Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 130)

только эти, эти и эти…

Те великие города,

что вам и не снились,

клубочком маленьким вились

в бреши мироздания —

от здания к зданию.

Почва на них была устлана

рукотворною взвесью.

И если взвесь эту взвесить,

то каждая, как планида!

Двери в дворцах открыты,

печальные ходят люди,

вся жизнь их на блюде —

на блюде камней и металла.

Их дети, когда вырастали,

то каждый сам себе строил город:

глыба, дворец и холод —

душевная некликуха.

А старики со старухами,

умирая, в пропасть бросались.

Вы их тела не видали,

летящие тёмной ночью?

«Метеоритной точью»

учёные их называли.

Вы таких городов не встречали!

Дрейфующие маяки

в тех городах великих

издалека видны,

когда на город безликий

наплывает тёмная ночь.

И если кому-то не спится,

свет маяков помочь

может с пути не сбиться.

А в маяках живут

самые добрые в мире смотрители,

и с ними никто не будет

тоном говорить повелительным.

Потому что очень непросто

в темноте что-нибудь разглядеть,

если вот так запросто

смотритель выключит свет.

Смотрители — повелители,

они нам светом сигналят!

Глянь на небо в ночи:

это не звёзды мерцают,

а в городах маяки,

в тех городах великих,

куда лети не лети,

там не бывать нам, безликим.

Каждый на этой планете мужчина

мог бы быть моим мужем,

чёртом и даже сыном.

— Но на кой ляд мне такой нужен? —

говорила я мрачно. —

То турок, то арапчонок

и даже сватался негритёнок.

Куда же, скажите, деваться

мне, татаро-монголочке?

Сяду-ка я на лодочку

и подальше от этого края,

туда, где я не узнаю

в каждом проходящем мужчине

чёрта, сына и даже мужа.

На святую звезду Андромеду,

короче, пойду и поеду!