Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 67)

«Мы побежим, хозяин, ладно?

Ты только шибко не кряхти!

А ежели родная лайка

застрянет где-нибудь в пути,

так ты быстрее брось лопату,

на лыжи и иди искать.

Ведь, знаешь сам, не очень сладко,

в снегу глубоком погибать!»

Матюкаюсь, чертыхаюсь,

но иду собак искать.

Что же это за такое,

вашу мать да перемать!

Вот дурацкая погода,

после бури не пойму,

где сейчас в каком сугробе

мне откапывать семью?

Я кричу, вокруг ни звука.

Снег опять пошёл стеной.

Всё, приехали. Проруха,

видно, ходит вслед за мной!

Разозлился не на шутку:

мне пора идти домой,

а не то моя старуха

поплетётся вслед за мной!

Где вы, где вы, мои лайки?

Вдруг услышал родной вой.

Вы не видели, я плакал

и кричал: «Снежок, домой!»

Потихоньку, понемножку

друг до друга добрались.

Обнимались, целовались.

Ну, подружечки, держись!

Дома печка, отогрелись,

я ругал псов, укорял.

Больше лайки не просили,

чтоб я их в пургу искал.

Старики, старики, старичочки,

на носу вы поправьте очёчки

и закройте заумные книжки.

Бегают во дворах мальчишки.

А вы на улицу случайно спуститесь,

на лавку нечаянно опуститесь

и посмотрите немножко:

носятся, носятся крошки!

К вам подлетят и сядут:

«Деда, а гули лягут

на руку,

если насыпать крупу?»

Рассмеётся старый и скажет:

«Голубь, конечно, ляжет,

но мёртвый только», —

и заплачет горько-прегорько.

Старики, старики, старичочки,

не держите вы дома очёчки,

а гуляйте в парке почаще

или в какой-нибудь чаще,

где серый волчище рыщет,

который род людской чистит

от стариков, старичочков.

«Ах где же мои очёчки?» —

вздохнёт бабушка, дома останется.

Ну и правильно!

Дед Михей, он всё понимает:

где-то молчит, а где-то моргает

или крякает, да кивает,