Инна Инфинити – Бывший муж под елку (страница 2)

- Нет, подождите, мы ещё не закончили. Есть вопросы по вашему личному делу. - Роберт снова опускает глаза в бумаги. - Здесь не вся информация указана.

Я едва сдерживаю смех. Вопросы по моему личному делу у него! Да он наизусть знает всю мою биографию.

- Семейное положение? - сухо интересуется.

Что? Это прикол? Он не знает мое семейное положение? Если бы не кадровичка, я бы послала Роберта куда подальше.

- Разведена. Детей нет, - цежу.

- А причина развода какая? - любопытничает новая начальница кадров.

Замечаю, как в ожидании моего ответа у Роберта напряглись мышцы на груди. Мне терять нечего, он все равно уволит меня десятого февраля. Или, если повезет найти новую работу, я сама уйду. Поэтому говорю правду:

- Бывший муж был настоящим козлом. Он не считался с моим мнением, ни во что меня не ставил и не уважал мою маму. Плюс он водил очень подозрительную дружбу со своей предыдущей девушкой и виделся с ней за моей спиной. Ещё она часто звонила ему по ночам, а он с удовольствием брал трубку и разговаривал с ней по часу, закрывшись в ванной.

- Ну точно козел! - ахает новая кадровичка. - Правильно, что развелись.

Роберт буравит меня злым взглядом.

- К тому же на нем одном мир клином не сошелся, - взмахиваю перед их лицами правой ладонью с кольцом на пальце. - Скоро я снова выхожу замуж.

- За кого?! - изумленно восклицает Роберт.

На самом деле ни за кого. Но бывшему мужу правду знать необязательно.

Глава 2. Катастрофа

Это катастрофа.

Зачем я ляпнула, что выхожу замуж? Теперь Роберт подумает, что скоро я уйду в декрет, а значит, нет смысла держать меня в газете и платить мне вообще хоть какую-то зарплату. Судя по тому, как бывший муж изменился в лице, когда я сморозила глупость про замужество, мне и до десятого февраля контракт не продлят.

Как хорошо, что в женском туалете сейчас никого нет. Мне нужна минутка одиночества.

Открываю кран с холодной водой, смачиваю ладони и брызгаю себе на лицо. Аккуратно, чтобы не размазался макияж.

А впрочем, оно того стоило. Выражение лица Роберта я запомню надолго. Это была секунда моего триумфа. Потому что я без него смогла. Потому что я нашла ему замену. Потому что я счастлива.

Так он теперь думает.

И хотя это не совсем правда, Роберт никогда не узнает.

Не то чтобы я испытываю большое желание утереть нос экс-супругу. Отнюдь нет. Я отпустила Роберта и желаю ему счастья (но не от всего сердца). Однако все равно приятно выглядеть в глазах бывшего сильной и независимой личностью, которая без него смогла. Не знаю, что там в личной жизни у Роберта, но кольца на пальце у него нет.

Мне определенно удалось если не сразить Роберта наповал, то, как минимум, удивить. Слова о моем грядущем замужестве надолго засядут у него в голове. Уж я-то знаю, как Роберт любит обдумывать каждую новость и каждое событие.

Возвращаюсь на свое рабочее место. В меня сразу впиваются несколько пар любопытных глаз коллег.

- Ну что? - набрасывается на меня Ира. - Как все прошло? Что говорил?

- Продляет мне контракт до десятого февраля. Это будет типа испытательный срок. После примет решение: урезать мне зарплату или уволить.

Коллеги возмущенно ахают.

- А ты что сказала? - продолжает допрос Ира.

Что я скоро выхожу замуж.

- Да ничего. Что тут скажешь?

- Ты согласна на сокращение зарплаты?

- Конечно, нет. Буду думать, что делать. Наверное, поищу другую работу.

- А сказал, на сколько будет урезание зарплат?

- Нет. Я так поняла, решение будут принимать индивидуально по каждому сотруднику после испытательного срока.

- На фига нам поменяли гендиректора холдинга?! - задаёт риторический вопрос Анжела, редактор отдела потребительского рынка.

Я не отвечаю. Мне нужно дописать текст в завтрашний номер, иначе не увижу контракта и до десятого февраля. Я вставляю в уши беруши и на следующие два часа отключаюсь от паники в редакции. Пальцы порхают по клавиатуре, и я испытываю свое самое любимое чувство - наслаждение от работы. Я пишу статью, которая завтра порвет все информационное пространство. В крупном банке обнаружены финансовые махинации. У меня эксклюзив от источника в Центробанке. Завтра это будут цитировать и обсуждать абсолютно все.

Сдав статью выпускающему редактору, спускаюсь в столовую на первый этаж. Рабочая столовая красиво украшена к Новому году: у стены стоят наряженная елка, сани с Дедом Морозом, а с потолка свисают снежинки. В меню много зимних чаев и новогодних напитков. Я беру безалкогольный глинтвейн с круассаном и сажусь за крайний столик. Снегопад за окном усилился, превратившись в настоящую метель.

Раньше я любила такую погоду. Она создавала новогоднее настроение. Я пекла имбирное печенье и варила горячие новогодние напитки. Дома сверкала елка, а из музыкальных колонок лились новогодние песни.

Но три года назад я развелась с мужем, и с тех пор больше не жду никаких праздников. Новогоднего настроения тоже больше не бывает.

За те два часа, что я писала статью, к Роберту вызвали ещё пять человек. Всем сообщили то же самое: контракт продляется до десятого февраля, после будет либо урезание зарплаты, либо увольнение. Ну что ж, это хотя бы не персональная кампания бывшего мужа против меня.

Мы с Робертом познакомились на журфаке. Я училась на первом курсе, а он на четвертом. Мы познакомились на какой-то тусовке в общей компании, но не обратили друг на друга внимания. А потом Роберт выпустился из университета, и я вовсе про него забыла.

Наш роман завязался гораздо позднее. А именно через пять лет, когда мы повторно встретились на работе. Я пришла работать корреспондентом отдела экономики в газету, а Роберт там же был заместителем главного редактора. Но он занимался не редакционной повесткой, не статьями и выпуском газеты, а коммерческими контрактами: рекламой, платными конференциями и всем тем, на чем СМИ зарабатывают. Несмотря на журналистское образование, Роберт всегда был не про тексты, а про деньги.

Наш роман начался быстро и развивался стремительно. Это была любовь со второго взгляда. Если с первого взгляда на журфаке мы почти не заметили друг друга, то со второго взгляда на работе нас словно пронзила стрела Купидона. Уже через три месяца я переехала жить к Роберту, а через год мы поженились.

Всё было хорошо, за исключением одного - Роберт не поладил с моей мамой.

Глава 3. Мама

Мама воспитывала меня одна. Папа ушел из семьи, когда мне было три года, потому что не выдержал маминого характера. Она сложный человек. Отец платил алименты, но не навещал меня, поскольку каждый его приезд в гости заканчивался скандалом с мамой. А потом папа женился второй раз, у него родился сын, и про меня он вовсе забыл. Только продолжал исправно платить алименты.

Мама больше замуж не вышла. У неё были ухажеры, но до свадьбы ни с кем не дошло. Всю свою жизнь родительница посвятила воспитанию меня. Мы с ней очень близки, я с уверенностью могу назвать маму своей лучшей подругой. У меня нет секретов от неё.

Но вот с Робертом они не поладили. Он не понравился маме, и это было взаимно. Родительница считала, что он слишком торопится в наших отношениях, она была против, чтобы я переезжала к нему через три месяца после начала романа. Плюс маме не нравилось, что у Роберта гуманитарная специальность - журналист, как и я. Моим мужем она всегда видела какого-нибудь банкира, нефтяника или адвоката. В крайнем случае именитого врача. А то, что пишущим журналистом Роберт никогда не работал и в редакции занимался деньгами, мама игнорировала.

Роберт в свою очередь считал, что я нахожусь под большим влиянием родительницы. Он так и говорил:

- У тебя нет своего мнения. У тебя мамино мнение.

Меня это обижало, потому что свое мнение у меня было и есть. Я слушаю мамины советы, но следую им далеко не всегда. Ещё Роберту не нравилось, что моя родительница слишком сильно лезла в нашу жизнь. А я так не считала. Да, мама постоянно давала нам какие-то советы, озвучивала свое мнение, даже когда не спрашивали, часто нас навещала, иногда приезжала с ночевкой, но она при этом и помогала: мыла квартиру, готовила первое, второе и третье. Мамина помощь по хозяйству была большим подспорьем, пока мы с Робертом вместе пропадали на работе.

Но бывший муж не считал мамину помощь значимой. Даже больше - он обесценивал ее. Роберт постоянно твердил, чтобы я наняла домработницу, если сама не успеваю смотреть за чистотой в доме. Он не хотел, чтобы приезжала моя мама и помогала.

Просто у Роберта нет близких отношений со своими родителями. Он слишком рано сепарировался от них. Когда бывшему мужу исполнилось восемнадцать лет, он получил в наследство двухкомнатную квартиру от бабушки и сразу переехал в нее жить. Тогда же Роберт начал подрабатывать, чтобы были собственные деньги. В итоге он слишком рано стал независим от своей семьи, и ему было непонятно, как «в двадцать три года можно во всем слушать маму». Это он про меня так говорил.

Опять же, я была с этим не согласна. Потому что если бы я во всем слушала маму, то не вышла бы замуж за Роберта. Родительница считала, что он меня недостоин. К слову, впоследствии мама-то оказалась права. Мы с Робертом развелись.

Но пока мы были женаты, мне приходилось разрываться между мужем и мамой. С каждым годом их отношения становились хуже. Дошло до того, что Роберт отказался поздравлять мою маму с праздниками и навещать ее в день рождения. Для меня это стало проявлением неуважения с его стороны. Потому что как бы то ни было, а это моя мать. Он должен уважать ее. А Роберт не то что не уважал, а плевал в ее сторону. Потом Роберт запретил, чтобы она приезжала к нам в гости. Так и сказал: «Я не хочу видеть твою маму в нашем доме».