Инна Инфинити – Девушка из прошлого (страница 12)

Андрей сильно выжимает педаль газа, торопясь в детскую больницу. У меня трясутся руки, путаются мысли. Не могу думать ни о чем, кроме того, что Кире стало хуже. Но ведь болезнь ушла в ремиссию! Врачи обещали!

— Слушай меня внимательно, — строгий голос Андрея врывается в мысли. — Твоя задача перетащить на свою сторону врачей, чтобы в суде они сказали, что Макар халатно относится к здоровью ребёнка.

Меня поражает, как цинично и кощунственно Андрей стремится использовать болезнь Киры в нашу пользу. Последнее, о чем я сейчас думаю, — это суд с Макаром. Самое интересное, что муж тоже задвинул наш развод на второй план и позвонил мне, потому что я единственный человек, который может поддержать разговор с врачами и все понятно им объяснить. В данной ситуации и я, и Макар действуем как любящие родители, и только Андрей продолжает оставаться бездушным адвокатом, которому главное не испортить свое портфолио проигрышем в суде.

— Ты должна с утра до вечера сидеть в больнице. Школой занимайся дистанционно. Нам вся эта ситуация на руку. С ребенком кто-то должен находиться, Макар работает и не сможет, няню не пустят. Вот тебе отличная возможность сблизиться с дочерью и объяснить ей, что ты ее не бросала.

По Андрею сразу видно, что у него нет детей. Только бездетный человек может рассматривать болезнь ребенка как возможность. Я ничего не отвечаю просто потому, что не смотрю на эту ситуацию так, как он. Для меня лучше пускай Кира навсегда останется жить с Макаром, но будет здорова, чем я выиграю суд благодаря тому, что болезнь вернулась.

Когда мы с Андреем приезжаем в больницу, Макар уже здесь. Один. Без няни, Лады и охранников. Растерян и напуган.

— Объясни внятно, что произошло? — сходу набрасываюсь на него.

— Мы ужинали, у Киры выпал стакан с соком из рук, а потом она сползла по стулу. Я сразу вызвал скорую. Приехали быстро и забрали нас, тут врачи задают вопросы по течению ее болезни, я не могу на них ответить.

Киваю. Макар знает только Кирин диагноз, на этом его сведения о болезни дочери заканчиваются. В больницах с Кирой лежала я, по врачам возила я, на анализы отводила я. Макар только оплачивал лечение. Навещал дочь крайне редко. Звонил каждый день по видеосвязи и считал это достаточным.

Положа руку на сердце, я не могу сказать, что Макар плохой отец. Но на него совершенно нельзя положиться ни в чем, что касается ребенка. Он предпочитает заплатить деньги няням, сиделкам, репетиторам, охранникам, чем заниматься дочкой самостоятельно.

Кира не в реанимации — уже хорошо. Выходит заведующий отделением, и я принимаюсь рассказывать ему о состоянии Киры и течении заболевания. Выписок из больниц на бумаге у меня с собой нет, но они есть в электронном виде на телефоне. Пересылаю их все врачу. Когда разговор с врачом затягивается, Макар подходит к нам. Стоит рядом и молчит. Порыв, когда жизнь Киры он поставил выше ненависти ко мне, прошёл, и теперь Макар снова решил показать всем, кто здесь главный.

— Я буду находиться с дочерью в больнице, — безапелляционно заявляю врачу.

— Да, конечно.

— Подождите, — подаёт голос Макар. — С ребенком будет няня.

— С ребенком может находиться только один законный представитель, — строго говорит врач. — Ни няни, ни бабушки, ни тети с дядями не допускаются.

— У нас есть доверенность на няню.

— Нет, — безапелляционно возражает. — Только один законный представитель: мать или отец. Решите между собой, кто будет находиться с ребенком. Но это должен быть человек, который может отвечать на вопросы врачей.

Я бы порадовалась, если бы не вся чудовищность ситуации. Макар ещё пытается спорить и даже предлагает врачу деньги, но тот оказывается непреклонен. Андрей все это время стоит чуть поодаль, привалившись к стене и скрестив на груди руки. Когда врач уходит, и мы с Макаром остаёмся вдвоём, Андрей незамедлительно подходит к нам.

— Здорово вы спелись, — ядовито изрекает Макар.

— Хватит, пожалуйста, — устало прошу. — Кире стало хуже, можно хотя бы сейчас не воевать?

— Я все равно выиграю суд, и дочь будет жить со мной. А ты со своим общажником к ней не приблизитесь.

— Кто выиграет суд решит суд, — спокойно заключает Андрей. — А пока Алиса останется с ребенком в больнице.

— Нет, — категорично заявляет Макар. — Я останусь с дочерью.

Шок сковывает меня. Я не ослышалась?

— Я буду в больнице с Кирой столько, сколько потребуется, — продолжает. — А вы свободны. Алиса, держи телефон рядом, я буду тебе звонить, — отдаёт команду.

Да он издевается! Собирается жертвовать здоровьем дочери ради личных амбиций. Я поторопилась говорить, что Макар готов задвинуть неприязнь ко мне на второй план ради выздоровления Киры.

— Не самое здравое решение, если хочешь выиграть суд, — спокойно парирует ему Андрей.

— Да неужели?

— У девочки очень серьёзный диагноз. Ты и так уже убавил себе баллы в глазах суда, доведя состояние ребёнка до экстренной госпитализации. Твой адвокат тебе разве не сказал?

Макар опешил, а Андрей тем временем продолжает голосом судьи:

— Макар Александрович, почему вы не заметили, что вашей дочери стало хуже? В качестве преимущества перед супругой вы указали, что можете обеспечить ребёнку услуги няни, гувернантки, педагогов. Означает ли это, что на самом деле вам безразлична дочь и вы не хотите заниматься ее воспитанием самостоятельно? И что касается няни, гувернантки, педагогов… Почему они не заметили, что здоровье ребёнка ухудшается? Получается, они халатно относятся к своим обязанностям и ребенку попросту опасно находиться под их наблюдением.

Андрей уделал Макара. Стоит как ведром помоев облитый. А вот я не испытываю радости от монолога Андрея. Получается, он дал Макару подсказки, как действовать в суде.

— Если ты останешься с ребенком в больнице, — Андрей возвращает голосу свою интонацию. — И что-то здесь пойдёт не так, ты же понимаешь, что никогда не выиграешь процесс.

Макар сжимает челюсть и простреливает Андрея ненавидящим взглядом. Затем поворачивает голову на меня.

— Я буду приезжать к Кире каждый день, — цедит.

На этом разворачивается и направляется на выход из отделения.

— Зачем ты все это ему сказал? — набрасываюсь на Андрея. — Ты дал ему подсказки, как действовать в суде!

— Пришлось это сделать ради того, чтобы ты осталась в больнице с дочкой.

— Но Макар теперь поменяет свою стратегию!

— Его стратегия не будет иметь никакого эффекта, если дочь скажет в суде, что хочет жить с тобой. Это твой шанс, Алиса. По-другому ты не приблизишься к ребенку без опеки, адвокатов и охранников.

Андрей как всегда прав.

— Иди к ребёнку. Я поехал домой за твоими вещами. Напиши сообщением, что нужно привезти или купить.

— Спасибо, — искренне произношу.

Жду, что Андрей ответит что-то типа «отработаешь», но он лишь повторяет:

— Иди к ребёнку.

Глава 15. Для ребенка

Алиса

Андрей уходит, а я в страхе гляжу на дверь палаты Киры. Макар оплатил для ребенка одноместную. Это мой шанс. Я должна донести до дочки правду: я не бросала ее! Это Макар выставил меня за дверь, когда Кира была в школе. Пока я две недели снимала со счетов деньги, сдавала в ломбард драгоценности и покупала крошечную студию на окраине Москвы, муж наплёл дочери с три короба о том, что я ее бросила. Когда я попыталась поговорить с Кирой у школы, она уже не хотела меня видеть и к ней были приставлены два охранника.

Моя ошибка, что я не забрала дочь в тот же день, когда Макар меня выгнал, дав на сборы два часа. Подумала, что не надо таскать ребёнка по гостиницам и пугать таким неожиданным разводом с ее отцом. Побоялась, что Кире станет страшно, занервничает, и это плохо отразится на ее здоровье. Решила, что куплю квартиру и сразу заберу дочь. Но не тут-то было. Когда я купила квартиру, Кира уже не хотела меня видеть и считала предательницей.

Набравшись смелости, стучу в дверь палаты. Ответа не следует, тогда я сама открываю. Кира лежит на постели и листает книжку. Бледная, напуганная.

— Привет, Ангелочек, — улыбаюсь и прохожу.

Дочка не ожидала меня увидеть. Глаза расширились в удивлении.

— Ты? — только и молвит.

В палате есть вторая кровать для сопровождающего взрослого и пара стульев. Ставлю один рядом с постелью Киры и сажусь.

— Я буду с тобой в больнице.

— Зачем?

— Как это зачем? Я же твоя мама, я всегда с тобой.

— Ты бросила нас с папой, — произносит обвинительно, и глаза наполняются слезами.

— Кира, это не правда.

— Как не правда? Я приехала из школы, а тебя не было дома. И вещей твоих не было. Ты мне не звонила, а на мои звонки не отвечала. Ты ни разу не приехала меня навестить!

— А ты мне звонила?

— Да! Много раз!

Шумно выдыхаю. Как так получилось, что я не могла дозвониться до Киры, а она до меня, я сама не понимаю. Наверное, Макар заблокировал мой номер в ее телефоне, вот звонки и не проходили. Или ещё что-то сделал. Это для меня загадка. Но факт остаётся фактом: когда я звонила дочке, у нее все время была занятость, а мои сообщения в мессенджерах оставались непрочитанными. А сейчас выяснилось, что Кира тоже мне звонила.

Я должна была проявить оригинальность, позвонить дочке с другого телефона, например. Но опять же подумала, что куплю квартиру и тогда поговорю обо всем с Кирой. Но было уже поздно.