он дышит. Да, я определенно хочу, чтобы близкие друзья Германа поехали с нами. Жаль, Севастьян сидит в СИЗО. С ним я тоже хочу познакомиться. Герман дружит с Севой со школы.

— Поедем? — спрашивает Марк Эвелину. — Или у тебя нет открытого шенгена?

— Мне не нужен шенген, у меня вид на жительство в Испании.

Марк округляет глаза. Видно, что удивлен, но не говорит ничего. Но несмотря на наличие испанского вида на жительство, Эви не уверена, что хочет ехать. Видно, как мнется. Очевидно, у нее нет такого же желания узнать ближе друзей своего мужчины, как у меня.

— У тебя были другие планы на новогодние праздники? — догадывается Марк.

Странный вопрос, если они женаты. Или они не женаты? Но тогда почему Марк носит обручальное кольцо? Не может же Эвелина быть его любовницей. Или может? О Господи. Странные у них отношения.

— Да, у меня уже есть планы на новогодние, но, думаю, я смогу их уладить, — Эви выдавливает из себя улыбку. — Можем поехать.

Не похоже, чтобы Эвелина была уверена в своих словах. И вообще горела желанием отправляться в Альпы.

— Кстати, я была в Клостерсе, — переводит взгляд на меня и Германа. — Там действительно волшебно зимой. А какое там сырное фондю делают... — мечтательно поднимает глаза к потолку. — А еще можно съездить прогуляться в Давос. Там в конце января пройдет Всемирный экономический форум.

Марка определенно удивляет, что его не то жена, не то любовница отдыхала на элитном швейцарском курорте. И имеет европейский вид на жительство.

— Элла, а у вас с Оскаром есть шенген? — спрашивает Герман. — Если есть, то давайте тоже с нами.

— У нас есть шенген, летом мы ездили в Грецию, но сейчас мы точно никуда не поедем, — качает головой.

— Почему? Суд будет после праздников. Сейчас ни прокуратура, ни следствие не работают. Никаких новых обстоятельств по делу Севастьяна не будет.

— Все равно не могу. Я должна находиться дома.

— А вот я считаю, что тебе следует развеяться, — настаивает. — И Сева, я уверен, со мной согласен. Он точно не хочет, чтобы ты все праздники предавалась страданиям.

Элла с категоричного «нет» переходит в стадию сомнений.

— К тому же Оскару будет интересно куда-нибудь съездить, — добавляет Герман.

Элла сдается.

— Хорошо. Я с вами.

— Тогда надо быстрее смотреть билеты, — Марк встает со стула, подходит к своему портфелю на диване и достает из него планшет. — Вообще, сомневаюсь, что что-то осталось на второе января. Но, может, хотя бы с тремя пересадками...

Эвелина недовольно цокает, давая понять, что три пересадки ее не устроят.

— Мы арендовали небольшой дом, — Герман лезет в телефон. — Сейчас скину тебе, Марк, нашу бронь. Может, поблизости что-то найдешь.

— А у нас же есть лишняя комната в доме, — говорю. — Элла, ты можешь остановиться у нас.

— Да, — кивает Герман.

— Ой, ребят, мне неудобно. Я лучше поищу какой-нибудь отель.

— Не выдумывай, — настаиваю. — У нас целая свободная комната с двумя кроватями. Как раз для тебя и Оскара.

— Неожиданно есть билеты всего с одной пересадкой продолжительностью полтора часа, — говорит Марк, глядя в планшет. — Берем?

— Да, я сейчас принесу загранпаспорта, — Элла встает с места.

Эвелина снимает сумочку со спинки своего стула, достает кошелек и вытаскивает из него пластиковую карточку, похожую на водительские права. Только это не права, а вид на жительство в Испании. Подает Марку. Прежде чем начать покупку авиабилетов, Марк внимательно смотрит карточку Эвелины. Прям читает ее. Как будто никогда раньше не видел ее удостоверения личности.

— У тебя фамилия Розенталь, — не то спрашивает, не то утверждает.

— Да.

— Знакомая фамилия.

— Да, был такой филолог-лингвист. Написал кучу учебников по русскому языку.

Марк ухмыляется. Но больше ничего не говорит. Приходит Элла с двумя загранпаспортами. Они покупают билеты, затем Марк смотрит отели и дома в Клостерсе. Находит гостиницу в трех минутах от нашего дома и бронирует для них с Эвелиной номер.

— За наш предстоящий отдых, — Герман поднимает вверх бокал шампанского. Вот теперь я вижу, что Элла окончательно расслабилась и повеселела. — Уверен: он пройдёт замечательно!

 

Глава 33. Клостерс

Клостерс оказывается очень атмосферной европейской деревней. Действительно, как из фильмов про Рождество. Здесь редко можно встретить дом выше трех этажей. Крыши бело-коричневых невысоких зданий покрыты шапкой снега, что украшает их сильнее. Вечером в окнах домов горит теплый желтый свет. Некоторые дополнительно обвешаны гирляндами. Эта новогодне-рождественская атмосфера тепло греет. Кажется, что ты переместился в сказку из детства. Вот только в моем детстве было мало места для сказки. Поэтому сейчас я наслаждаюсь каждым мгновением, восполняя все то, чего мне так отчаянно не хватило.

Поздними вечерами мы с Германом выходим вдвоем на романтическую прогулку. Узкие дороги деревни покрыты слоем мягкого снега. На удивление он не мешает ходить. Например, когда в Москве дороги не почищены, невозможно ни пройти, ни проехать. А в Клостерсе ступаешь по снегу, как по мягкой земле. Мне нравится медленно бродить по узким холмистым улочкам, держа ладонь Германа в своей. Я как будто переместилась в параллельную реальность, в которой сбылись все мои желания. Даже самые смелые. Мужчина, которого я люблю, и добрый теплый праздник, которого, по сути, у меня никогда не было.

Клостерс окружен Альпами — высокими снежными горами, покрытыми размашистыми елями. Каждое утро, проснувшись, мы отправляемся кататься на лыжах. Марк и Эвелина всегда с нами, а вот Элла нет. Она остается дома с Оскаром. Они гуляют по Клостерсу. В середине дня мы возвращаемся. Марк и Эви уходят в свой отель в трех минутах от нашего дома.

После обеденного сна Оскара с ним остается кто-нибудь из нас, чтобы Элла тоже могла покататься. Чаще всего с Оскаром остаемся я и Эвелина, поскольку мы не такие фанатки лыж, как Герман и Марк. Эви интересная девушка. Она мало говорит о себе, что добавляет ей флёр загадочности. Иногда я ловлю Эвелину на том, что она слишком о чем-то задумывается. Они с Марком ходят в свой отель только ночевать и переодеваться, основное время мы проводим в нашем арендованном доме. Бывает, Эви сварит себе кофе, подойдет к окну на кухне и задумчиво глядит в одну точку, держа в руках кружку с горячим напитком.

Кстати, я узнала у Германа, Марк давно женат. То есть, Эвелина — его любовница. Марк не снимает обручальное кольцо. Мне интересно, что чувствует Эви, ложась каждую ночь в постель с женатым мужчиной. Вообще, у меня, как и у большинства людей, есть стереотип о любовницах. Ну, что они все такие стервы и суки, которые лезут в чужой брак и уводят чужих мужей. Но Эви не похожа ни на стерву, ни на суку. Она скромная и местами чересчур стеснительная. Я обратила внимание, что в их с Марком паре все решает он. А когда Марк интересуется мнением Эви, она слишком теряется. Как будто не привыкла, чтобы кто-то спрашивал ее мнение. Из-за этого у меня сложилось впечатление, что Эвелине удобно, когда все решают за нее. Ну или она привыкла так жить. И как раз эта черта ее характера не вяжется со статусом любовницы. Вот уж любовницы очень даже решительные женщины.

Открывается дверь в дом, входит раскрасневшаяся Элла в лыжном костюме.

— Мама! — бросается к ней Оскар.

Элла подхватывает сына.

— Ты не сильно без меня скучал?

— Нет, я играл с Никой и Эви, а потом мы смотрели мультики.

Элла закрывает дверь, возвращает ребенка на пол и расстегивает комбинезон.

— Марк и Герман поехали на машине в Давос, — отвечает на наш с Эвелиной немой вопрос о том, где мужчины. — Здесь в супермаркете чего-то не нашлось, и они решили съездить в город.

— Понятно, значит, вернутся где-то через час, — делает вывод Эвелина.