Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 143)

Миролюбивые мальчики, я вас любила, а вы

пели в ночи под гитару и сочиняли стихи.

Миролюбивые мальчики дарили девкам детей,

и уносились к звёздам! Нет таких словарей,

где «миролюбивый мальчик» описан, как супергерой.

Но кто-то стучится, кто там? Дверь для беды открой!

Миролюбивый мальчик надевает шинель.

Не уходи, мой хороший, ты не все песни спел!

Но он ушёл, не простившись. Они встали все и ушли

миролюбивые мальчики — сыночечки войны.

А ты сиди, подруга, воспитывай детей:

миролюбивых мальчиков — вестников смертей.

Чёрны вороны Афгана

песни белыя поют.

Ничему не учит рана:

я ни в поле и ни тут.

Раскричалось злобно эхо:

«Айда строить магистраль!»

Я служил у вас морпехом,

а сегодня мне не жаль

ни войны безумной, дикой,

ни разбитые сердца.

Да, в Афгане было лихо,

а сегодня пустота.

Закурить бы самокрутку

и опять в неравный бой!

Что спросил ты у морпеха,

скоро ль к богу? Дверь открой…

Эй, душа моя душонка,

спи тихонечко в сторонке.

И ты, девка, не грусти,

а за встречного иди,

да не жди судьбы добрей:

мёртв я, батька «брадобрей»

обесчестил и меня,

молодого сопляка.

Чёрны вороны Афгана

песни белыя поют.

Отчего же наши девки

замуж за других идут?

Каждый стих — это драма,

особенно, если мама

в этом произведении на войне.

Нет, не приснилось тебе:

твоя мать пошла воевать.

А где теперь ваша кровать?

В подвале.

Ты спишь, тебе снится мама

и школа,

нет уж которой.

Ты проснешься и знать будешь точно,

что не простишь сыночкам,

ходящим свободно в школу

(на той стороне которые).

И если с мамой что-то случится,

ты запомнишь их лица.

И обещаешь: «Я тоже пойду на войну,

когда чуть-чуть подрасту!»

А мама: «Время рассудит,

когда подрастёшь, войн больше не будет.

Но мстить — это дело последнее».

— Не пойму я тебя, ты вредная!

И вредная, вредная мать

опять ушла воевать.

Лежи и жди: скоро ль вернётся?