Инна Федералова – СБО: Протокол «Жених» (страница 1)
Инна Федералова
СБО: Протокол «Жених»
ПРОЛОГ | [Внезапный апгрейд]
Спокойствие клана длилось ровно до следующего утра, пока новая Амури не спустилась к завтраку. В столовой воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только звуком упавшей ложки из онемевших пальцев Сонни.
Она была убийственно красивой. И, что самое шокирующее, абсолютно осознающей это.
— Что? — спокойно спросила она, проходя к своему стулу. Её голос звучал на октаву ниже, бархатисто и уверенно. — Завтрак остывает.
Все пятеро взрослых смотрели на неё, как на пришельца из параллельной вселенной, который пришёл и сел за их стол.
Амури села, взяла яблоко с вазы и, не глядя ни на кого, задумчиво провела ладонью по своей новой, изящно изогнутой шее, потом по ключице и опустила руку ниже, к внезапно появившейся соблазнительно округлой груди. Там она слегка надавила, будто проверяя реальность.— Хм, — произнесла она с лёгким, научным интересом. — Интересные модификации. Плотность магической материи повысилась на 40%. Чувствительность… тоже.
ХЛОП. Это Хванмин уронил голову на стол, забормотав: «Я не видел, я ничего не видел, это кошмар наяву…»ТРЯС. Это у Ален-лена задрожали руки, и он раздавил свою металлическую кружку в ладони, даже не заметив этого.… Сонни просто выдал на своём планшете сообщение об ошибке «КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ В ВИЗУАЛЬНОМ АНАЛИЗЕ. ПЕРЕГРУЗКА».Дехо замер с бокалом у губ, его циничная маска треснула, обнажив чистейший, первобытный ужас.Сомин медленно закрыла глаза и прошептала: «Вееро, я тебя убью. Я найду способ.».
Амури, закончив своё бесстыдное, с точки зрения отцов, исследование, откусила от яблока и с любопытством оглядела их бледные, искажённые паникой лица.— Вы что, в обморок собрались? — спросила она, и в её голосе прозвучала весёлая нота. — Это же просто новое обличие. Более эффективное.
— ЭФФЕКТИВНОЕ?! — сорвался на крик Хванмин, вскакивая. — ЭТО ЧТО, НОВАЯ ИГРА СИСТЕМЫ? «ПРЕВРАТИСЬ В КОШМАР СВОЕГО ОТЦА ЗА ОДНУ НОЧЬ»? АМУРИ, ДЫШИ, ВСПОМНИ, КАК ТЫ ВЫГЛЯДЕЛА ВЧЕРА! СДЕЛАЙ ЭТО СНОВА, Я УМОЛЯЮ!
— Не поможет, — мрачно проронил Ален-лен, смотря на её длинные, совершенные ноги, выглядывающие из-под стола. — Это не иллюзия. Я чую запах. Взрослый. Сложный. Блядь, она теперь пахнет как. Как…
— Как взрослая особь, достигшая репродуктивного пика, — безжалостно закончил за него Сонни, всё ещё тыча в потухший планшет. — Все биометрические данные указывают на полную физиологическую и магическую зрелость. Поздравляю. Мы только что перескакнули недолговременный пубертат за одну ночь. Теперь у нас взрослая дочь. Со всеми вытекающими, социальными и биологическими… потребностями.
Последнее слово он выговорил с таким отвращением, будто говорил о чумной язве.
Дехо наконец поставил бокал. Его лицо было пепельным.— Потребности… — повторил он. — О, боги абсурда. Она теперь лакомый кусочек. Для всей мужской половины Амуртэи и вне её границ. Для любой иллюзии с функционирующим протоколом влечения. Для любого залётного духа, элементаля или бродячего демона, который почует этот. Этот сигнал. Мы должны будем теперь не нянчиться, а стоять на страже её чести. Простите за грубость.
— СТОЯТЬ НА СТРАЖЕ? — взревел Ален-лен, и в его глазах загорелся огонь драконьей ярости. — ДА Я ПЕРВОГО ЖЕ, КТО ПОСМЕЕТ НА НЕЁ С ПОХОТЛИВЫМ ВЗГЛЯДОМ ПОСМОТРЕТЬ, РАЗОРВУ НА МОЛЕКУЛЫ! Я ТЕРРИТОРИЮ ПОМЕЧУ! ОГНЁМ И КРОВЬЮ!
— Отличный план, — язвительно сказал Хванмин, истерически хохоча. — Просто объявим на всю Обитель, что наша внезапно созревшая дочь — это теперь запретный плод, охраняемый драконом-психопатом! Это точно отобьёт ВСЯКОЕ желание! Кроме, может, у мазохистов!
— Может, замолчите все? — тихо, но с ледяной сталью в голосе сказала Сомин. Она смотрела на Амури, которая спокойно доедала яблоко, наслаждаясь спектаклем. — Дочка. Это твоя воля? Или система?
Амури пожала плечами: изящное, плавное движение, от которого у Хванмина дёрнулся глаз.— Честно? Не знаю. Проснулась. И вот я такая. И, признаться вам, мне нравится это новое тело. Я чувствую всю себя. И плевать я хотела, что вы там про «сигналы» и «охрану территории» говорите. ЭТО. МОЁ. ТЕЛО. И если я захочу кого-то подпустить, то подпущу. А ваша задача с этим смириться. Или, — она обвела их взглядом, и в её глазах сверкнула искра той самой, унаследованной от них всех, дерзости, — попытаться помешать. Но учтите, я теперь не та девочка, которую можно запереть в комнате или напугать ледяным взглядом.
[ВРЕЗКА-пояснение | монолог Амури: “О том, кто я?”]
Иногда, когда Обитель особенно скучает, она подсовывает мне в стену зеркало. Не обычное. Такое, в котором я вижу не отражение, а слои. Как в торте «Наполеон», только вместо коржей там взрывной коктейль генов, а вместо крема — всеобщее недоумение.
Итак, привет. Я — Амури. Живой паззл, собранный ненасытной Обителью в три часа ночи из того, что валялось в бардаке. Ну, или так: я — единственная дочь четырёх отцов и одной мамы.
Амуртэя — Обитель Любви. Ха-ха. Очень смешно.
Я знаю историю матери. Господи, слово-то какое, оно ей не подходит. Как можно называть мамой ту, кто внешне выглядит как твоя возможная подруга. Но факт того, что Сомин — моя мать, никуда не денешь.
Однажды Сомин не повезло оказаться в Обители, куда её привела ненависть к Хванмину. Конечно же, не без помощи извне. Всё закончилось хорошо и в реальном мире, который оба называют миром людей, они даже сыграли свадьбу. Правда, опять-таки же не без упоминания Амуртэи о себе. Вопрос: как они вернулись и какого чёрта вместо одного отца у меня целых четыре? Да, потому что Сомин впечатлила местную фауну. И даже, когда она покинула Обитель с Хванмином, остальные — трое других папаш — решили коллективно поучаствовать в её дальнейшей жизни.
А потом сама Обитель, подсмотрев этот бардак, видимо, подумала: «А что, если скрестить всех? Для науки!» И — бац! — появилась я. Насмешка над самой концепцией семьи. Или её апофеоз. Я ещё не решила.
Эдакое очередное проявление самой сути Обители, которая меня создала, минуя мнение Вееро, который, в свою очередь, создал саму Обитель.
Мама говорит, что это «сложное магическое стечение обстоятельств». Сонни, если его прижать, бормочет про «спонтанную телепортацию генетического материала в лоно под влиянием резонансного поля Обители». Ален-лен хмурится и говорит: «Сила земли решила. Ты наша». Дехо ухмыляется: «Мы все так или иначе дали согласие, не зная, на что». А Хванмин плачет и кричит, что я его кровная дочь, и точка.
Я думаю, правы все. Обитель — та ещё стерва. Она взяла по кусочку от каждого, замешала в котле всеобщего хаоса, приправила маминым безумием (прости, мам, но согласись: только безумие могло выдержать это) и выдала меня. Гибрид. Уникума. Потенциальную катастрофу.
Короче говоря, магическим вихрем Обители надуло в мир людей, а затем обратно в Амуртэю!
И что же я вижу теперь? Менее, чем за год, метаморфоз во взрослую особь? Как мне понимать суть любви? Любовь тут — это когда дракон, ледяной упырь, теневая бестия и бывший поп-идол дерутся за шанс украсть хотя бы улыбку моей мамы, пока та пытается не сойти с ума и удержать этот цирк от апокалипсиса.
Что я чувствую к ним? К своим четверым папам? Это как спрашивать, что чувствует нога к телу. Они — часть моего ландшафта. Иногда — удобная мебель (Ален-лен, чтобы спрятаться за ним). Иногда — раздражающий гул (Сонни, со своими данными). Иногда — опасная, но увлекательная тень (Дехо). Иногда — громкая, пахнущая дорогими духами, буря (Хванмин). Люблю ли я их? Наверное. Как любят погоду, землетрясения и закаты. Без них нет меня. Но иногда хочется, чтобы землетрясение помолчало, а ураган не спрашивал, как мне сегодня спалось.
А мама… Мама — это тот человек, который держит рубильник в этом сумасшедшем доме. Её «гарем» — не романтика. Это кризис-менеджмент высшей пробы. Представьте, что к вам в квартиру подселили драгнила-оборотня, снежного мага, иллюзиониста-психопата и “диву” из оперы. И вы должны не дать им убить друг друга, пока они спорят, кто лучше скрасит вам вечер. Вот это — Сомин. Я её обожаю. И искренне надеюсь, что у меня никогда не будет такой же нервной системы. Она заслужила покой. Или, на худой конец, очень крепкий транквилизатор.
И вот теперь вопрос, который всех так волнует: а сколько мужей хочу я? Оглядываясь на мамин опыт… Ну, знаете. Один муж — это скучно. Четверо — это как работать на четырёх работах без выходных. Возможно, идеал где-то посередине? Два? Один для красоты и драмы, второй — для ума и стабильности? Или один, но очень-очень многогранный, чтобы заменял всех? Хотя, если подумать, зачем мне мужья вообще? У меня уже есть четыре вечно молодых, сверхсильных, вечно недовольных отца, которые точно никого не подпустят. Может, мне просто завести питомца? Или стать агентом хаоса и править Обителью самой?
Пока не знаю. Знаю одно: система смотрит на меня, как на главный приз в своей игре. Вееро потирает руки. Папочки нервно кусают губы. А мама ищет в кармане таблетки. Я же смотрю в это зеркало-«Наполеон» и вижу свои теневые прожилки (спасибо, Дехо), чувствую желание утопиться в боли своей драмы (прости, Хванмин), играю с голограммами на стене (привет, Сонни) и палю всё к чертям, когда в стрессе (не сердись, Ален-лен).