Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 155)

если есть дом, который

своим домом зовётся.

Знаешь, как нам плывётся…

А сейчас извини, курносик,

в бой идёт твой матросик.»

Письма летели, письма.

В прошлом они повисли,

ведь войн таких больных

не будет больше, а войны

будут уже другие —

совсем плохие.

Какие смешные солдаты —

уплывают куда-то,

а уплывая куда-то,

сжигают свои мандаты

и раны лечат водою,

водою не ключевою:

водою с красною краской,

она была бы прекрасной,

да липкая почему-то.

Подплывали солдаты к тучам

и наверх уходили.

Мы им цветы носили,

мы о них забывали,

к майским праздникам вспоминали.

Но солдатам смешным нет дела

до подвигов своих, они белым,

белым светом замажут раны

и если умрут, то не с нами.

Солдаты идут, шагают.

Солдаты спят, почти не моргают,

на ресницах иней застыл.

Ну и сколько ты немцев убил?

Солдат идёт и считает:

«У дерева фриц, фриц в канаве…»

И от крови не больно сердцу,

на сердце дубовая дверца,

а на дверце замок железный

да камень тяжеловесный.

Вот так бывает не больно

воинам подневольным,

воинам с сердцем из стали.

Они идут, они не устали.

Они шагали бы вечно

в саван свой подвенечный —

в саван из облачной пыли.

Как жаль, что о них мы забыли,

позабыли, в игрушки играя,

как они от пуль умирали.

Редел тот строй бесконечный.

Снег падал на плечи

всем, кто в строю остался.

Ресницы в инее,

шагает солдат — не сдался!

У Победы нет начала,

у Победы нет конца,

а много её или мало,

хочешь, не хочешь, пришла.

Пришла, собирай букеты,

к могилкам солдат тащи,

раскладывай их красиво

и «память предков» ищи.

Ищи, где-нибудь да найдётся

в залежалых скучных томах,

в фильмах военных могучих,