Инна Инфинити – Бывший муж под елку (страница 30)

Боже мой, я тоже улыбаюсь ей и делаю это искренне!

- Как дела? Как прошли твои праздники? - спрашивает она.

- Хорошо. Отдохнула и набралась сил. А как твои?

Карина закатывает глаза.

- Мне после этого отпуска нужен ещё один отпуск.

Мы подходим к турникетам, достаем свои пропуска. Вместе идем к лифтам.

- Ты куда-то ездила?

- Да, у нас был сумасшедший тур на Филиппины и в Сингапур с семью перелетами за десять дней.

«У нас был».

- Ого, а почему так много?

Мы подходим к лифтам, Карина нажимает кнопку вызова.

- Было много пересадок.

- А с кем ты летала? - набираюсь смелости и задаю вопрос.

- Со своим женихом.

Приезжает лифт, открываются металлические двери. Мы проходим в кабинку. На удивление кроме нас больше никого нет, хотя обычно утром возле лифтов всегда толпа. Я решаю воспользоваться ситуацией, чтобы расспросить Карину.

- Ты выходишь замуж? - восклицаю удивленно-восторженно.

- Да, летом.

- Поздравляю! Это так здорово!

Карина снова улыбается мне.

- Спасибо большое.

Успеху Карины в личной жизни я радуюсь как своему собственному.

- А давно вы вместе?

- Два года.

Значит, когда мы с Робертом развелись, Карина ещё была одна.

- Поздравляю! - искренне восклицаю я, когда лифт тормозит на Каринином пятом этаже.

- Спасибо, Злата, - одаривает меня последней улыбкой. - Ещё увидимся.

Миронова выплывает из лифта, постукивая шпильками по полу. Я смотрю ей вслед, пока не закрываются металлические дверцы. Мое настроение улучшилось в несколько раз. Надо же, у Карины есть жених, и она выходит замуж. Настоящий жених, а не вымышленный, как у меня.

Когда я сажусь за свое рабочее место, замечаю ажиотаж среди коллег. Бегают туда-сюда, перешептываются. До утренней планерки пятнадцать минут, девушки прихорашиваются.

- Лучше в этом или в этом? - спрашивает Маша из отдела культуры свою коллегу, прикладывая к себе два разных кардигана.

- Розовый тебе больше идет.

Начальница отдела науки снимает сапоги и вместо привычных кед переобувается в туфли на шпильках. Моя подруга Ира, начальница отдела бизнеса, старательно красит глаза.

- Ир, а что происходит? - встаю со стула и тянусь к ней через перегородку.

- А ты письмо на почте видела? - отвечает, глядя в маленькое зеркальце пудры.

- Нет, а что там?

- Посмотри.

Заинтригованная, возвращаюсь на стул и захожу в почту с телефона. Некогда ждать, когда загрузится компьютер. А в почте письмо от Роберта:

«Уважаемые коллеги!

С сегодняшнего дня и каждый день я буду лично присутствовать на всех ваших утренних планерках. Надеюсь, на плодотворную работу».

Перечитываю несколько раз. Что Роберт будет посещать наши планерки, я знаю. Он сказал мне об этом, когда вызывал к себе в кабинет в прошлом году. Но почему ради него все прихорашиваются?

Ира склоняется ко мне через перегородку и шепчет:

- Прошел слух, что он разведен и без детей.

Я ещё раз оглядываю опен спейс и коллег. И как я сразу не обратила внимания, что прихорашиваются только незамужние женщины нашей редакции?

 Глава 44. Планерка

Главный редактор газеты заметно нервничает. Ещё бы, по правую руку от него восседает новый генеральный директор, готовый уволить всех неэффективных сотрудников.

Вениамин Петрович, главный редактор, перечисляет важные события, произошедшие за период новогодних праздников, слегка заикаясь. Решает показать Роберту, что он строгий начальник, поэтому принимается отчитывать Леру, начальницу отдела общества, за то, что ее сотрудники плохо осветили взрыв газа в жилом доме в Москве три дня назад.

- Почему не поговорили с очевидцами? Почему не рассмотрели разные версии произошедшего? Кто виноват во взрыве?

Лера, прекрасно понимая, что это показуха в присутствии нового генерального директора, отвечает на отвали. По-моему, в конце прошлого года, когда Роб объявил нам всем о сокращении зарплат, Лера была первой, кто говорила, что больше не будет стараться для этой газеты.

После обсуждения минувших праздников переходим к текущим планам. Руководители всех отделов поочередно озвучивают темы для завтрашнего номера. Я обозреватель газеты по финансам и экономики, я нахожусь вне отдела экономики. Но работаю с отделом и его начальников Пашей в тесной связке. Павел зачитывает три заявки в завтрашний номер от своих корреспондентов. После Паши моя очередь называть свою тему, над которой я планирую работать ближайшее время.

- Мои источники в Центробанке рассказали, что в банке «Красный квадрат» найдены серьёзные нарушения. Банк обслуживает клиентов, которые участвуют в подозрительных операциях, направленных на вывод денег в теневой оборот. Я буду готовить об этом расследование.

- Пока это лучшее из всего, что я на данный момент услышал, - внезапно говорит Роберт.

Впервые с начала планерки Роберт что-то сказал вслух. Все замолкают и, кажется, перестают дышать. В страхе смотрят на генерального директора. Роб берет в руки распечатку с заявками и возвращается к первой странице, на которой перечислены темы отдела политики.

- У вас пять тем и ни одной эксклюзивной, - смотрит на начальницу политики Таню Бойцову. - У вас то же самое, - поворачивает голову к начальнику отдела армии.

Роберт говорит спокойно, не повышает голос. Однако все вокруг начинают дрожать. Особенно главный редактор, который сидит рядом с Робертом. Все, кто в конце прошлого года били себя в грудь и верещали об увольнении, теперь трясутся от страха, что Роберт их уволит. Мне становится смешно, но я, конечно, не смеюсь.

Роб говорит долго. Тихо, спокойно, но с такой бескомпромиссной сталью в голосе, что абсолютно все напряжены до предела. Генеральный директор называет одну из причин, почему холдинг находится в кризисе. Потому что сильно сократились заходы на сайт. А упали они из-за того, что газета производит очень мало эксклюзивного контента. Людям нет смысла заходить на сайт нашей газеты, потому что они не увидят там ничего нового и интересного. Ничего из того, что не написали наши конкуренты.

Удивительно, как Роберту удается внушать людям страх, говоря почти шепотом. Ну это просто талант, не иначе. Я давно не работала вместе с бывшим мужем, уже и забыла, как он может поставить всех на место одним только взглядом. Ему не нужно кричать на подчиненных и брызгать слюной, его тихий голос вызовет куда больше страха и паники, чем истеричный крик.

Когда планерка заканчивается, все коллеги подскакивают со своих мест и наперегонки бегут на выход из зала совещаний. Не припомню, чтобы когда-то на выходе люди толкались локтями. Такого нет даже когда у нас происходит репетиция пожарной тревоги. А сейчас у дверей прям давка. Девушки на шпильках подворачивают ноги. Бедные.

К слову, накрашенные губы и каблуки никого не спасли. Последнее, что интересовало Роберта, - это кто как оделся. Он и не понял, что добрая половина женщин редакции нарядилась специально для него.

Когда я возвращаюсь на свое рабочее место, слышу возмущенный шепот коллег. Снова все собрались увольняться. Таня Бойцова психует, швыряет канцелярские предметы по столу, кричит на своих корреспондентов. Я как одна из немногих с хорошей эксклюзивной темой, стараюсь не отсвечивать и не привлекать к себе лишнего внимания. Ни к чему дополнительно злить коллег.

Минут через пятнадцать звонит мой рабочий телефон.

- Алло.

- Злата Сергеева?

- Да.

- Вас вызывает генеральный директор.

- Сейчас буду.

Интересно, Роб теперь все время будет вызывать меня к себе? В кабинете предыдущего гендира я не была ни разу, а к Роберту иду уже третий.