Инна Инфинити – Бывший муж под елку (страница 4)
- Я не скажу никому. Ты же знаешь, я не сплетница. Какие изменения ты будешь проводить помимо финансовых?
Роб медлит пару секунд, всё ещё сомневаясь, рассказывать ли мне вперед всего коллектива. Когда мы были женаты, у нас не было рабочих секретов друг от друга. Даже когда потом мы работали в разных СМИ, которые являлись друг другу конкурентами. Дома на кухне мы делились всеми новостями.
- В холдинг входят газета и три телеканала. Моей задачей будет объединить вас.
- Объединить газету и телеканалы? - изумляюсь. - Каким образом? Это же совершенно разные СМИ, разный принцип работы…
- Злата, газета абсолютно убыточна, - перебивает. - А телеканалы приносят прибыль. Бумажный тираж падает каждый год. Но при этом у газеты растет аудитория сайта. А у телеканалов сайты полудохлые. Будет один сайт для всех на базе сайта газеты.
Мне требуется время, чтобы переварить информацию. Кажется, я понимаю, что именно Роберт собирается провернуть. На журфаке нам, конечно, рассказывали про конвергентную журналистику. Это когда ты сначала пишешь статью, потом по своей же статье пишешь маленькие новости, затем отдельные сообщения в социальные сети, а потом рассказываешь о своем эксклюзиве на камеру. То есть, когда одно информационное сообщение распространяется во всевозможных форматах - от писюльки в телеграм-канале до эфира на радио.
И это все придется делать одному человеку - автору эксклюзива. А так как я пишу преимущественно эксклюзивы, то вот это вот меня ждет. Если сейчас я написала статью и свободна, то больше такого не будет. После того, как я напишу статью, я ещё должна буду кучу другой работы сделать.
Мне уже не нравятся грядущие изменения. Мало того, чтобы зарплату урежут, так ещё дополнительной работой навалят. Все эти объединения, слияния, поглощения и интеграции нужны только для одного - чтобы часть людей уволить, а на оставшихся сотрудников переложить функции уволенных.
- Короче, придется работать больше за меньшие деньги, - резюмирую, не скрывая своего разочарования.
- Предстоит тяжелая работа, но оно будет того стоить.
- Значит, ты здесь надолго?
- Да. Работы на несколько лет минимум. И если после десятого февраля ты останешься, нам предстоит коммуницировать. Может быть, не очень часто, но коммуникация у нас будет.
- Я работаю здесь два с половиной года и предыдущего гендиректора не видела ни разу. Думаю, мы сможем избежать встреч. Это при условии, что я захочу остаться в газете после десятого февраля.
Пускай Роберт знает: это не они дали мне испытательный срок, а я решаю, работать ли мне здесь дальше. Да, в данный момент у меня нет других предложений по работе, но если я брошу клич, обязательно что-нибудь найдется. Я, может, и не лучший финансовый журналист России, но всё же кое-какая репутация у меня имеется. И далеко не плохая.
Да другие газеты оторвут меня с руками и ногами!
- Я бы хотел, чтобы ты осталась после десятого февраля, - огорошивает меня.
Что?
Я зависаю, недоуменно хлопая глазами. Должно быть, мне послышалось, поэтому какое-то время я жду, что Роберт скажет дальше. Но он молчит. Только глядит на меня неотрывно.
- Ты хочешь, чтобы я осталась? - переспрашиваю, не веря.
- Да.
Секунда шока и неверия. Когда три года назад я паковала чемоданы, то не услышала от Роба фразы: «Я хочу, чтобы ты осталась». Кто знает, может, если бы он произнес ее, я бы не ушла. Поэтому очень странно слышать эти слова сейчас.
- Ты хороший журналист, Злата. Мне будет жалко терять тебя как специалиста. Мне предоставили аналитику по трафику сайта. Ты входишь в тройку авторов, статьи которых собирают больше всего просмотров. Твои расследования вирусятся по всему интернету. Газета потеряет с твоим уходом. Я хочу, чтобы ты осталась.
О Господи, Роберт хвалит меня. Почему его комплименты так сильно меня трогают? Раньше - понятно, я млела от каждого его доброго слова. А сейчас почему мне хочется прыгать от радости?
- Кхм, спасибо, конечно, - едва сдерживаю себя, чтобы не заплясать от восторга. - Но не уверена, что я готова к сокращению зарплаты. Я, конечно, люблю газету, но не настолько сильно, чтобы ущемлять себя в комфорте и экономить на еде. К тому же у меня ипотека. Так что я буду думать.
Горжусь собой. Я произнесла речь сдержанно и в меру отстраненно. Как будто комплименты бывшего мужа не пробудили во мне желание расцеловать его.
Так, стоп, что?
Нет-нет-нет, такого желания у меня нет и быть не может.
- А как же твой жених? - стреляет глазами в кольцо на пальце. - Он что, не зарабатывает? И раз ты собираешься за него замуж, он наверняка прошел стресс-тест твоей мамы. А она больше не подпустит к тебе недостойных.
Желание расцеловать Роберта быстро сменяется желанием его придушить.
Глава 6. Не хочу, чтобы знал
Роберт пытливо всматривается в меня в ожидании ответа. Я судорожно соображаю, что ответить по поводу моего мифического жениха. На первой встрече в присутствии кадровички, когда Роберт изумленно спросил, за кого я выхожу замуж, я ответила просто: «За мужчину». Кадровичка засмеялась моему ответу и сказала: «Ну понятно, что не за женщину». Роберт, видимо, осознал, что его вопрос неуместен, поэтому развивать тему не стал. После ещё пары вопросов я ушла.
Но сейчас кадровички нет, и стесняться Роберту некого. Он не сводит с меня глаз, давая понять, что в этот раз мне не удастся увернуться от ответа.
- При чем тут мой жених? Я работаю и хочу соответствующе зарабатывать. Ты ещё скажи, что раз у меня есть жених, то я теперь должна работать бесплатно.
Роб продолжает внимательно всматриваться в мое лицо, словно пытается прочитать мысли. Забраться мне в голову и узнать правду.
- За кого ты выходишь замуж? - спрашивает в лоб.
Я не люблю врать. И не умею, если честно. Но я не могу сказать бывшему супругу, что несколько часов назад пошутила. И что кольцо купила сама себе на день рождения. Это будет глупо и…
Я хочу, чтобы Роберт думал, будто у меня все прекрасно в жизни. Что я встретила нового мужчину и счастлива. Не хочу, чтобы он знал: я коротаю вечера в одиночестве в обнимку с пачкой чипсов за просмотром «Отчаянных домохозяек». Не хочу, чтобы он знал, что я пересматриваю этот сериал уже в четвертый раз, поскольку мне больше нечем заняться по вечерам.
Не хочу, чтобы Роберт знал: я листаю на Авито объявления о продаже котов. Выбираю между британцем и мейнкуном. Первые вредные, а от вторых много шерсти.
Не хочу, чтобы знал о моих неудачных свиданиях с сайта знакомств. Когда каждого мужчину я сравнивала с Робертом, и каждый проигрывал.
- Имя моего жениха ни о чем тебе не скажет. Вы не знакомы.
Роб едва заметно кивает, давая понять: больше любопытничать не будет. Мне тоже хочется спросить про его личную жизнь. Я едва удерживаю язык за зубами. Кольца на пальце нет, но это же не значит, что Роберт одинок. Мы развелись три года назад, у него не могло не быть женщин.
А что, если Роберт сейчас с Кариной?
От этой мысли где-то глубоко-глубоко в сердце неприятно кольнуло.
- Если у тебя больше нет ко мне вопросов, то я пойду, - решаю закончить нашу бессмысленную встречу. Ее первую половину мы ругались из-за мамы, а вторую спорили из-за работы.
- Да, Злата, можешь идти. Ещё увидимся.
- Надеюсь, нет, - говорю прямо, отодвигая стул с громким скрежетом.
- Спешу тебя расстроить: мы будем видеться каждое утро. Теперь планерки газеты и телеканалов будут проходить вместе, и я собираюсь присутствовать на каждой.
Так, стоп.
- Общие планерки? Но мы же сидим в разных зданиях.
- Телеканалы переедут в это здание. В целях экономии мы откажемся от аренды их офиса.
- А где они будут сидеть?
- Придется потесниться.
Час от часу не легче. Мало того, что зарплату урезают, так ещё условия труда делают невыносимыми. Наш опен спейс и так похож на муравейник. Теперь сюда ещё переедет весь штат аж сразу трех телеканалов. Будем сидеть друг у друга на головах.
Я стремительно выхожу из кабинета Роберта. Поднимаюсь на свой шестой этаж и сажусь за компьютер. Вокруг только и разговоров что об урезании зарплаты. Коллеги не сдерживают возмущений и грозятся уволиться сразу после новогодних праздников. Самые активные предлагают завалиться сегодня после рабочего дня в бар и отметить это горестное событие.
Я не участвую с тимбилдингах, поэтому по традиции отказываюсь. Ответив на вопросы выпускающего редактора по моему тексту, я одеваюсь и ухожу домой. Медленно плетясь к метро, достаю из кармана шубы мобильный телефон и звоню маме. Она поднимает трубку после первого же гудка.
- Да, доча, слушаю.
Моей маме пятьдесят два года. У неё достаточно молодой голос, да и выглядит она на сорок пять. Мама хорошо ухаживает за собой.
- Привет, мам.
- Ты с работы идешь?
- Да, только вышла из редакции.
Секундная заминка. Я знаю, что мама делает: отнимает телефон от уха и смотрит время.
- Что-то ты сегодня поздно. Сложный текст был?
- Нет. У нас на работе грандиозные новости. К нам в холдинг пришел новый генеральный директор. Вызывал меня к себе сегодня аж два раза.
- Новый гендиректор? - изумляется. - А почему? Что случилось?
- У холдинга большие финансовые трудности. Новый гендиректор будет спасать его от банкротства. А теперь угадай с трех раз, кто стал новым генеральным директором.