Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 149)

от слёз потекут ручьи

и затопят село Ключи.

А там на сундуке мать родная.

Кругом вода и нету ей края!

Плывёт сундук,

на нём мать твоя плачет.

Не реви, разведчик,

это всегда что-то да значит.

Ах, и как же я любила себя:

не гуляла, не курила, не пила

и не шастала по зимним дворам,

не давала синим, злющим мужикам.

Только не было покоя на душе,

ведь разведчик Бобков на мне

всё сидит и светом светит в глаза.

Ни детей, ни жены — вот судьба

у разведчика Бобкова моего.

Скучно мне, Бобков, и хочется ещё

света (чтоб ослепнуть) в глаза.

Видишь ты меня? И я тебя:

ты ни куришь, ни гуляешь, ни пьёшь,

милым девкам своё тело не даёшь.

Всё сидишь и смотришь на меня:

старая я, древняя и не твоя.

Не пройдёт, Бобков, и трёх годков,

как прославлюсь я, а ты уйдёшь.

И никто не вспомнит тебя,

кроме старой, древней меня.

Где Бобков? (подумаю, вздохну)

Трезвый, пьяный, мёртвый иль в плену?

Не ругайте, люди добрые меня!

Привязалась я к Бобкову. Может, зря?

— Зачем тебе, дочь, атрибуты

павших воинов и сгоревших сердец?

— Я выхожу под утро,

а они уже здесь.

— И зачем тебе, скованной цепью,

«скованные цепью» слова?

— Не говори об этом,

пока я не сошла с ума.

— Непростительно как-то это

брать и стихи писать.

— Хочется быть поэтом

и словами в врагов кидать.

Видишь, кровь закипела,

значит пора вставать,

я б про новую битву спела…

А зачем тут стоит кровать?

— Так зачем тебе, дочь, атрибуты

из костей погибших людей?

— Я устала. В воздухе утро.

На стороне ты чьей?

Тихие, тихие войны,

тихие войны мои:

звёздные, звёздные войны,

звёздные войны любви.

И от сердца до сердца

путь такой — не дойти!

А когда ни дойти, ни доехать,

остаётся дело одно:

тихие, тихие войны

за лучшее бытиё!

Десять лет или двадцать —

неважно сколько пройдёт,

ратное дело правое